Московская областная спортивно-кинологическая общественная организация "Х легион"
Собаки истребители танков
Как только не называли этих собак: и противотанковые, и собаки мины, и анти-танки, и живые мины, и даже собаки-камикадзе.
Появление и использование этих животных стали самыми трагическими для страниц отечественного собаководства.
Идеи использования животных в том числе собак, как средства доставляющего взрывчатое вещество к цели, возникли задолго до начала Великой Отечественной войны. Первые предложения о такой работе собак возникли еще в 1915 году, с такой идеей выступал Полонский, но поддержки в своем стремлении он не нашел и заниматься ей не стали.
Посещая Центральную школу служебного служебного собаководства, курсант Шошин в 1930 предложил идею использования собак-подрывников. Другой курсант Ниц разработал специально сконструированный рюкзак с торчащим наверх рычагом, который после соприкосновения с днищем танка опускался вниз и активировал запал. Внутреннее устройство такой сумки длительное время было засекречено.
Макеты устройств хранятся в разных музеях.

В 1930 году слушателями Центральной школы Т. Т. Нитцем и Шошиным на имя командования были внесены предложения об использовании собак для противотанковой службы, а не командиром взвода 7 полка связи, из них Шошин подал идею применения, а Нитц идею вьюка, который был доработан при помощи представителя инженерного Управления, фамилию не помню. Начальник войск связи РККА поручил трем школам (Центральной и Окружным Белорусского и Приволжского военных округов) о выделении лучших взводов.
Записка «Об истории возникновения противотанковой службы собак» начальника Центральной военно-технической школы дрессировщиков Красной Армии генерала-майора Григория Пантелеймоновича Медведева, 11 марта 1978года, архив Методико-кинологического центра Красная звезда
Противотанковый вьюк представляет собой брезентовую сумку с двумя боковыми отделениями, в которые помещались заряды тротила по 6 килограмм в каждом, в верхней части располагалось взрывное устройство, которое активировалось при соприкосновении датчика цели - деревянного подпружиненного штыря длиной 20 см. Он опускался при соприкосновении с днищем танка и активировал Минный универсальный взрыватель. Взрыв под незащищенным днищем танка не только проламывал его, но и уничтожал экипаж танка, распространял открытое пламя внутри машины и вызывал взрыв боекомплекта.


Тактико-технические характеристики противотанковой подвижной мины:
Тип мины....................................…. противотанковая противоднищевая подвижная
Корпус……………………………………………………………. металл, брезент
Масса…………………………………………………………………………………… 18.4 кг.
Маса заряда ВВ (тротил)……………………………………………….. 12.4 кг.
Габариты вьюка…………………………………………………… 90х40х40 см.
Тип датчика цели…………………………………………………….. наклонный
Чувствительность датчика цели……………………………………….. 3-8 кг..
Применяемый взрыватель……………………….. МУВ с Р-образной чекой
Приведение в боевое положение……по извлечении предохранительной чеки мины
Время боевой работы……………………………………………. не определяется
Температурный диапазон применения……………………—40 +40 град.
Неизвлекаемость………………………………………………….. не определяется
Необезвреживаемость………………………………………… не определяется
Самоликвидация/самонейтрализация…………………………………….. нет
Дистанционная принудительная ликвидация мины………………не предусмотрена.

В 1932 году одновременно в трех окружных школах военного собаководства начинается подготовка противотанковых собак, и уже с 19 февраля начинаются общевойсковые испытания собак в ПриВО при Саратовской бронетанковой школе на ее полигоне.
4 июня 1932 года испытания признаны положительными и все документы и деятельность, связанная с собаками СИТ засекречивается.
Но работы по усовершенствованию конструкции вьюка, методов дрессировки собак, их использования для массовых атак противника и методов защиты от живых мин продолжаются.
Разные варианты защиты танков от собак с использованием завес, колючей проволоки, металлических цепей, огнеметов проводятся в 1934 году. По результатом этой проверки эффективными признаны только огнеметы, остальные препятствия собаки с успехов преодолевали.

На полигоне в Кубинке проходили испытания собак истребителей танков в 1936 году, прекрасные результаты показал эрдельтерьер по кличке Гарольд, воспитанник вожатого Качалкина.

Собака бала стара с проплешинами, но она прекрасно выполняла поставленную задачу. Он быстро двигался по испытательному полигону и мог пробежать поочередно под несколько движущихся танков, ища заветную миску с пищей.

Справедливости ради, надо подчеркнуть, что в России первым предложил использовать собак-подрывников против танков и проволочных заграждений некий Поклонский, служивший в армии. Он первый предложил использование собак в качестве живых мин. Это было в 1915 году, но нашлось много противников этого способа.

К концу 1939 года методика и способы применения нового оружия были отработаны и поступили на вооружение Красной Армии.

Командование ЦВТШД-КА в работе по подготовке офицерских кадров всегда стремилось довести до их сведения самое лучшее, самое передовое, что имелось на вооружении на тот период.

Уже 2 июля 1941 года в Центральной школе был сформирован 1-й отдельный батальон специальных служб под командованием капитан П. Т. Новикова. Батальон численностью 199 человек и 212 собак состоял из двух рот: рота противотанковых собак (командир роты лейтенант Некрутенко) и рота связи (командир роты лейтенант Шкенин). Батальон был направлен в действующую армию на Западный фронт. 30 сентября 1941 года батальон был брошен в бой против частей 3-й танковой дивизии противника, т. е. в самом начале битвы за Москву. Роты действовали отдельно друг от друга, т. к. имели различное предназначение.
Тренировка собаки истребителя танков
Обучение собак проходило в короткие сроки, первоначально планировалось обучать собак за 6 месяцев, но с началом войны время подготовки сократилось до 3.
На эту службу привлекались физически крепкие и здоровые животные, как породные немецкие овчарки, эрдельтерьеры, доберманы, лайки, так и крупные метисы с уравновешенной психикой, ловкие и сильные.
Подготовка проводилась в несколько этапов, используя пищевую мотивацию собак начинали кормить рядом с танками на полигоне, затем собака получала пищу под днищем танка. В танках оборудовались люки, через которые собакам выдавалась еда.

Постепенно задача усложнялась - танк заводился потом начинал двигаться, на последнем этапе подготовки еще и стрелял. Собака твердо уясняла для себя, что получить пищу сможет только из под танка.

Программа подготовки по специальному курсу "Собаки-истребители танков" заканчивалась испытанием, где собаки должны были продемонстрировать определенные навыки: 
1) безотказно по команде „Взять!“ быстро двигаться к стоящему или движущемуся со скоростью 8–12 км/ч танку и пролезть под клиренс;
2) совершенно безразлично относиться к выстрелам, взрывам, крикам людей, световым сигналам и прочим элементам современного боя;
3) во время движения с вожатым не тянуть вперед, ложиться около него при перебежках и переползании с ним, спокойно ожидать вожатого в течение 15–20 мин. в положении „лежать“, подходить по первой команде подзыва и не лаять.
Собаки должны были насторожено, но не злобно относиться к посторонним и доверительно относиться только к своему проводнику.

Истребители танков отпускались довольно с короткого расстояния от 50 до 150 метров, стремительно двигались к огневой точке противника, иногда это требовало захода под углом 20-30 градусов и, при правильном применении и тренировке, показывало высокую эффективность

Применение собак СИТ показало себя в оборонительном бою.
Наиболее активно собаки применялись в 1941-1943, прежде всего в связи с дефицитом артиллерийского огня.
В дальнейшем, с 1943 года применение собак сошло на нет, появилось новое современное бронебойное орудие в достаточном количестве, а наша Армия перешла от оборонительных боев к наступательным.
Собаки прошли переподготовку к другим видам службы - минно-розыскной и ездово-санитарной.

В некоторых источниках пытаются занизить заслугу животных в выполнении боевых задач, часто говорят, что животные были не готовы к атакам и разворачивались к своим вожатым. Есть мнение, что документов о боевом использовании не сохранилось вовсе, но это не так.
Наиболее известным источником информации является донесение от 14 марта 1942 года командующего 30-й армией генерал-лейтенанта Дмитрия Даниловича Лелюшенко
В период разгрома немцев под Москвой пущенные в атаку танки противника были обращены в бегство собаками истребительного батальона. Противник боится противотанковых собак и специально за ними охотится».
Дмитрий Данилович Лелюшенко,генерал армии
По воспоминаниям Героя Советского Союза Генерала армии Георгия Ивановича Хетагурова 24 ноября 1941 немцы начали теснить наши войска, от восточной части города Клина в сторону села Рогачева, в 13 часов 20 немецких танков подорвались на наших минных полях, а еще 12 были подорваны бойцами из одиночных окоп специально обученными собаками, также часть танков было уничтожено артиллерией. Шли упорные бои на спас-кординском рубеже, но 26 ноября наши войска вынуждены были отступить к Рогачево. На Московскую зону обороны был направлен Первый армейский истребительный отряд, сформированный 21.07.1941 на основании директивы зам. наркомата 538274, командир части Лебедев.


В книге «Собака на воинской службе» Швабского В.Л. говорится, что первый немецкий танк был подорван беспородной собакой Ирмой 27 июля 1941 года под Рогачёвым. Уже 10 августа в РККА был сформирован 2-й армейский отряд собак-истребителей танков, подчинённый Московской зоне обороны. В него вошло 458 человек и 372 собаки. С 31 августа 1941 в действующую армию направлен сводный курсантский батальон противотанковых собак под командованием полковника Медведева. Отряд держал оборону в районе Глухово. На участке 160-й стрелковой дивизии им уничтожено 5 танков. В боях под Рогачевым и Дмитровом – 3 танка.
Сохранились свидетельства о работе собак и в немецкой литературе, в книге историка Карела Пауля "Гитлер идет на восток", написано следующее:

"...но двумя днями позже 18-й танковой дивизии генерала Неринга повезло меньше. Танки подавили советские позиции в поле и противотанковые укрепления на восточной окраине Карачева. Части мотопехоты ворвались в город. 9-я рота 18-го танкового полка проложила себе путь к северным предместьям и вышла на кукурузное поле. Наступающие заставили замолчать еще несколько противотанковых пушек. Противник больше не стрелял.
Командиры танков ждали в башнях. Только что прозвучал приказ ротного:
- Все ко мне, встать справа. Остановиться. Глушить моторы.
Захлопали открывающиеся люки. В этот момент танкисты увидели двух бегущих по полю овчарок с "седлами" на спине.
- Что это у них там на спинах? - в удивлении проговорил радист.
- Я думаю, сумки с донесениями. Или это санитарные собаки, - предположил стрелок.
Первая собака поднырнула прямо под головной танк. Вспышка, приглушенный грохот, фонтаны грязи, клубы пыли, яркое пламя.
Унтер-офицер Фогель первым понял, что происходит.
- Собака! - закричал он. - Собака!
Стрелок выхватил P-08 "Парабеллум" и выстрелил во вторую собаку. Промахнулся. Выстрелил снова. И опять мимо. Из танка № 914 дали автоматную очередь. Животное, словно споткнувшись, перелетело через голову.
Когда люди подошли к овчарке, она еще дышала. Пистолетная пуля положила конец страданиям собаки".

Но самыми главными свидетельствами эффективной работы кинологических подразделений являются наградные листы с описанием подвигов кинологов и их подопечных.
С 1941 по 1945 было уничтожено 304 немецких танка, что составляет примерно 2 танковые дивизии Вермахта (из 19). С помощью собак ИТ сорвано 18 танковых атак противника. Всего было подготовлено и направлено в действующую армию около 7 000 собак-подрывников танков, 10 армейских отрядов СИТ, 12 отдельных отрядов спецслужб (СИТ), 9 спецрот СИТ, 2 отдельных взвода СИТ, всего 33 подразделения противотанковой службы. Собаки стали героями и жертвами Великой Отечественной войны, внеся свой неоценимый вклад в Победу

Полезные статьи
Ниже приведены материалы по тематике работы собак СИТ, все они взяты из открытых источников с указанием ресурсов
Противотанковая подвижная мина РККА.
«Противотанковая собака»
Мина предназначена для уничтожения танков противника. По характеру действия является тяжелой фугасной противоднищевой миной со штыревым датчиком цели. Мина подвижная и доставляется к цели специально обученной собакой.
Определенного названия и индекса не имеет, поскольку эта мина фактически проходила войсковые испытания в боевых условиях летом-осенью 1941 года и вследствие целого ряда причин, основными из которых следует считать неэффективность (из-за неспособности собак в одинаковом режиме выполнять задачу по доставке мины к танку противника) и опасность для своих войск, на вооружение принята не была.
Несколько убитых собак с миной попали в руки Вермахта, где ее назвали «Tankhund mit Sprengausriftung», и немецкое пропагандистское ведомство развернуло вокруг этой мины шумную кампанию по дискредитации Красной Армии и идей социализма. Непосредственно в частях Красной Армии к идее подвижной мины с использованием собак также относились отрицательно. Вожатые служебных собак любили и берегли своих питомцев, а в данном случае необходимо было преодолеть этот моральный барьер отправляя своего подопечного на верную смерть.
Конструктивно мина представляет собой собачий вьюк из брезента с двумя боковыми сумками в которых размещались два заряда тротила по 6 кг. в каждой, и небольшим деревянным седлом, на котором размещалось взрывное устройство. Датчиком цели являлся подпружиненный деревянный штырь высотой около 20см.
По замыслу создателей мины, собака приученная находить свой корм под танком, должна была выпускаться из траншеи в направлении атакующих немецких танков, бежать к машине и нырять под его днище. При этом отклоняемый назад штырь заставлял сработать взрыватель МУВ (Минный Универсальный Взрыватель) и взрыв 12.4 кг. тротила в непосредственной близости от днища, проламывал его, что приводило к уничтожению экипажа, пожару внутри машины и взрыву боекомплекта.
Два заряда по 6 кг. тротила в боковых сумках соединяются со взрывным устройством отрезками детонирующего шнура . На обеих концах детонирующего шнура закреплены капсюль-детонаторы №8. Нижний капсюль-детонатор вставлен в одну из тротиловых шашек заряда, а верхний введен через боковое отверстие в коробку взрывного устройства и закреплен зажимом под шашкой промежуточного детонатора.
Взрывное устройство, размещаемое на спине собаки, представляет собой металлическую коробку (1), приклепанную к доске. Коробка имеет откидную крышку, под которую вкладывается 400-граммовая тротиловая шашка. Благодаря внутренним полочкам шашка не достает до дна, на котором размещены четыре пружинных зажима для закрепления капсюлей детонаторов и детонирующих шнуров. Шнуры выходят наружу через два боковых отверстия. В передней стенке коробки также имеется отверстие для пропускания внутрь запала МД-2. Здесь же к передней стенке приклепана втулка для взрывателя МУВ.
Кроме того, к передней стенке коробки приклепан кожух, основное предназначение которого служить опорой для двуплечего рычага-датчика цели. Кроме того, кожух защищает взрыватель от нежелательных внешних воздействий. Кожух имеет овальное отверстие в торце для взрывателя, продолговатое отверстие в верхней части для рычага, боковые овальные отверстия для контроля взрывателя, извлечения предохранительной чеки взрывателя и предохранительной чеки мины. Кроме того, имеется металлическая петля для закрепления натяжной пружины, с помощью которой рычаг-датчик цели удерживается в вертикальном положении.
Двуплечий рычаг состоит из коробки, в которую вставляется деревянный штырь и изогнутого металлического зуба, входящего в Р-образную боевую чеку взрывателя МУВ. Зуб имеет отверстие, сквозь которое проходит ось вращения, концы которой закреплены в отверстиях кожуха и отверстие для предохранительной чеки, которая также проходит кожух насквозь, через специальные отверстия.
При подготовке мины к применению в коробку через соответствующие отверстия вставляются два передатчика детонации (отрезок детонирующего шнура с капсюлями-детонаторами по концам) и закрепляются в зажимах. Затем сверху в коробку вкладывается тротиловая шашка. После этого вьюк со взрывным устройством надевается на собаку. В боковые сумки вкладываются тридцать 400-граммовых тротиловых шашек (по 15 в каждую сумку). В одну из шашек каждой сумки вставляется второй конец передатчика детонации.
Все остальные действия по подготовке мины выполняются только на месте применения. Для этого в отверстие в передней стенке кожуха вставляется взрыватель МУВ с запалом МД-2 так, чтобы зуб двуплечего рычага вошел в отверстие Р-образной чеки. Отверстие закрывается поворотной заслонкой. Через боковое отверстие кожуха из взрывателя удаляется предохранительная чека взрывателя. Мина теперь в режиме предварительной боевой готовности.
При появлении на поле боя вражеского танка, собака выводится из траншеи и как только она опознает цель и проявит готовность двигаться к ней, из кожуха извлекается предохранительная чека мины.
С этого момента двуплечий рычаг-датчик цели удерживается в вертикальном положении только за счет упругости пружины. Мина в полном боевом положении.
Собака, несущая на спине вьюк с миной, приближается к танку и ныряет под его днище с передней части. Деревянный штырь, упершись в броню танка, отклоняется назад, преодолевая сопротивление пружины.
Двуплечий рычаг таким образом начинается поворачиваться вокруг своей оси. Зуб поднимается вверх и вытаскивает боевую Р-образную чеку взрывателя. Освободившийся ударник под действием своей пружины идет вперед и накалывает капсюль запала. Взрыв. Детонация от 400-граммовой шашки (промежуточного детонатора) через передатчики детонации передается на обе сумки с основным зарядом.
Поскольку 12.4 кг. тротила находятся в непосредственной близости от днища, которое имеет слабое бронирование, то взрыв такого количества взрывчатки приводит к его проламыванию и выходу машины из строя.
Тактико-технические характеристики противотанковой подвижной мины:
Тип мины…………………………………………………………………………………………………. противотанковая противоднищевая подвижная
Корпус…………………………………………………………………………………………………………………. металл, брезент
Масса…………………………………………………………………………………………………………………… 18.4 кг.
Маса заряда ВВ (тротил)……………………………………………………………………………………….. 12.4 кг.
Габариты вьюка………………………………………………………………………………………………… 90х40х40 см.
Тип датчика цели………………………………………………………………………………………………….. наклонный
Чувствительность датчика цели…………………………………………………………………………….. 3-8 кг..
Применяемый взрыватель…………………………………………………………………………………….. МУВ с Р-образной чекой
Приведение в боевое положение………………………………………………………………………….. по извлечении предохранительной чеки мины
Время боевой работы……………………………………………………………………………………………. не определяется
Температурный диапазон применения………………………………………………………………….. -40 — +40 град.
Неизвлекаемость………………………………………………………………………………………………….. не определяется
Необезвреживаемость…………………………………………………………………………………………… не определяется
Самоликвидация/самонейтрализация………………………………………………………………….. нет
Дистанционная принудительная ликвидация мины……………………………………………… не предусмотрена.
Обезвреживать данные мины не предполагалось. Сведений о количестве изготовленных мин, их упаковке не имеется. Никакой маркировки на мину не наносилось. Металлическая часть мины окрашивалась в темно-зеленый цвет, брезентовая имела естественный цвет брезента. Размеры вьюка определялись индивидуально по каждой собаке.
Первоначальный вариант этой мины предусматривал несколько иной вариант срабатывания мины. По замыслу создателей, собака (носитель мины) проходила специальное обучение и могла использоваться многократно, причем не только против танков, но и против любых других объектов, которые возможно уничтожить или вывести из строя, повредить взрывом (ДОТы, ДЗОТы, бронеколпаки, склады, блиндажи, артиллерийские позиции, штабеля боеприпасов или горючего). По этому варианту вьюк делался разъемным. Собака, приблизившись к объекту, самостоятельно или по свистку собаковода должна была дернуть зубами за специальный рычаг слева от морды. Замки (аналогичные замкам парашютного ранца, т.е. сочетание люверсов, конусов и шпилек) раскрывались и вьюк падал на землю. Собака возвращалась к собаководу, а взрыв мины происходил либо от наезда танка на штырь, либо (если подрывался неподвижный объект) от взрывателя замедленного действия.
Однако, обучить собак столь сложным действиям и маневрам (скрытно приблизиться к объекту, определить выгодное место размещения мины, принять решение на ее сброс, осуществить этот сброс) оказалось невозможным. Показ военному руководству успешных действий одной такой собаки, на основании которого было принято решение о разработке этого способа минной войны, оказался элементарным очковтирательством. В действительности, собака по кличке Инга длительное время натаскивалась на на конкретном месте московского полигона в одних и тех же действиях, т.е. производилась примитивная дрессировка по принципам цирковой.Инженерные боеприпасы.

Руководство по материальной части и применению. Книга первая. Военное издательство МО СССР. Москва. 1976г.
Литература:
  • Статья Веремеева Ю.Г.
  • Waffen- Revue. Heft 22, Waffen Lexikon Nr. 1803-225-1
  • Руководство по средствам минирования и разминирования. Военное издательство НКО СССР, Москва. 1943г.
  • Коллекция Д.Горбовского.
  • Merkblatt ueber russische Spreng- und Zuend- mittel, Minen und Zuender. Ihr Einsatz beim Feind und ihre Beseitigung. Oberkommando des Heeres. (Chef H Rust und B d E). Az.34 d16/4f AHA Pi.Abt. (Zn 5) Ia2. Nr 1/42. Berlin. 1942
Источник:
https://broneboy.ru/противотанковое-оружие/противотанковое-оружие-пехоты/пт-мины-красной-армии/противотанковая-собака/


ЗАЩИТА ТАНКОВ ОТ СОБАК

А. Кириндас, М. Павлов, журнал "Техника и вооружение" 06.2013
Статья подготовлена по материалам РГВА.

В начале 1930-х гг. специально подготовленные собаки, способные нести заряд ВВ, представляли весьма серьезную угрозу для танков на попе боя, что вызвало необходимость разработки средств защиты бронированных машин от их атак.
Первые предложения о применении собак для борьбы с техникой противника можно отнести к периоду Гражданской войны, однако практическим началом работ по подготовке служебных собак традиционно считается 23 августа 1924 г., когда вышел приказ Реввоенсовета СССР №1089. Согласно этому документу в Москве при Высшей стрелково-тактической школе «Выстрел» организовали Центральный учебно-опытный питомник-школу военных и спортивных собак, известный впоследствии как питомник «Красная звезда».
Уже через десять лет были достигнуты высокие результаты в деле подготовки собак для нападения на танки, что подтвердили проведенные в 1934 г. учения. Собаки-истребители могли атаковать танк с разных сторон, подползать под него или запрыгивать на броню. Для противодействия их атакам задействовали также огнеметные танки Т-26. Предполагалось, что залпы огнеметов будут отпугивать собак, однако они все равно продолжали атаку и поражали танк. Успехи в деле подготовки собак поставили вопрос о разработке средств защиты бронетанковой техники.
В декабре 1934 г. подвели первые итоги испытаний средств защиты танков, проведенных на НИАБТ полигоне комиссией в составе начальника НИАБТ т. Зонис, начальника испытательного отдела т. Коробкова и начальника электротехнической лаборатории т. Малявина. Испытывалось несколько типов защиты танков от нападения собак: электризованное, механическое и огневое.
В основу конструкции электризованного ограждения (в течение года испытывались «летнее» и «зимнее» ограждения) для защиты танка от нападения тренированных собак с минами были положены теоретические разработки Военной электротехнической академии.
Ограждение представляло собой металлическую сетку под током, закрепленную вокруг танка на дубовых рейках таким образом, что расстояние от корпуса до сетки с кормы и боков танка составляло 1 м, а спереди — 1,5 м. В качестве источника тока высокого напряжения использовались четыре бобины «Форд» с пусковым вибратором «Делько»; вся установка питалась о 12-вольтового стартерного аккумулятора танка, потребляя при этом ток в 2,5 А. При замыкании проволок сетки через объект для гарантированного уничтожения собаки должен был происходить разряд напряжением 30000 В, однако на испытаниях его ограничили 10000 В, что обеспечивало сильный, но не смертельный удар. Испытания обеих сеток проводились в условиях нападения собак как на движущийся, так и на неподвижный танк.
По итогам испытаний констатировалось:
«Предположения, высказанные в материалах ВЭТА о том, что собака, встретившись с сеткой и получив электрический удар, убежит от танка, на испытаниях не оправдалась по тем причинам, что она просто не успевает этого сделать, даже при движении танка со скоростью 10—12 км/ч. При больших же скоростях эта возможность тем более исключается.
Зато собак, испытавших на себе этот эксперимент, за время последующих тренировок ни разу не удалось погнать вновь на сетку, в то время как собаки, попадавшие под гусеницы, изуродованные и раздавленные почти до смерти, после выздоровления вновь шли на танк.
В случае же нападения собак на стоящий танк, обнесенный электризованной сеткой, последняя является для них непреодолимым препятствием, даже при таком напряжении, какое применялось на испытаниях.
В этом случае, действительно, собака, набежав на сетку и получив электрический удар, отскакивает и убегает прочь от танка».
Испытания показали, что даже в случае гибели собаки перед танком, он может быть поражен зарядом ВВ. Поэтому был сделан следующий вывод: «Ограждение в том виде, какое применялось на испытаниях, может служить защитой для движущегося танка от нападения собак только сзади и с боков, но ни в коем случае не защищает танк от лобового нападения». Основные усилия при разработке защитных средств следовало направить на средство, позволяющее отогнать собаку от танка, а не поразить ее.
Предложение начальника ИС НИАБТ полигона т. Воробьева послужило основой для разработки механического ограждения.
Механическое ограждение представляло собой закрепленную (с выносом в 500 мм на кронштейнах) в носовой части танка трубу длиной 2600 мм со смонтированными на ней с интервалом около 200 мм стальными прутьями длиной до 950 мм. На трубе закреплялся шкив с ременной передачей к ведущему колесу танка. При движении танка концы прутьев находились на расстоянии около 50—60 мм от поверхности земли. В период с 25 ноября по 13 декабря 1934 г. были проведены тренировочные занятия собак на имитационном ограждении с деревянными планками (чтобы избежать травмирования собак) вместо стальных.
В ходе тренировок собаки научились обходить танк и нападать сзади или, прижимаясь к земле, преодолевать заграждение на благоприятном участке местности. Последнее обстоятельство вынудило дополнить ограждение укрепленными на прутьях лопастями, что сделало заграждение непреодолимым спереди на ровной местности.
Для защиты от собак-истребителей испытали три варианта огневого заграждения:
пистолет-дробовик с патронами 12 калибра, охотничье ружье с патронами 16 калибра и пулемет ДТ. Пистолет имел откидной ствол длиной до 300 мм и на дальности до 35 м обеспечивал рассеивание дроби по кругу диаметром 1—1,2 м. Стрельба из пистолета показала, что для его использования необходимо иметь лючок в башне диаметром не менее 120 мм. По самому пистолету было сделано замечание из-за имевших место осечек. Относительно ружья испытатели отметили его слишком большую длину. Также было указано на необходимость тренировки экипажа танка в стрельбе по движущейся мишени. Результаты стрельбы из пулемета ДТ по движущейся мишени были оценены как «совершенно неудовлетворительные». Пулеметный огонь оказывался недейственным: подползавшие собаки были либо незаметны для экипажа бронемашины, либо быстро оказывались в мертвом пространстве танка.
Таким образом, проведенные в 1934 г. испытания заграждений показали их не самую высокую эффективность, что вынудило разработать ряд новых конструкций, которые были опробованы в 1935 г. Комиссию по испытаниям возглавили врид начальника НИАБТП Воробьев и начальник испытательного отдела Коробков.
В ограждении к танкетке Т-27 для защиты от прыгающих собак применили металлическую рамку, затянутую проволокой диаметром 1 мм с промежутками до 100 мм. Рамка устанавливалась спереди машины на болтах. Для того чтобы собака не могла впрыгнуть на переднюю часть машины, с бортов монтировались по четыре натянутых проволоки с промежутками до 100 мм. Приспособление могло фиксироваться в двух положениях: походном и боевом. Переход из походного положения в боевое осуществлялся без выхода экипажа из танкетки в течение 5—10 с. Высота защиты от земли составляла 1,3 м.
С целью защиты от собак, подползающих под машину, спереди корпус закрывался железной 1,5-мм завесой, состоящей из двух частей. Каждая часть завесы крепилась шарнирно на изогнутой железной оси. Для завес была принята форма, обеспечивающая плотное прилегание к грунту при наезде машины на препятствие. Оси выполнили коленчатыми, чтобы при ударах о грунт завесы могли свободно подниматься. При движении по ровному грунту просвет между завесами и землей составлял около 30 мм. Сзади на корпус навешивался фанерный щит, состоящий из трех частей: верхней и двух нижних. Верхняя часть шарнирно фиксировалась на оси, проходящей через скобы запоров боковых карманов машины, а две нижних, в свою очередь, шарнирно крепились к нижнему обрезу верхнего листа фанеры. Такая конструкция ограждения позволяла Т-27 свободно двигаться по любой местности. На испытаниях при атаке даже на неподвижную танкетку собаки преодолеть заграждение не смогли. При монтаже элементов заграждения никаких изменений в конструкцию Т-27 не вносилось.
Ограждение к легкому танку Т-37 для защиты его от прыгающих и подползающих собак спереди включало установку качающейся сетки и завесы корпуса. В целом защита корпуса от подползающих собак была подобна устройству, опробованному на Т-27.
Качающаяся сетка представляла собой прямоугольную рамку шириной 1,5 м и высотой 0,8 м, изготовленную из газовых труб диаметром ½ дюйма. В верхней и нижней трубках имелись отверстия диаметром 3 мм, расположенные на удалении друг от друга на расстоянии 60 мм. В эти отверстия были вставлены и закреплены стальные прутки длиной 1,3 м таким образом, что из нижней трубы рамки проволоки выдавались на 400 мм, а из нижней — на 100 мм. Сетка двумя болтами шарнирно крепилась к двум расположенным по бокам танка кронштейнам. Ось подвеса рамки находилась выше центра тяжести, поэтому она находилась в вертикальном положении. При наездах на препятствия рамка наклонялась для того, чтобы свободно пропустить препятствие, возвращаясь затем в первоначальное положение.
Ограждение к легкому танку БТ-5 предполагало установку специальных приспособлений. Впереди танка на двух кронштейнах шарнирно подвешивалась прямоугольная рамка размером 1500x800 мм из газовых труб диаметром ½ дюйма. В верхнее и нижнее основания рамки были вставлены стальные прутки диаметром 3 мм и длиной 1300 мм. Вниз проволока выдавалась на 300 мм, а вверх — на 300 мм. Ось подвеса рамки находилась выше центра тяжести, поэтому после преодоления препятствия она возвращалась в исходное положение. Нижние прутки обеспечивали защиту от подлезающих под танк собак, а верхние — служили для предотвращения запрыгивания собаки на танк спереди. Спереди и сзади на корпус навешивались листы фанеры. Боковые просветы между первым, вторым и третьим опорными катками закрывались шпильками из стальной проволоки диметром 3 мм, закрепленными в угольниках, которые монтировались подвижно на осях, вращающихся вместе со вторыми и третьими катками.
Ограждение к танку Т-26 первого варианта служило для круговой защиты (1,5 м по высоте) танка. Ширина ограждения составляла 2,5 м, длина — 5 м. Борта танка были защищены специальной электрифицированной сеткой, состоявшей из продольных стальных проволок, смонтированных в сваренной жесткой раме на расстоянии 60 мм друг от друга. На уровне крыльев танка в угольниках рамы были укреплены газовые трубы диаметром ½ дюйма, в которых фиксировались стальные прутки длиной 500—550 мм и диаметром 3 мм; расстояние между ними составляло 75—100 мм. В боевом положении трубы должны были устанавливаться так, чтобы прутки направлялись вверх от танка под углом 45°, при этом концы прутков нижних труб были удалены от брони на 600—700 мм. Верхние и нижние прутки для большей упругости перевязывались проволокой.
Клиренс танка закрывался металлической завесой из листового железа толщиной 1—1,25 мм, которая подвешивалась шарнирно на оси. Завеса состояла из трех независимых звеньев. Это было сделано в расчете на то, что при наезде на препятствие не открывался весь клиренс, а только его часть. Каждое звено, в свою очередь, состояло из двух половинок, соединенных между собой шарнирно, что придавало звену большую эластичность. На верхних носовом и кормовом листах брони закреплялись газовые трубы диаметром ½ дюйма с укрепленными на них стальными прутками диаметром 3 мм и длиной 500—550 мм. В походном положении трубы поворачивались, и прутки располагались на броне танка. В боевом положении прутки были направлены в сторону от танка под углом 70° от горизонтальной плоскости. Гусеницы оставались открытыми, что давало танку возможность преодолевать любые препятствия.
Для перемещения по открытой местности в передней части танка можно было также монтировать электризованную сетку (на расстоянии 650—500 мм), подвешенную на специальных кронштейнах. Сетка изготавливалась так, что каждые соседние проволоки находились под разными полюсами. Напряжение на сетке составляло 10000 В.
При монтаже заграждения на Т-26 изменения в его конструкцию не вносились; все приспособление крепилось в восьми точках на болтах. На испытании это приспособление показало себя положительно: собаки не преодолели его ни разу.
Ограждение второго варианта обеспечивало круговую защиту танка Т-26, причем конструктивно защита бортов и кормовой части машины полностью повторяла первый вариант. Защита передней части включала приспособление, состоявшее из двух труб диаметром 1/2 дюйма. К нижней трубе в два ряда (в шахматном порядке) крепились брезентовые клапаны с установленными внутри пружинами из стальной проволоки, Высота клапанов составляла 500 мм. В верхней трубе на расстоянии 75—100 мм друг от друга закреплялись прутки из стальной проволоки длиной 400 мм, которые были направлены вверх от танка под углом 60" к горизонтальной плоскости. Между верхней и нижней трубой натягивалась проволочная сетка с ромбическим звеном. Расстояние между нижней и верхней трубами составляло 500 мм. При взятии вертикальных препятствий трубы могли приподниматься тросом. Общая высота ограждения составляла 1,3 м, а ширина танка с приспособлением — 2,5 м. На испытаниях в ходе шести заездов передняя защита три раза была преодолена.
Ограждение танка Т-26 третьего варианта включало вращающийся лопастный отражатель и фанерную завесу клиренса. Конструкция этого варианта была в целом подобна механическому ограждению, испытанному в 1934 г. Лопастный отражатель состоял из трубы диаметром 1,5 дюйма, прутков диаметром 10 мм и фанерных лопастей. Вращение отражателя осуществлялось с помощью деревянных шкивов и перекрещивающейся канатной передачи. Крутящий момент передавался от ведущего колеса танка, к которому крепился деревянный шкив диаметром 200 мм. Отражатель покоился на двух кронштейнах, идущих от осей вращения шкивов на ведущих колесах танка. Подъем отражателя осуществлялся из башни танка с помощью троса. Лебедка монтировалась внутри башни у заднего среза входного люка. При боевом и походном положениях приспособление не ограничивало возможности ведения танком кругового обстрела. При подъеме приспособления усилие на рукоятке лебедки оценивалось в 20—25 кг. Время подъема приспособления из боевого положения в походное составляло 30—45 с. Борта и корма танка в этом случае не защищались.
На испытаниях в четырех заездах приспособление было преодолено дважды из-за того, что канат передачи соскакивал и отражатель не вращался.
Четвертый вариант ограждения подразумевал круговую защиту танка Т-26. Высота защиты составляла около 1,5 м. Борта и корма были защищены точно так же, как в первом и втором вариантах. Передняя часть закрывалась качающейся металлической сеткой и завесой клиренса. Качающаяся сетка состояла из двух газовых труб диаметром ½ дюйма, в которых монтировались прутки диаметром 3 мм и длиной 1,5 м. Ширина рамки составляла 1,55 м, расстояние между верхней и нижней трубами — 0,8 м. Концы прутков выдавались вниз на 400 мм, а вверх — на 300 мм.
Сетка шарнирно крепилась к кронштейну двумя болтами так, что центр тяжести находился ниже точек подвеса, и сетка удерживалась в вертикальном положении. При монтаже никаких изменений в конструкцию Т-26 вносить не требовалось.
На испытаниях качающаяся сетка показала положительные результаты и ни одного раза преодолена не была
В пятом варианте ограждения к танку Т-26 защита обеспечивалась только спереди. Защита состояла из складывающейся сетки и завесы клиренса. Сетка была изготовлена из двух труб диаметром ½ дюйма, между которыми натягивалась проволочная сетка заводского производства с ромбическим звеном. К верхней и нижней трубам на расстоянии 60 мм друг от друга крепились стальные прутки диаметром 3 мм. Длина верхних прутков составляла 250 мм, нижних — 400 мм. Трубам была придана форма скобы по ширине танка. Обе трубы концами крепились шарнирно в одной точке к угольнику с каждой стороны танка. Высота крепления сетки к танку — 500 мм от земли. Удаление сетки от брони танка спереди — 800 мм, высота — 1,3 м. Сетка удерживалась посредством тросов, идущих от угольников к верхней трубе. При преодолении препятствий трубы могли подниматься. Сетка фиксировалась в двух положениях: боевом и походном. Переход из боевого положения в походное и обратно осуществлялся механиком-водителем (не выходя из танка) в течение 2—3 с. На испытаниях это приспособление преодолено не было.
На этом же танке на переднем верхнем листе корпуса смонтировали батарею из шести звуковых сигналов автомобиля «Форд». Испытания показали, что сначала звук сигнала отгонял собак от танка, а впоследствии никакого действия он на них не производил.
Электризованное ограждение от нападения тренированных собак на танк представляло собой усовершенствованный вариант ограждения, испытанного в 1934 г.
«1. Сетка, завешивающая клиренс танка спереди, сплетенная из стальной проволоки диаметром 1 мм. Проволоки в сетке соединены в электрическом отношении так, что при касании любых двух соседних проволок, отстоящих друг от друга на расстоянии 50-60 мм, происходит разряд через соприкоснувшийся объект. Длина этой сетки 1,6 м, высота 0,5 м. Верх сетки натянут на двух кронштейнах, а низ слабо пружинит, поддерживая сетку отвесно. Сетка вынесена вперед по отношению к лобовому листу брони на 0,65 м
2. Сетка, завешивающая клиренс сзади танка к гусенице его, сплетена так же, как и первая. Длина ее 2,6 м, высота 0,35 м. Верхняя часть натянута, нижняя висит свободно. Нижние концы обеих сеток отстоят от земли (на ровной поверхности) на расстоянии 30-50 мм.
3. Две боковые сетки, представляющие из себя ряд горизонтально натянутых вдоль всего танка стальных проволоках диаметром 1 мм с промежутками между соседними проволоками 50-60 мм. Электрически они соединены так же, как и две первых. Ток высокого напряжения подводится изнутри танка от специального высоковольтного умформера, сконструированного и изготовленного на Полигоне. Размеры умформера 350x150x170 мм. Вес 14 кг».
В момент касания собаки проволок сетки происходил разряд напряжением от 9950 до 10000 В. Как правило, собаки, пущенные для повторной атаки танка, его не атаковали и обходили.
Хотя испытания наглядно продемонстрировали, что приспособления надежно защищают танки от нападения собак-истребителей, на вооружение ни одно из них не поступило. Все представленные конструкции отличались громоздкостью и серьезно ограничивали боевые свойства танков.
Источник :http://ser-sarajkin.narod2.ru/ALL_OUT/TiVOut13/PzvsHund/PzvsHund001.htm



Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
"Мифы и правда о военном собаководстве"
МИФ 2

В средствах массовой информации периодически появляется сведения, связанные с собаками – истребителями танков, которые преподносятся с искажением: кому принадлежит приоритет создания этой службы, каковы пути ее развития? Да это и неудивительно. Дело в том, что с 1932 года все, что связано с противотанковой службой, ее собаками-истребителями танков, было тщательно засекречено. Долгое время об этой удивительной и мужественной службе мало что было известно, но время берет свое, открывает тайну.
Как только появился танк на полях сражений, так человек стал успешно использовать и средства борьбы с ним общего назначения: танки, артиллерию, авиацию и т. п. в том числе и собак-истребителей танков (СИТ).
В истории военного собаководства навсегда останутся 30-е годы, как годы, когда был открыт новый способ использования военных собак для обороны нашей страны.
Этот способ возвращал собаку к роли боевого оружия, каким она и была еще в начале военной истории. Собака вышла на бой против танка, самого передового, на то время, детища военной техники.
Военные собаководы, движимые, прежде всего, любовью к Родине, заботой о ее безопасности, сумели превратить собаку в страшное, почти безотказное действующее оружие против грозных танков.
Подготовленная противотанковая собака соединяла в себе разрушительную мощь мины и снаряда, бронебойной пули и противотанковой гранаты, но с той только разницей, что она представляла собой мину, снаряд или бронебойную пулю, движущуюся, но при этом она могла менять направление, ища танк, гоняться за ним, даже в том случае, если танк дает «задний ход».
Кроме того, противотанковая собака - это и граната и бутылка с зажигательной смесью, которая поражает с минимальным риском для человека - вожатого собаки. При этом это оружие легко перемещается с одной позиции на другую. Конечно, наличие в арсенале наших войск такого оружия на то время было огромным шагом вперед. Но этим оружием необходимо было умело управлять, ведь поразить танк из пушки или противотанкового ружья, можно было только владея искусством стрельбы.
На первый взгляд процесс дрессировки и конструкция этой « живой движущейся мины» прост, но это только на первый взгляд. За этим стоит большой труд и мастерство дрессировщика. Но давайте обратимся к истории. Здесь хочется напомнить слова нашего историка В.Ключевского: «История ничему не учит, но жестоко наказывает за незнание уроков». В архиве Музея истории военного собаководства имеется письмо, подписанное 11 марта 1978 года бывшим начальником Центральной военно-технической школы дрессировщиков Красной Армии генерал-майором Григорием Пантелеймоновичем Медведевым «Об истории возникновения противотанковой службы собак». В письме в частности говорится: «В 1930 году слушателями Центральной школы Т.Т. Нитцем и Шошиным на имя командования были внесены предложения об использовании собак для противотанковой службы, а не командиром взвода 7 полка связи, из них Шошин подал идею применения, а Нитц идею вьюка, который был доработан при помощи представителя инженерного Управления , фамилию не помню. Начальник войск связи РККА поручил трем школам (Центральной и Окружным Белорусского и Приволжского военных округов) о выделении лучших взводов».
Подготовка собак в трех школах завершилась почти одновременно. Но поскольку тов. НИТЦ прибыл в Приволжский военный округ после окончания ЦВТШД-КА, где им был сконструирован противотанковый вьюк, а взвод под командованием Войлочникова несколько раньше был готов, чем в других школах, то общевойсковые испытания собак – истребителей танков (СИТ) были проведены в ПриВО при Саратовской бронетанковой школе на ее полигоне. Такие испытания были проведены с 19 февраля по 4 июня 1932 года, и был получен положительный результат. После проведенных полевых испытаний проблема противотанковой службы, собак-истребителей танков и все вокруг нее было строго засекречено. Где-то в недрах архивов лежат документы и ждут своих исследователей
Вьюк НИТЦА был принят на вооружение Техническим комитетом в 1932 году, его автору была выдана денежная премия. Личный состав Приволжской окружной школы: Медведев Г.П., Войлочников, Морозов и рядовой состав, принимавший участие в подготовке СИТ, были поощрены приказом командующего ПриВО.
В дальнейшем в секретном порядке этот вид службы совершенствовался на Нахабинском полигоне Центральной школой совместно с инженерами Нахабинского института. Улучшается противотанковый вьюк, разрабатывается методика подготовки СИТ, массового их применения для отражения танковых атак, изучаются способы защиты танка от СИТ.
История оставила нам архивные записи одного из испытаний собак истребителей танков в 1936 году на полигоне в Кубинке, где особенно отличились эрдельтерьер по кличке Гарольд и его вожатый Качалкин.
Гарольд был стар, лыс и имел такую внешность, что у всякого видавшего его, вызывал законное сомнение в его способностях подорвать танк. Но за это не выдающей доверия внешностью скрывалось огромное собачье мужество, подхлестываемое постоянным присутствием голода: сколько ни корми Гарольда, он никогда не чувствовал себя сытым.
Пущенный под один танк он проскакивал под ним со скоростью выпущенной пули и, не найдя там привычного лакомства, тут же бросался под другой танк, где его ждало новое разочарование и только пройдя под третьим танком, он, наконец, находил то, что искал - пищу. А ведь пробежать под танком на его полном ходу-дело нелегкое.
На Кубинском полигоне испытывались и специальные приспособления для защиты танка от противотанковых собак. Так, инженер Гончаров сконструировал особую металлическую сетку, ограждавшую танк от проникновения собаки под днище танка.
Сетка состояла из заостренных металлических стержней, загнутых поочередно то во внутрь, то на наружу и доходивших почти до земли. Если бы собака попала в эту сетку, то она была бы многократно проколота.
Вожатый Гарольда-Качалкин, ему одному известным способом узнал замысел «противника» и сумел применить контрмеры. Из резиновых покрышек он сделал удобный и прочный футляр для своей собаки и в таком виде пустил Гарольда под танк. Собака с таким рвением ворвалась в сетку и начала раздвигать прутья, да так, что прутья стали отлетать один за другим, а Гарольд, защищенный прочной резиновой оболочкой был для них - неуязвим.
Этим все не окончилось. Инженер Гончаров решил пропустить через сетку ток, напряжением до 70 вольт. Вожатый Качалкин в ответ, приделал к резиновой броне своей собаки несколько металлических проволочек, соединенных с землей и на этот раз победа осталась за собакой и ее инициативным вожатым.
Гарольд погиб в 1940 году при очередном испытании, успев при этом подорвать испытуемый танк.
Такова одна из многих историй с возникновением и отработкой методик использования собак истребителей танков противотанковой службы. И если смотреть с позиции известной нам дальнейшей истории, то можно только констатировать, что дело реализации нового вида противотанковой техники двигалось слишком медленно, но это не зависело от Центральной школы.
Чтобы спасти собаку, пытались применить вьюк самораскрывающийся, собака выдергивала рычажок, но в реальности, собака, как правило, заползала со взрывчаткой под танк и шанс на спасение был слишком мал.
Действенным было применение огнеметов, залпы которых распугивали почти всех собак, хотя были и такие, которые продолжали бросаться на танк, даже после того, как были опалены огнеметной струей.
Пытались воздействовать на собаку пулеметным огнем, но собаки иногда оставались незамеченными для механика-водителя, кроме того у него было слишком мало времени, чтобы поразить своего противника до того момента, когда тот оказывался в «мертвой» зоне пулемета.
Что касается применения сеток с металлическими шипами вниз, препятствовавших подползанию под днище танка, а верхние шипы на сетке и броне предохраняли от прыжка на танк. Но такая конструкция не была принята на вооружение, т.к. шипы внизу уменьшали скорость, особенно в рыхлой почве, а те, что были непосредственно на корпусе танка, могли стать причиной гибели экипажа в случае срочной эвакуации из машины.
Как показала практика, самым эффективным средством защиты от «собачьих атак» были маневр и огонь, т.е. испытания показали, что при перемене направления движения танка многие собаки отходили в сторону от намеченной цели, а огнем уничтожить собаку - значит спасти себя.
К середине 30-х годов теоретическая база по использованию служебных собак в условиях современного боя уже окончательно сформирована. Насколько назрела эта проблема для того времени видно из того, что аналогичные предложения способу ШОШИНА-НИТЦ, выдвигали и другие лица. Так в 1932 году эту идею выдвинули Спасенко и Гончаренко, но менее разработанную.
Справедливости ради, надо подчеркнуть, что в России первым предложил использовать собак-подрывников против танков и проволочных заграждений некий Поклонский, служивший в армии. Он первый предложил использование собак в качестве живых мин. Это было в 1915 году, но нашлось много противников этого способа.
К концу 1939 года методика и способы применения нового оружия были отработаны и поступили на вооружение Красной Армии.
Командование ЦВТШД-КА в работе по подготовке офицерских кадров всегда стремилось довести до их сведения самое лучшее, самое передовое, что имелось на вооружении на тот период.
Так,в начале 1941 года вышла книга полковника Балабанова В.М. «Противотанковая оборона в новых видах боя» (Воениздат, 1941). В книге теоретически разработан и обусловлен вопрос о путях развития средств и способов борьбы с танками. Этот труд был тщательно изучен под руководством командования всеми офицерами-собаководами, что положительно сказалось на действиях подразделений СИТ в дальнейшем, правильно ориентироваться и совершенствовать применение СИТ в их,борьбе с танками противника.
Надо отметить, что параллельно с противотанковой службой в конце 1934 начале января 1935 годов в районе Монино проводились испытания собак, обученных для диверсионной службы. Но это тема отдельного разговора.
Если собака-истребитель танков, как говорится- повезло и она сравнительно быстро пошла в гору, то совершенно другая судьба постигла специальность, столь же нужную, но не столь востребованную. Имеется в виду собаку - химразведчика. Коротко о ней.
Идея об использовании собаки для разведки в отношении отравляющих веществ возникла давно, значительно раньше, чем идея использования собаки против танков.
В 1928 году у научного сотрудника Центральной школы Крылова возникла идея использования собаки для разведки отравляющих веществ. В 1938 году этой же идеей занялся профессор Ю.А.Фролов. В 1940 году эта работа велась в Центральной школе В.Г. Голубевым.
Профессора Ю.А.Фролова на эту идею натолкнули потребности химической промышленности, с которой он до некоторой степени был связан. Дело в том, что в процессе производства различных химических препаратов, неизбежно наличия в воздухе некоторого количества вредных веществ. Пока концентрация этих веществ не превышает известного предела, с присутствием их можно мириться, но за этим пределом возникает вопрос о специальных мерах, охраны здоровья рабочих.
Наконец, эти вредные вещества могут появиться в нежелательной концентрации совершенно неожиданно, очень важно обнаружить этот факт как можно быстрее, гораздо раньше, чем это сделал бы человек, а это может сделать только или какой то очень точный механический прибор, либо собака с ее изумительным чутьем.
Для профессора Ю.А.Фролова поэтому вопрос стоял не столько о возможности организовать при помощи собаки химразведку (этот вопрос не вызывал у него сомнения), сколько и главным образом- о тренировке собаки на умение улавливать запах газов в различной и, прежде всего, опасной концентрации.
Опыты профессора Ю.А.Фролова увенчались полным успехом, доказав полную пригодность собаки для роли химического разведчика, но они же поставили для этой роли и определенные пределы: собака не может (особенно в поле, на ветру) определить границы зараженного участка.
Крылова и Голубева к этой идеи привели потребности противохимической обороны нашей страны на тот период. Их опыты закончились положительно, но с их уходом из Центральной школы закончилась эта страничка применения собаки.
Никто тогда не предполагал, что все эти разработки и практические наработки в ближайшее время.
Источник: http://www.voennoe-sobakovodstvo.ru/kniga.html


Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
"Мифы и правда о военном собаководстве"
МИФ 3

При изучении материала, связанного с темой « Противотанковая служба в военном собаководстве», обращает на себя внимание информация отдельных сайтов Интернета, таких как «Анатомия армии», «Противотанковая собака» (подвижные мины), « Псы- рыцари и минеры», «Спецназ» (Резун) и другие, на которых публикуются материалы, мягко говоря, «далекие от исторической истины». Авторы публикаций в меру своей компетентности излагают материалы о службе, в основу которой положена подготовка собака-истребитель танков. Правда каждого из авторов подается о противотанковой службе без учета архивных документов, воспоминаний ветеранов службы, итоговых цифр или учета хронологии войны. Легче всего написать: « я не верю», « нет документов», «это выдумка» и т.п.
Есть все, есть документы, цифры, воспоминания ветеранов и т.д. Если обратиться в Центральный архив Министерства обороны РФ (г. Подольск) или в архив музея истории военного собаководства, то все встанет на свое место.
Об истории возникновения противотанковой службы собак мы уже писали в предыдущем материале. Теперь об участии подразделений собак-истребителей танков в годы Великой Отечественной войны. Уже 2 июля 1941 года в Центральной школе был сформирован 1-й отдельный батальон специальных служб под командованием капитан П.Т.Новикова. Батальон численностью 199 человек и 212 собак состоял из двух рот: рота противотанковых собак (командир роты лейтенант Некрутенко) и рота связи (командир роты лейтенант Шкенин). Батальон был направлен в действующую армию на Западный фронт. 30 сентября 1941 года батальон был брошен в бой против частей 3-й танковой дивизии противника, т.е. в самом начале битвы за Москву. Роты действовали отдельно друг от друга, т.к. имели различное предназначение.
При применении роты СИТ сразу же выявились грубые просчеты в подготовке собак, их готовили без применения танков, используя в этом качестве трактора. Слабо была разработана тактика применения СИТ. Собак выпускали слишком далеко от приближающихся танков, атакующих пехоту, противника не прижимали огнем, давая им тем самым возможность расстреливать собак даже из личного оружия прямо из люков танков.
Кроме того сказался и низкий боевой дух большей части роты, она сдалась в плен, совершенно не исчерпав своей возможности к сопротивлению, имея при себе 108 собак-истребителей танков. На допросах вожатые собак дали всю необходимую информацию по вопросам дрессировки, предполагаемой тактики применения, вооружению и штатной численности формируемых подразделений СИТ. Случившееся стало большим уроком, в Центральной школе было сделаны серьезные выводы, внесены изменения в подготовку вожатых СИТ и их собак. К 25 июля 1941 года из личного состава Центральной школы формируется 1-й армейский отряд собак истребителей танков в составе 18 офицеров, 40 сержантов, 430 вожатых и 372 собаки. Отряд под командованием майора К.А.Лебедева дислоцируется на станции Савелово. В дальнейшем формируются 3,4,5,6,7,8,9 и 10 армейские отряды СИТ с выделением 148 офицеров и 320 сержантов.
10 августа 1941 года из состава Центральной школы формируется 2-й армейский отряд СИТ в составе: 18 офицеров, 40 сержантов, 430 вожатых и 372 собак. Командиром отряда назначается капитан Н.И. Мусийченко. Место дислокации г. Перово. Отряд включается в состав Резервной армии Западного фронта с местом дислокации - станция Савелово. А уже 31 августа 1941 года после окончания учебно-боевой подготовки на Брянский фронт отправляется на боевую стажировку и испытание в боевых условиях противотанкового вьюка курсантский батальон .Состав батальона:офицеров-18, сержантов-48, курсантов-вожатых-249, собак-272. Командиром батальона был начальник ЦВТШД-КА полковник Г.П.Медведев.
При проводимых испытаниях противотанкового вьюка не срабатывал механизм подрыва взрывчатого вещества, этим сразу же заинтересовались органы НКВД, грозил арест руководства школы. Полковник Г.П.Медведев быстро вернулся в Центральную школу, где неисправность была быстро ликвидирована.А вскоре стала видна и практическая ценность СИТ. Первые результаты их применения показали, что немцев можно бить, и они собак-истребителей танков очень боятся.
Не будем загружать текст перечислением сформированных подразделений СИТ, подчеркнем одно: в 1941 году ЦВТШД-КА подготовила и отправила на фронт-1272 человека, из них: 67 офицера, 157 сержанта, 1048- вожатых и 1007 собак противотанковой службы
Новая техника себя оправдала, она наводила панику на немцев. Они стали поголовно истреблять собак в оккупированных районах, видя в каждой собаке «живую мину», а при встрече с настоящими «живыми минами», не стыдясь, «показывать тыл». Танк с «непобедимым арийцем», удирающим от собак, какое зрелище! На многих участках фронта, как вспоминают ветераны-собаководы, с появлением противотанковых собак танки исчезали, а наши бойцы и собаки переживали «вынужденную безработицу».
Вместе с тем, Центральная школа продолжала отправлять на фронт подразделения СИТ. Так, 25 июля 1942 года на фронт убывает 27-й отдельный отряд СИТ в составе: 17 офицеров,39 сержантов, 155 вожатых и 159 собак, командир отряда старший лейтенант В.В.Шанцев. 28августа 1942 года – 28-й отдельный отряд СИТ в составе: 18 офицеров, 38 сержантов, 158 вожатых и 202 собак, командир отряда старший лейтенант А.С. Кунин. В сентябре-ноябре 1942 года на фронт отправлены 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39 и40 ООСС. На фронт убывают комплексные отряды, составленные из людей и собак разных служб военного собаководства. Такой принцип формирования был подсказан опытом войны. Всего за период 1941-1942 годов ЦВТШД-КА подготовила и отправила на фронты Великой Отечественной войны по противотанковой службе-2217 человек, из них: офицеров-195, сержантов-411, вожатых-1611, собак-1790..
Сформированные Центральной школой и отправленные на фронт спецчасти собаководства для участия в оборонительных и наступательных боях, как средство усиления, за период боевых действий 1941-1942 г.г. имеют следующие результаты (по донесениям командиров):
1.Подбито и уничтожено танков противника-192.
2.Отбито танковых атак при помощи СИТ-18 раз.
Зимняя кампания 1942-1943 годов была несомненно решающим периодом войны и в этой ответственный период сформированные ранее подразделения и части военного собаководства продолжали делать свое скромное дело на фронтах, а в помощь им школой направлялись все новые и новые отряды. Первоначально эти отряды состояли из четырех рот служебных собак по 126 в каждой (ЦА МО РФ.ф.09. оп.4840.д.3.л.1 ). Практическое применение такой организации показало, что структура слишком громоздкая и трудно управляемая. И с июля 1942 года две роты в отряде были упразднены. В результате уменьшилось количество собак с 504 до 216, отряды стали мобильными и легко управляемые.
7 ноября 1943 года отдельные батальоны собак-миноискателей и истребителей танков (ОБСМИТ) переведены на новый штат с численностью личного состава-188 человек и 144 собак-миноискателей.
За период с 1941 по 1943 годы Центральной школой подготовлено: личного состава противотанковой службы-2306 человек, в том числе: офицеров-200, сержантов-424, вожатых-1882, собак-3755.
По донесениям командиров в 1943 году уничтожено 48 танков противника, а за период боевых действий 1941-1943 годов и 5 месяцев 1944 года подразделениями СИТ подбито и уничтожено 230 танков противника.
Всего по официальной статистке (основание: боевые донесения командиров в Центральную школу) за годы Великой Отечественной войны подбито и уничтожено-304 танка противника. Не трудно подсчитать , что для уничтожения одного танка противника, в среднем, использовались примерно 13 подготовленных собак-истребителей танков.
О тактических условиях применения подразделений СИТ в рамках этой статьи мы опускаем, отметив, практика боевого применения в ходе боевых действий собак-истребителей танков показала, что они применимы в различных видах боя.
Не всегда все шло гладко, были неудачи, просчеты, но все решалось, исправлялось, а на поверку получился убедительный результат. Две немецкие танковые дивизии были разгромлены с помощью собак-истребителей танков. Много это или мало? Надо обратить внимание на тот период войны, когда применялись собаки-истребители танков и все встанет на свои места, будет ясно. Успех применения СИТ зависел во многом от умения и желания правильно использовать собак в бою со стороны командиров подразделений и общевойсковых начальников в чьем подчинении они находились. Вот пример грамотного использования СИТ в бою.
Из доклада командира 2-й гвардейской дивизии полковника Акименко А.З. начальнику Управления связи Красной Армии об использовании СИТ (Брянский фронт, 14 октября 1941 года):
« Использование собак-истребителей танков дало отличные результаты: на участке 160 стрелковой дивизии в районе Глухов 24.09.41 года 6-ю собаками уничтожено 5 неприятельских танков.» /Архив музея истории военного собаководства./
Это было одно из первых применений СИТ на практике.
В тот же период, когда противник вел наступление на Москву под кодовым названием «Тайфун», все школы военного собаководства были перенацелены на подготовку отрядов СИТ. Результаты этой трудной и ответственной работы стали проявляться в мужестве, стойкости, самоотверженности и героизме военных собаководов, которую они вели в борьбе с танками.
Вот, что вспоминает генерал армии Хетагуров Г.И. в своей книге «Исполнение долга»: «…в 13часов противник возобновил наступление. Двадцать его танков подорвались на наших минных полях, но остальные, преодолев минно-взрывные заграждения, продолжали двигаться вперед. Еще двенадцать были подорваны бойцами из одиночных окопов с помощью собак».
Летом в составе 38-й армии Юго-Западного фронта действовал 27-й отдельный отряд СИТ (командир старший лейтенант В.В.Шанцев).За период с 10 июня по 2 июля 1942 года отряд уничтожил 21 танк, 14 автомашин, а также много живой силы противника. Совинформбюро в своем вечернем выпуске от 2 июля 1942 года сообщало: «на другом участке пятьдесят немецких танков попытались прорваться в расположение наших войск. Девять отважных бронебойщиков из истребительного отряда старшего лейтенанта Шанцева открыли огонь и подожгли 7 немецких танков.» В сообщении нет фамилий этих смельчаков, названных бронебойщиками из-за существовавшей в то время секретности на СИТ. Но история сохранила нам их фамилии. Вот выписка из газеты «Красная Армия» №182 от 2.07.42 г. Юго-Западного фронта. Статья называется «Величественный подвиг 9-ти бронебойщиков»: «Девять советских воинов вступили в бой с вражескими машинами. Метко без промаха бьет из своего оружия красноармеец Романов. Один за другим он выводит из строя два танка. Из засады ведут огонь наши истребители. Охваченная пламенем, горит уже седьмая машина…Защищая родную землю, девять бронебойщиков: старший сержант Буймин, сержант Сатиров, младший сержант Гайнутдинов, красноармейцы
Романов, Панин, Лазунин, Запаров, Шамсиев и Колесников пали смертью храбрых, но не отступили ни на шаг…»
Так дрались военные собаководы, их подвиг - золотые страницы летописи Великой Отечественной войны, советские воины стояли на смерть, горели фашистские танки и бронетранспортеры, в том им «помогали» их верные четвероногие друзья.
Вот , что писал командующий 30-й армией, в дальнейшем генерал-лейтенант, Герой Советского Союза Д.Д. Лелюшенко в своем письме от 14 марта 1942 года на имя начальника Центральной военно-технической школы дрессировщиков Красной Армии о применении военных собак в его армии: «Практика применения в армии собак Первого истребительного отряда показала, что при наличии массированного применения противником танков, противотанковые собаки являются неотъемлемой частью противотанковой обороны. Имел место случай, когда в период разгрома немцев под Москвой, пущенные в атаку танки противника были обращены в бегство собаками истребительного отряда(они боятся противотанковых собак и специально за ними охотятся)».
/Архив музея истории военного собаководства. Калининский фронт, полевое управление 30 армии №0442, 14.03.42 г./
Вспомните трудный час 1941 года, когда фашистские полчища рвались к Москве. Военные собаки ценой своей жизни на подступах к столице сделали то, чему их научили: подорвали около сотни танков противника, но остались жить и бороться во имя будущего людей.
Бывшие гитлеровские генералы в своих мемуарах отмечают, что командиры их танковых подразделений не раз отдавали приказ об отступлении, если замечали, что на поле боя появлялись СИТ. Насколько противник считался с СИТ можно судить по изданию специальной Инструкции для немецких войск уже в январе 1942 года, как бороться с нашими собаками немецким войскам. Только по официальным данным при помощи СИТ в 1941-1942 годах было сорвано 18 танковых атак противника. Собаки применялись разных пород , в том числе и беспородные-«дворняжки». Именно такая «дворняжка» по кличке «ИРМА» по свидетельству фронтовиков первой в Великой Отечественной войне подорвала немецкий танк 27 июня 1941 года под Рогочевом
В архиве музея истории военного собаководства хранится «Сводка о формировании частей ЦВТШД-КА для фронта за период с 22.06.41 по 31.12.42 г.г. вот ее содержание:
 Отправленные на фронт, на передовую группы вожатых СИТ порой действовали как скорая помощь, где трудно, там они.
Подвиг бойцов и командиров Красной Армии в битве за Москву вошел в историю и навсегда вписан в память нашего народа. В этом великом сражении в разных местах, на различных участках великой битвы принимали участие воины-собаководы всего двух армейских истребительных отрядов, но они внесли свой вклад в защиту столицы и забывать об этом не надо.
Как важнейшую цель общего наступления немецких войск на СССР Гитлер рассматривал захват Ленинграда. Не буду вдаваться в подробности проводимых мероприятий. В связи с этим хочу отметить, что в этой сложной обстановке по обороне и мобилизации сил и средств на защиту Ленинграда в состав 42-й армии был придан 5-й армейский истребительный отряд под командованием майора Петра Алексеевича Заводчикова, широко известного ленинградцам, специалиста служебного собаководства.
В начале 1942 года в отряде была подготовлена группа собак-подрывников. Собак приучали со взрывчаткой в специальной сумке пробираться по проходам в колючей проволоке, попав в расположение противника, собака забегала в бункер, бросалась на двери ДЗОТа, блиндажа, где она чуяла людей. Взрыватель задевал за стенку или дверь, срабатывал и производил подрыв. С их помощью отряд уничтожил три землянки с солдатами и склад боеприпасов противника.
О событиях июля 1942 года на Южном фронте написано до обидного мало. Тем важен для нас любой материал, проливающий свет на события, связанные с обороной советских войск в районе Ростова-на-Дону и роли в них приданных армейских истребительных отрядов с собаками-истребителями танков. И хотя имеющийся материал проливает свет на участие СИТ в обороне, это только край айсберга, основной материал ждет своего исследования. Опущу подробности обороны войсками 56-й армии, но она была такой героической, что из 121457 бойца и командира 56-й армии (командующий генерал-лейтенант А.И. Рыжов) в живых осталось около 18 тысяч, но никто не сделал и шагу назад!
В этих боях неувядаемой славой покрыли себя и военные собаководы, присланные сюда из Центральной школы 7, 8 и 9-го армейских истребительных отрядов.(командиры отрядов соответственно Яценко, Скорев и Акишин). Отряды сформированы в соответствии с директивой заместителя наркома обороны СССР № 538274 от 21.07 1941 г.по штату 014/45 (офицеров-63, сержантов-98, вожатых-398, всего 559 человек и 504 собаки). Приданные дивизиям Южного фронта эти роты СИТ совместно с другими противотанковыми средствами создали прочную противотанковую оборону и в часы наибольшей опасности выполнили стоящие задачи ценой самой жизни, громили ненавистного врага.
20 июля 1942 года 56-я армия получила приказ обеспечить отвод главных сил Южного фронта (12, 18 и37 армий) на левый берег Дона, удерживать внешний обвод Ростовского оборонительного района.
Прикрывая отход войск фронта 56-я армия силами 4-х дивизий и 4-х стрелковых бригад с артиллерией усиления заняла оборону по указанному рубежу. Воины 56-й армии совместно с пулеметно-артиллерийскими батальонами 70-го и 158-го укрепрайонов стойко отражали многочисленные атаки противника, нанося ему большие потери.
Накануне для обороны Ростова прибыли три бригады морской пехоты Тихоокеанского флота: 68-я,76-я и 81-я.
Когда 1-я танковая армия немцев справилась с Харьковом, она повернула на юг, одновременно 17-я немецкая полевая армия начала наступление на Таганрог с линии Миус-фронта на Ростов-на-Дону. Город атаковали три армии врага: две танковые и одна пехотная. Подобного больше за историю войны не было.
Тихоокеанские моряки упорно защищали город.
Это заставило Гитлера направить сюда 4-ю танковую армию, которая из-за этого не пошла на Сталинград. Если бы она ударила от Воронежа на Сталинград, то заняла бы его без боя, поскольку войска для обороны не были сформированы. Направив эту армию на Ростов-на-Дону, Гитлер фактически отменил план «BLAU». Если бы этого не произошло, ход войны мог бы стать совсем другим…
21 июля 1942 года севернее села Чалтырь, со стороны Таганрога, на позиции 68-й отдельной морской стрелковой бригады наступало около 40 танков противника. Двенадцать из них, подавив батарею 45-мм противотанковых пушек, двинулись на КП. Положение становилось критическим. И тогда, командир бригады полковник А.Е. Шаповалов использовал последний резерв: 4-ю роту СИТ. 56 собак бросились навстречу танкам. Это была первая атака роты СИТ в полном составе.
Вот как записано в краткой исторической справке о боевых действиях бригады:
«..в это время через боевые порядки обороняющихся моряков промчались собаки-истребители танков. На их спинах был пристегнут заряд с толом и, точно антенна, торчал рычаг, от соприкосновения которого с днищем танка срабатывал взрыватель и взрывался тол. Танки взрывались один за другим. Поле покрылось шлейфами черного едкого дыма. Танковая атака приостановилась. Уцелевшие танки вместе с сопровождавшей их пехотой начали отходить назад. Бой затих…».
К сожалению,нам пока неизвестно: к какому армейскому истребительному отряду относилась 4-я рота СИТ, но тайны понемногу открываются, и безызвестные Герои обретают свои имена.
В ночь с 21 на 22 июля командарм -56 А.И.Рыжов приказал сменить на внешнем оборонительном обводе морские стрелковые бригады 30-й, 339-й и 31-й дивизиям, а бригады вывести на 2-й и 3-й рубежи обороны, увеличивая ее глубину.
30-я СД полковника Б.Н.Аршинцева и 31-я СД генерал-майора Н.И. Озимина за короткую июльскую ночь сменили 16-ю, 68-ю и81-ю бригады, а 339-я дивизия этого не сделала. 76-я морская стрелковая бригада осталась с тремя батальонами дожидаться смены.
Вечером 21 июля немцы разбомбили штаб 76-й бригады. Погибло 32 человека, больше 100 было ранено и контужено. Немецкая авиация господствовала в небе.
22 июля 1942 года у села Султан-Салы, северо-западнее Ростова, в полосе обороны 256-го стрелкового полка 30-й Иркутской, Чонгарской ордена Ленина и дважды Краснознаменной, имени Верховного Совета РСФСР стрелковой дивизии (командир дивизии полковник Б.Н. Аршинцев) сложилась чрезвычайная обстановка. В 11.30- свыше 50 танков с автоматчиками стали наступать, огибая правый фланг 256 стрелкового полка. Атаки противника были отбиты. После неудавшейся атаки, участок обороны полка подвергается яростной бомбардировке с воздуха, в которой участвуют до 60-ти самолетов.
Решением командира 30-й СД для прикрытия правого фланга 256 СП выбрасывается противотанковый резерв: противотанковые орудия и 3-я рота СИТ (отряд неизвестен) с задачей не допустить окружения дивизии в районе села Султан-Салы. И как за сутки до этого, под селом Чалтырем, севернее села Красный Крым, собаки-истребители танков спасли положение. В критический момент боя, по приказу командира 30-йСД, командир 3-й роты СИТ капитан Иванча дал команду спустить с поводков 64 собаки- истребителя танков.
В считанные минуты было подорвано 24 вражеских танка. (цифра в документе поставлена карандашом). Проведенная противником танковая атака захлебнулась. Оставшиеся без собак, погибших под танками и скошенных немецкими пулеметами, вожатые 3-й рота СИТ продолжали бой с личным оружием. Своим залповым , заградительным огнем из личного оружия они сумели в этом бою еще сбить и двухмоторный бомбардировщик противника. Это единственный случай в истории военного собаководства.
Так выглядела общедоступная информация в СМИ о 22 июля 1942 года у села Султан-Салы. И вот, когда статья об этом бое была уже написана, работая в архиве музея истории военного собаководства с документами в марте 2015 года, я обнаружил уникальный документ, который изменил и открыл одну из тайн истории военного собаководства. Привожу его полностью.
«От командира 1-й роты СИТ Командиру 9-го Армейск. отр. СИТ
9 Арм.отр.ст.лейт. Кокора майору Акишину.
Сообщаю подробности боевых действий 1-й роты СИТ 9-го Арм. Отряда, действовавшей в составе 56-й армии во время обороны г. Ростова, за период с 19 июля по 3 августа 1942 года.
1. К 19 июля 1942 г. рота, занимавшая оборону возле р. Миус (выс. 116,3, выс. Соленая и х. Антонов), получила боевой приказ через нач. штаба 30-й СД подполковника Костюка, отойти в район Ростова и занять оборону двумя взводами в р-не с.с. Крым-Чалтыр, а остальные 2 взвода сосредоточить как резерв в вост. части х. Ленинаван. Мне, как заместителю командира роты, было поручено исполнение этого приказа.
К утру 20.07.42 г. приказ был выполнен: 1-й и 2-й взвода под командованием л-та Кондратова и мл.л-та Хараберюш заняли оборону между с.с. Крым и Чалтыр. 3-й и 4-й взвода (командиры ст.л-т Махинько и мл. л-т Попов) сосредоточились в х. Ленинван.
2. К вечеру 20.07.42 г. штаб 30-й СД, коей рота была придана, отдал приказ двум резервным взводам продвинуться к юж. окраине с. Чалтыр и занять оборону. К 2.00 21.07.42 г. приказание было выполнено. К-р роты капитан Иванча находился с 1-м и 2-м взводами, а я с 3-м и 4-м взводами.
Утром 21.07.42 г. последовала первая танковая атака противника в составе ок. 150 танков, но рота собак не применила, т.к. атака была отбита артиллерией. К 11.00 21.-07.42 г. последовала вторая танковая атака. Четыре средних танка вышли в участок обороны 1-го взвода и были атакованы собаками и обстреляны артиллерией, в результате чего все 4 были выведены из строя. При осмотре вечером 21.07. оказалось, что все вражеские машины имеют пробоины от снарядов и подорваны собаками. Поскольку собаки шли под движущиеся танки, имею основание заключить, что уничтожили их собаки, и лишь потом добивала их артиллерия. Танки в этой атаке взаимодействовали с авиацией. В этом бою был ранен к-р 1-го взвода л-т Кондратов. Команование 1-м взв. передано ст. серж. Костенко.
3. К вечере 21.07.42 г. командир 30-й СД приказал: роту СИТ поставить на оборону балки Чалтыр возле укрепрайона. В связи с тем, что к-р роты кап. Иванча оказался болен, командир 30-й СД приказал командовать ротой мне. Приняв командование , я расположил роту на оборону в следующем порядке: 3-й взвод – вост. отрог балки Чалтыр 300 м. вост. дороги Ростов-Чалтыр, 4-й взвод – ю.з.часть балки Чалтыр за противотанк. препятствием, 2-й взвод – возле КП дивизии в резерве. 1-й взвод остался с 35 СП.
4. К 11 часам утра внезапно появились танки противника возле х. Ленинван со стороны дороги Ростов – С.-Салы, т.е. с тыла. Мне было приказано: задержать движение противника для того, чтобы дать возможность вывести полки из создавшегося положения. 2-й взвод был выдвинут лицом к Ростову и занял оборону поперек дороги Ростов-Чалтыр 300-400 м. южнее противотанкового рва. 3-й взвод занял оборону в отроге балки и частично в расположенных выше ДОТахиДЗОТах. 4-й взвод занял правый фланг обороны, использовав траншеи и хода сообщений. Я находился с 4-м взводом. Менее чем через час танки в колич. 82-х при 2-х бронемашинах двинулись в нашем направлении с целью захватить шоссе Ростов-Чалтыр.
Первым принял бой 2-й взвод, пустивший и подорвавший 4 тяжелых танка, идущих во главе развернутого строя. Танки, видимо из воздушной разведки, узнав, что здесь нет артиллерии, шли на малой скорости, изредка простреливая подозрительные объекты. Первыми пустили собак ст. серж. Генкало (впоследствии ранен и эвакуирован), серж. Машкевич (впоследствии убит) и к-цы Стариков и Викентиев. Последующее замешательство пролтивник4а и нарушение строя танков было использовано для пуска собак 3-м и 4-м взводами. В течение 3-4 мин. я насчитал 28 взрывов. Противник отошел на 600-700 метров и начал вести интенсивный артиллерийский и пулеметный огонь по нашей обороне в течение 1,5 – 2-х часов при содействии авиации. К 14 часам подошла вражеская мотопехота и начала вести наступление. Имея потери и не имея достаточных огневых средств, я приказал к-рам взводов отойти к ж.д. полотну. Всего за это бой на поле осталось 17 мертвых машин. На некоторых из них были явно видны разрушения (машины имели осадку на один бок, две машины горели).
5. Выйдя к ж.д. полотну южнее ст. Хопры, я получил приказание от пом. нач. штаба 30-й СД переправиться через р. Мёртвый Донец и сосредоточиться к переправе через Дон. Переправляясь через Мертвый Донец, рота попала под арт. огонь, который вёл противник с Верх. Гниловской. Я был вынужден взять южнее. Преодолев 12 км. болота, к утру 23.07.42 г. я вышел к г. Азов. Узнав, где находятся части 30-й СД, я присоединился к ним с группой в 17 чел. при 8-ми собаках и находился там до 3 августа 1942 г. последнее время возле ст. Кисляковка. 3 августа сдал командование капитану Иванче, который к этому времени получил приказ двигаться на формировку вместе с 56-й арамией. 7 августа, находясь в г. Майкоп, я получил приказание от кап. Иванча заготовить продукты питания. Находясь в городе, попал под огонь прорвавшихся танков противника и потерял связь с ротой. Узнав местонахождение 9 Арм. Отряда прибыл туда 26 августа 1942 г.
Ст.л-т Кокора /подпись/
29.09.42

Таков итог этого боя по словам его руководителя. Снята завеса с ещё одной тайны военного собаководства в боях за г. Ростов-на-Дону. Только в последние годы этот трагический участок советско-германского фронта начинает открывать скорбные страницы своей истории. Сделаны лишь первые шаги в объективном изучении роли военных собаководов на Южном фронте. Приведённый выше документ несомненно шаг вперёд, позволяющий досконально восстановить ход событий тех далёких дней.
Источник: http://www.voennoe-sobakovodstvo.ru/kniga.html


Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
"Мифы и правда о военном собаководстве"
МИФ 3 (продолжение)

Одновременно с наступлением на юге, немецкие войска рвались к Волге, чтобы овладеть Сталинградом. Наступление фашистских войск было мощным и стремительным. Они шли на Сталинград. И как шли! Казалось, нет силы, способной их остановить.
62-я армия вступила в бой с надвигающимся противником, это было началом оборонительного этапа Сталинградской битвы. К середине июля 1942 года, отбросив наши войска за Дон, противник завязал боевые действия в большой излучине Дона. Несмотря на упорные бои, остановить врага на дальних подступах к Сталинграду не удалось.
23 августа 1942 года, не считаясь ни с какими потерями, противнику удалось прорвать оборону 62-й армии, в прорыв рванулись немецкие войска. Им удалось выйти к Волге севернее поселка Рынок. 62-я армия была отрезана от основных сил Сталинградского фронта. Это был самый драматический и трагичный день в обороне города. Город был превращен в руины. Утром 24 августа 1942 года противник перешел в наступление, но без- успешно. Началась многомесячная оборона города и бои за его освобождение.
В числе защитников города, в составе 62-й армии был и 28-й отдельный отряд собак-истребителей танков, под командованием старшего лейтенанта Анатолия Семеновича Кунина. Отряд прибыл на Сталинградский фронт 23 августа 1942 года и поступил в оперативное подчинение 10-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД
(с. Заплавное). Именно им пришлось одними из первых вступить в неравный бой с прорвавшимися к городу немецкими войсками.
Впервые в битве за Сталинград собаки были применены в августе 1942 года на северных окраинах города, в районе наступления гитлеровских танков, на участке обороны 282-го стрелкового полка 10-й СД НКВД.
Воины дивизии с мужеством и честью выполнили поставленную перед ними задачу задержать прорвавшегося к Сталинграду врага до подхода наших сил. Весьма значительную роль в начальный период обороны Сталинграда сыграли собаки-истребители танков.
Отдельные группы истребителей, созданные в отряде, показали исключительное мужество и отвагу. Так, например, 13.09.42 г. в районе аэродрома на рубеж, который контролировала группа истребителей танков под командованием старшего сержанта Федора Крючкова шли немецкие танки. Истребители танков вожатые Алексей Кузякин, Алексей Кузьков, Николай Матвиенко и другие бойцы группы приняли бой, при этом уничтожив 13 немецких танков. Вся группа истребителей пала смертью храбрых, выполнив свой долг перед Родиной.
15.09.42г. группа истребителей танков, возглавляемая младшим лейтенантом А.И. Варламовым вела бои с превосходящими силами противника в районе железнодорожного разъезда Воропанова. В группе было 15 вожатых с 15 собаками-истребителями танков и 20 зарядов ВВ.
Вся группа героически погибла, выполнив боевую задачу ,но обороняемого рубежа не сдала, отразив три атаки противника и уничтожив 6 танков с десантом.
В боях за Сталинград 28 ООСИТ уничтожено 42 танка, 2 бронема-шины,4 автомашины, 2 пулеметные огневые точки и 578 солдат и офицеров противника.
Именно в боях за Сталинград в состав 28 ООСИТ были включены расчеты противотанковых ружей по 3-4 на взвод СИТ.
Известно, что в начале войны из-за недостатка противотанковой артиллерии и танков остро встал вопрос о быстрейшем вооружении нашей пехоты надежным средством борьбы с танками противника. На вооружение нашей армии стали поступать сразу два варианта противотанковых ружей системы С.Г.Симонова (ПТРС-41) и В.А.Дегтярева (ПТРД-41). Высокие тактико-технические характеристики позволили применять их успешно до последних дней войны.
За стойкость и отвагу командующий 62-й армией генерал-лейтенант А.И.Чуйков объявил всему личному составу 28-го ООСИТ благодарность, а 47 воинов удостоены правительственных наград (приказ №73/н от29.03.43г.)
Вот, что писал о боевых делах отряда командир 43-й отдельной Краснознаменной инженерной бригады специального назначения полковник И.П. Корявко, которому был подчинен отряд: «Личный состав отряда в боях с немецко-фашистскими захватчиками показал себя ,как высоко сознательный и понимающий свой долг перед Родиной. Во время боевых действий в отряде не было случаев проявления трусости или паники». Отряд входил в состав 43-й бригады Южного фронта с 18 октября 1942 года по 5 июля 1943 года , а в состав 62-й армии- с 24 августа по 7 октября 1942 года.
Рассуждения отдельных «историков» о «гуманности» или «негуманности» применения такого метода борьбы с танками вряд ли уместен в отношении тяжелых боев в условиях Сталинграда. Эффективность применения собак в военном деле в годы Великой Отечественной войны была высока, и это понимали многие командиры.
Об этом показывала практика их применения. При всяком удобном случае командный состав уделял повышенное внимание военному собаководству. Так, в составе 28-й армии (командующий генерал-лейтенант В.Ф.Герасименко) была создана школа командного состава собаководства, которую в дальнейшем передали 26.09.42г. в состав Сталинградского фронта, правда, уже 30.09.42г. в связи с реорганизацией частей фронта она вошла в состав Донского фронта. Просуществовав в составе фронта месяц, на ее базе формируется 30 отдельный отряд специальных служб.
5 июля 1943 года началось сражение, определившее весь дальнейший ход войны, Курская битва. Опустим все перипетии хода проводимой операции, остановимся лишь на участии в ней военного собаководства.
В ходе июльских боев на Курской дуге, как известно, значительную роль в обеспечении разгрома немецких войск сыграло инженерное обеспечение, а также боевая работа подразделений военного собаководства организационно входившее в ее состав, а именно созданные заранее подвижные отряды заграждения (ПОЗ), в которые входили подразделения СИТ. Вот выписка из указаний об использовании инженерных противотанковых средств в оборонительном бою в июле 1943 года. В нем констатируется: « собаки-истребители танков являются также эффективным средством, 27 выпущенных собак уничтожили 15 танков (Курская битва)».
/Из указаний на Северо-Западном фронте. Архив музея истории военного собаководства /
А вот, что сообщалось в Информационном листке №3 начальника инженерных войск 6-й гвардейской армии: «Первый же день наступления стоил немцам колоссальных потерь в технике и живой силе. Собаками-истребителями танков уничтожено 12 танков, средствами ПТР-8 танков. Героически вели себя с первых же дней немецкого наступления саперные группы лейтенанта Лисицина и младшего лейтенанта Мухина из подразделения капитана Шишова.(Обороняя КП полка, группа лейтенанта Лисицина при отражении атак немцев уничтожила собаками 4 танка и свыше 150 солдат и офицеров -автор). Другая группа младшего лейтенанта Мухина четыре часа вела ожесточенный бой с превосходящими силами противника защищая КП 151 гвардейского стрелкового полка. Свыше 100 гитлеровцев уничтожили бойцы этой группы».
Чтобы яснее разобраться, что представляли собой эти группы, какова их численность, добавим, что это были взвода численностью 30-35 человек, вооруженные 20-25 собаками-истребителями танков, 4-ПТР,2 ручными пулеметами и личным оружием автоматами.
Характерно, что в Курской битве СИТ использовались, как подвижный противотанковый резерв для борьбы с танками противника, прорвавшими первую оборонительную линию нашей обороны. Так было в 52-й и 67-й гвардейских дивизиях, а приданные подразделения 27 ОБСМИТ Воронежского фронта 6-й гвардейской армии распределили по стрелковым полкам.
6 июля 1943 года, на второй день Курской битвы, на Воронежском фронте в полосе обороны наших стрелковых дивизий собаки подорвали 3 танка противника, остальные повернули назад. А всего в этот день подразделения СИТ подорвали 12 танков.
/ЦА МО РФ ф. 236, оп.2845, д.222, л.5 /
Курская битва, как известно, продолжалась 49 дней-с 5 июля по 23 августа 1943 года. Проведя ряд операций, наши войска прошли с боями на запад до 450 км. Враг понес большие потери в живой силе и боевой технике и в этом им «помогли» подразделения СИТ.
Начальник ЦВТШД-КА генерал-майор Г.П.Медведев, подводя некоторые итоги работы подразделений СИТ в 1941-1943 г.г., в своей статье «Опыт боевого применении военных собак» писал: «Опыт боевого использования собак-истребителей подтверждает, что в общей системе противотанковых средств борьбы, собаки-истребители являются действенным и весьма эффективным средством борьбы с танками противника. Собака-истребитель может безотказно работать при условии поддержания систематической тренировки с пропуском ее под танк, не реже одного раза в неделю».
/ Архив музея истории военного собаководства.
Бюллетень №1 « Дрессировщик Красной Армии»,1943г/.
Разгром немецких войск на Курской дуге еще раз показал, что достигнутое превосходство над противником создает благоприятные условия для окончательной победы над врагом. С противником дралась качественно новая Красная Армия, ее моральный дух был высок и укреплялся. В этой борьбе активное участие принимали подразделения военного собаководства.
Вот, например, данные о боевой работе 27 ОБСМИТ (командир капитан В.В. Шишов) за 1943 год, показывающие эффективность проводимой работы. Так ротой собак-истребителей танков этого батальона подорвано и уничтожено 21 танк, 4 из ПТР. Кроме того уничтожено свыше 450 солдат и офицеров противника. Из 26 собак, израсходованных ротой, 21-сработала , остальные 5 были уничтожены противником на пути их следования к танкам.
После Курской битвы немецкие войска, будучи крепко измотанными и разгромленными нашей армией, под ее непрерывными ударами отходили на запад. Вместе с наступающими частями шли и подразделения СИТ, используемые в данном виде боя только в качестве подвижного противотанкового резерва инженерных войск армии или дивизионного инженера.
Вместе с тем, противотанковая артиллерия получила свое дальнейшее развитие, ее стало больше, противотанковые заслоны стали более насыщенными, потребность в собаках-истребителях танков постепенно сошла на нет. Было принято решение переквалифицировать собак-истребителей танков в собак-миноискателей.
Однако использование собак-истребителей танков по их прямому предназначению редко, но в 1944-1945 годах еще встречается. Так, в боях в районе Музикав Латвийской ССР 29 и30 декабря 1944 года на участке 65-го гвардейского стрелкового полка взвод СИТ 1-го отдельного полка специальных служб под командованием старшего лейтенанта Трегуб три раза отражали контратаки противника на высоте 110.1. Противник атаковал большими силами пехоты при поддержке 12 танков. В этом бою вожатый Магалис подпустив к себе головной танк на 25 метров пущенной собакой уничтожил его. Два танка были подбиты другими противотанковыми средствами. Атака захлебнулась, высота была удержана.
Подразделения СИТ разили врага до полного разгрома вплоть до в его собственном логове Так, во время боев 8 мая 1945 года за деревню Привольное ( Чехословакия) вожатыми 2-го отдельного полка специальных служб Пановым и Дунниковым при помощи своих собак уничтожено два средних танка.
А в боях за деревню Мирков (Чехословакия) ефрейтором Пролошовым и сержантом Бочаровым, во время контратаки противника, их собаками были выведены из строя два немецких танка типа «Тигр», остальные танки повернули обратно. Это было последнее применение собак-истребителей танков в Великой Отечественной войне.
Подводя итоги работы подразделений СИТ в годы войны, изучая материалы архивов, знакомясь с воспоминаниями участников этих событий, обращает на себя внимание то, что проходило красной нитью в материалах, и это подчеркивалось не однократно.
Самым печальным в работе истребителей танков является то, что подготовленная вожатым собака, этот настоящий четвероногий друг, разделявший так много тяжелой фронтовой жизни, светлые минуты, в холодное время обогревавший вожатого находясь вместе с ним в окопе, в снегу, всегда при работе, погибает.
Многие ветераны-собаководы, которым пришлось работать с собакой по этой службе, вспоминали в каком напряжении и с каким рвением собака стремилась уйти под танк, даже не видя его, а слыша лишь рокот его мотора. Животное не знало и не могло знать дальнейших последствий своего «желания» попасть под танк, всегда шла и никогда больше не возвращалась, нанося смертельный удар вражескому танку. Погибали таким образом собака-друг и вражеский экипаж вместе со своим танком.
В этой связи вспоминается разговор, состоявшийся между автором книги и генерал-майором Григорием Пантелеймоновичем Медведевым. На мой вопрос: «А трудно ли было посылать любимую собаку на смерть?» ветеран ответил: «Только настоящий собаковод поймет, как трудно дать команду «Взять!» и послать свою любимую собаку «на гибель». И только великая любовь к Родине и патриотический долг советского воина заставляла делать это».
Думается, что эти слова красноречиво говорят сами за себя. Они же будут ответом всем злопыхателям и « знатокам» от собаководства, нападкам и глупостям, которыми наполнены, к сожалению, отдельные статьи о собаководстве и собаках-истребителях танков.
Но не всегда собака-истребитель танков, выполнив поставленную задачу погибала, история знает и другие случаи. Бывший командир батальона, ветеран военного собаководства полковник в отставке С.Н.Гаврилов вспоминал о боях в Сталинграде: «Четыре подбитых фашистских танка застыли перед домом, но пятый, последний, «Тигр», упорно шел на наших смельчаков. Рядовой Василий Румянцев, раненый в ногу, бросил последнюю гранату, но танк продолжал двигаться вперед. И тогда по приказу ротного, боец приподнял на бруствер овчарку. Она без колебаний бросилась под танк. Фашисты заметили «Сокола», когда он приблизился к ним метров на десять. Стрелок дал очередь из пулемета и пули просвистели поверху. Именно в этот момент рядом разорвалась фашистская мина. Один осколок, как бритвой, срезал крепление боевого вьюка собаки и он упал на землю. Танк наехал на него. Раздался мощный взрыв. Гитлеровцы лишились последнего танка, «Сокола» взрывом отбросило в сторону. Очнувшись, собака со всех ног бросилась к своему вожатому».

Собаки! Бог вас людям дал в награду,
Чтоб грели сердце, радовали глаз.
Как мало вам от человека надо,
Как много получает он от вас!
Когда собака с человеком рядом,
Уходит из души по капле зло.
Она всегда поймет вас с полувзгляда,
Наполнит дом уютом и теплом.

/сайт:Библиотека-Волгоград/

За годы Великой Отечественной войны было подготовлено и направлено в действующую армию:
-армейских истребительных отрядов-10,
-отдельных отрядов спецслужб(СИТ)-12,
-отдельных рот СИТ-9,
-отдельных взводов СИТ-2.
Итого 33 подразделения противотанковой службы, что составляло 14,29% от 231 формирования подготовлено в Центральной школе.
Источник: http://www.voennoe-sobakovodstvo.ru/kniga.html
Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

Глава 8 Применение собак в Красной армии (1930–1940)

В начале 1930 г. слушателем курсов подготовки командиров взводов служебного собаководства Шошиным было высказано предложение об использовании собак для подрыва танков противника, подобное предложение было внесено командиром взвода 7-го полка связи В. Нитцем. 21 февраля 1930 г. он подал докладную записку, в которой изложил технически обоснованное предложение об использовании собак для борьбы с танками.Первоначально работа по подготовке собак противотанковой службы началась в Ульяновской окружной школе военного собаководства Приволжского военного округа под руководством Г. И. Медведева.21 февраля 1931 г. штаб Приволжского военного округа сообщил штабу начальника вооружения РККА о том, что способ применения собак для борьбы с танками, предложенный В. Нитцем, в августе 1930 г. был испытан в Бершетском лагере и дал хорошие результаты. Подготовку вожатых и собак к испытаниям проводил инструктор окружной школы Войлочков.В феврале и июне 1932 г. по распоряжению высшего командования были проведены повторные испытания на полигоне Саратовского бронетанкового училища, результаты вновь были положительными. Вожатых и собак к испытаниям готовил инструктор Морозов.В дальнейшем эта работа из Ульяновской окружной школы переведена в Центральную школу в Москву, окончательно работа была завершена в 1939 г.Параллельно велись работы, чтобы оградить танки от подлезания снизу и броска на лобовую броню — были использованы сетки, но собаки после неудачной попытки обходили препятствие сбоку.Пулеметный огонь не всегда оказывался действенным: подползавшие собаки иногда оставались незаметными для механика — водителя танка, кроме того, у него было слишком мало времени, чтобы поразить своего противника до того момента, когда тот оказывался в «мертвой» зоне пулемета.В итоге было рекомендовано следующее приспособление: «Передняя сетка с металлическими шипами внизу, препятствующая подползанию под днище танка и верхними шипами на сетке и броне, предохраняющая от прыжка на танк». Однако такая конструкция не была принята на вооружение: шипы внизу сетки уменьшали скорость, особенно по рыхлой почве, а те, что были непосредственно на корпусе, могли стать причиной гибели экипажа в случае необходимости покинуть машину.Поэтому самым эффективным средством защиты оставались стремительный маневр и огонь: при испытаниях выяснилось, что при перемене направления движения танка большинство собак отходит в сторону.Действенным было сопровождение обыкновенных танков огнеметами, залпы которых также распугивали почти всех боевых собак, хотя находились и такие, что продолжали бросаться на танк даже после того, как были опалены огнеметной струей.Результатом экспериментов по использованию собак стал доклад начальника Центральной школы связи Н. Н. Черепанина о необходимости создания специальной школы, которая готовила бы собак-диверсантов и собак — истребителей танков, а также их вожатых.Позже, в 1940 г., новая служба военных собак была показана наркому обороны маршалу С. К. Тимошенко, после чего служба была принята на вооружение Красной армии — противотанковая служба (собаки — истребители танков).Глава 11 Участие школы в боях на Халхин-Голе

В начале мая 1939 г. японские войска внезапно вторглись в пределы дружественной СССР Монгольской Народной Республики (МНР), с которой у советского правительства был договор от 12 марта 1936 г., согласно которому Советский Союз обязался защищать ее от всяких посягательств внешнего врага.Вот как оценивал японские намерения К. Г. Жуков в 1950 г.:«Думаю, что с их стороны это была серьезная разведка боем. Японцам важно было тогда прощупать, в состоянии ли мы с ними воевать».
А в своей первой статье о боях на Халхин-Голе, появившейся еще в 1940 г., Жуков отмечал, что плацдарм на реке Халхин-Гол должен был прикрыть будущую стратегическую магистраль.Для оказания отпора агрессору на базе 57-го Особого корпуса создается 1-я армейская группа во главе с Г. К. Жуковым. Группе придаются различные части и соединения.7 июля 1939 г., выполняя распоряжение заместителя народного комиссара обороны РККА командарма 1 ранга Г. И. Кулика, для участия в боевых действиях частей Красной армии в МНР был отправлен отряд в составе двух рот специального назначения Центральной школы связи собаководства и голубеводства РККА в составе 77 человек и 70 собак под общим командованием начальника школы полковника Г. П. Медведева и военкома отряда Олейника. В составе отряда были: подполковник К. К. Голиков, капитаны П. Г. Новиков, А. М. Нестеров, заместитель политрука С. И. Морозов и другие.Огромный, почти в 7000 км путь был проделан за 12 суток. Остановки на станциях были так непродолжительны, что бойцы едва успевали кормить и прогуливать собак.21 июля отряд школы прибыл на станцию Борзя и начал совершать марш на 150 полуторатонках по территории МНР. Команда школы оказалась переброшенной в новый мир, в совершенно непривычную обстановку, климатические и природные условия.Слегка всхолмленная, бескрайняя как море сухая степь (Гоби), покрытая ковылем, была и однообразна как море. На сотни километров ни деревца, ни кустарника, ни построек, вообще никаких ориентиров, а дороги (конечно, без указателей) прихотливо бегут по всем направлениям.Эта широкая возможность ехать куда угодно с одинаковыми удобствами впоследствии часто подводила руководителей отряда. В спешке сборов не захватили компас и были вынуждены ориентироваться в степи, по счетчику пробега автомобиля. Раз отъехали столько-то километров, значит, нужный пункт недалеко.Неудивительно, что с таким «компасом» такие горе-руководители переживали ряд курьезов. Так, ветврач Поморцев вынужден был заночевать в 3 км от основного лагеря, будучи глубоко убежденным, что до лагеря еще 20–30 км. Воентехник Сковородкин, израсходовав почти все горючее, выпрашивал его у встречных частей, находясь всего в 1–2 км от своего основного лагеря, но будучи твердо уверен, что до лагеря еще далеко и со своим запасом горючего он не сумеет дотянуть.Почти 700 км проделал отряд на автомобилях при жаре до 40°C, не видя ничего, кроме огромных колоний сурков, сусликов, тушканчиков, исчезавших при приближении машин со сказочной быстротой. Изредка попадались дикие козы.Мучила жажда. Кое-где мелькали озера, поверхность которых разноцветными огнями переливалась на солнце и манила как мечта. Но увы… озера давно высохли, а блестела не вода, а соль. Рек почти не было. Донимали тучи комаров. Отдыхом в этом царстве почти тропической жары были лишь остановки на пунктах снабжения, которые работали исключительно хорошо.Редко, очень редко встречались юрты, двигавшиеся с огромными стадами овец и коз, реже коров и верблюдов (в МНР в то время на 900 000 жителей насчитывалось почти 22 млн голов скота, т. е. по 24 головы на жителя). Встречавшиеся всадники на маленьких выносливых монгольских лошадках радостно и дружелюбно приветствовали нас с улыбкой, а затем быстро исчезали.Вот что пишут в своих воспоминаниях участники тех событий:«Наших товарищей приятно удивило то, что собака у монголов — священное животное и ценится даже выше лошади, хотя собаки никаким особенным вниманием со стороны людей и не пользуются и часто даже не имеют определенного хозяина. Очень флегматичные монгольские овчарки не принимают почти никакого участия в трудовой деятельности населения, например окарауливании стад и регулировании их передвижения, вся тяжесть этой работы целиком ложится на человека».
Одна из наших собак очень понравилась монгольскому командиру. Вожатый разъяснил ему, что для нас собака то же самое, что для него конь. Командир понял разъяснение в том смысле, что собаку можно выменять на коня, и с большой готовностью привел свою лошадку. Его огорчение не поддается описанию, когда вожатый наотрез отказался заключить эту своеобразную сделку.Наконец отряд прибыл в назначенное место, в распоряжение командующего 1-й армейской группой Красной армии Дальневосточного военного округа генерала Г. К. Жукова, войска которого в соответствии с договором от 1936 г. между СССР и МНР приняли участие в разгроме японских войск, вторгшихся на территорию МНР в районе реки Халхин-Гол.
Из воспоминаний Г. П. Медведева (автор книги не единожды беседовал с ним о тех эпохальных событиях):«Г. К. Жуков подробно расспросил о назначении служебных собак, как они применяются. Особенно его заинтересовали собаки по борьбе с танками противника. На вопрос, смогут ли собаки направиться под танки, только наши, во время боя, Медведев ответил, что такой вариант не исключен. На что Г. К. Жуков сказал, что надо подумать о применении противотанковых собак, при этом добавил, что „если хоть один наш танк будет подбит, вы пойдете под суд. Ждите решения“».

Применить противотанковых собак не пришлось, разрешение на это так и не было получено. Да и действие наших танков было настолько стремительно и уничтожающе, что у японцев не было никаких шансов на успех.Более того, японские танки не шли ни в какое сравнение с советскими БТ. Так, легкий танк «Ха-Го» вместо оптических приборов имел щели, не защищавшие от пуль, вместо радио его экипаж использовал переговорную трубку, по которой передавались команды от командира к водителю. Командиру также приходилось выполнять функции наводчика и заряжающего.Из танка был плохой обзор, да и вооружение располагалось неудачно, образуя большие «мертвые пространства». Лобовая броня защищала экипаж только от пуль, а пробить броню наших БТ-7 противник мог лишь с дистанции 300 м, тогда как наши танки пробивали броню японских с расстояния 1000 м.Японские танки предназначались для сопровождения пехоты, а не для борьбы с танками противника и использовались рассредоточенно.В борьбе с советской бронетехникой на Халхин-Голе у них не было никаких шансов на успех. Может быть, это частично сказалось на дальнейшем использовании школы.А решение было таковым. По одной роте школы были переданы 6-й и 8-й кавдивизиям МНР, которые прикрывали правый и левый фланги 1-й армейской группы.По фронту сразу же пошли ободряющие слухи о прибытии каких-то особенных чудо-собак, которые истребляют танки. Один из командиров монгольской армии, придя в расположение нашего подразделения и не догадываясь о его характере, так как собаки сидели в щелях, с восторгом рассказывал нашим бойцам об этих чудо-собаках, надеясь поразить наше воображение. Каков же был его конфуз, смущение и радость, когда он увидел выведенных на прогулку собак и понял, что имеет дело с вожатыми этих чудо-собак.20 августа 1938 г. началось решающее наступление наших войск на японские позиции восточного берега реки Халхин-Гол. Вместе с монгольскими цириками (воинами) бойцы школы вели активные боевые действия по уничтожению агрессора. В ходе боев применялись только собаки связи и сторожевой службы.Наши подразделения были использованы в том числе и как устойчивое ядро бойцов в частях монгольской армии, отчасти для охраны штабов и складов, в разведке, а также для тушения гигантских степных пожаров, возникавших после падения зажигательных снарядов противника.В ходе боев командиры и бойцы школы личным примером вели за собой остальных, в том числе и монгольских цириков.Так, заместитель политрука 1-й учебной роты Семен Иванович Морозов, участвуя в сражениях с 21.07 по 29.08.1939, показал себя бесстрашным в бою, неоднократно ходил в атаку, ведя за собой людей. Своей винтовкой уничтожил снайперов и пулеметные расчеты противника.28 августа 1939 г. во время очередной атаки укрепленных позиций противника он уничтожил огнем шесть японских самураев, получил ранение, но оставался в строю до окончания боя. Награжден медалью «За отвагу» (17.11.1939).Командир отделения Сергей Васильевич Шварцев участвовал в боях с 12 по 28 августа 1939 г. Четыре раза ходил в наступление на укрепленные позиции японцев, вел за собой цириков, увлекая их своей смелостью и мужеством. Одним из первых занял окоп противника, уничтожив врагов ручной гранатой. Награжден медалью «За отвагу» (17.11.1939).История оставила нам имена и фамилии и других мужественных и отважных военнослужащих школы — участников тех боев. Среди них: командир отделения Сергей Павлович Субботин; командир отделения Николай Кириллович Зеленченко; начальник ветеринарной службы, военврач 2 ранга Андрей Афанасьевич Кубанцев; командир учебной роты, капитан Александр Максимович Нестеров; командир учебной роты, капитан Петр Георгиевич Новиков; командир учебного батальона, подполковник Константин Константинович Голиков. Все они были награждены правительственными наградами.К сожалению, нашим подразделениям не пришлось поработать по основной специальности — истребителей танков, так как японцы, убедившись в самом начале операции в недостаточной боеспособности своих танков, в бой их, по крайней мере на флангах, больше не вводили.По отзывам ветеранов — участников тех боев, полковник Григорий Пантелеймонович Медведев во время этой экспедиции показал себя заботливым командиром и неутомимым организатором, умеющим сохранять спокойствие и выдержку перед лицом самых серьезных боевых испытаний.

Глава 12 Советско-финская война и участие Центральной школы

Изучение опыта участия военных собаководов в Советско-финской войне 1939–1940 гг. пока еще ждет своего часа. Однако имеющиеся примеры применения военного собаководства позволяют нам сделать ряд полезных выводов уже сегодня.Сам ход Советско-финской войны условно можно разделить на два периода: первый, охватывающий военные действия с 30 ноября 1939 г. по 10 февраля 1940 г., и второй — с 11 февраля по 13 марта 1940 г.Боевые действия развернулись на фронте общей протяженностью свыше 1500 км и протекали в сложных условиях лесисто-болотистой местности, озерного района и заполярной тундры, ограничивающих использование тяжелой военной техники и препятствующих развертыванию крупных сил.Основные события проходили на выборгском направлении Карельского перешейка, где противник применил мощную долговременную глубоко эшелонированную оборону, основой которой была линия Маннергейма. Боевые действия на остальных участках имели вспомогательное значение.
Источник https://flibusta.club/b/599415/read
Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

Глава 22 Противотанковая служба: собака — истребитель танка (СИТ)

Вступление

В истории военного собаководства навсегда останутся 30-е годы как годы, когда был открыт новый способ использования военных собак для обороны нашей страны. Этот способ показал и доказал даже самым «упрямым скептикам», какое исключительное и первостепенное значение имеет военная собака, прошедшая обучение, для обороны нашей страны. Этот способ возвращал собаку к роли боевого оружия, каким она и была еще в начале военной истории.Наиболее ярким, впечатляющим и существенным в этом открытии было то, что именно в то время, в 30-е годы XX столетия, столкнулись «век нынешний и век минувший», т. е. собака вышла на бой против танка, самого передового на то время детища военной техники.Собака против танка — этого не могла придумать даже самая пылкая фантазия писателя-фантаста. В своих произведениях они описывали будущие войны, применяемую технику, но ни в одном из них не было места представителю древней военной техники — собаке.Военные собаководы, движимые, прежде всего, любовью к Родине, заботой о ее безопасности, сумели превратить собаку в страшное, почти безотказно действующее оружие против грозных танков. Подготовленная противотанковая собака соединяла в себе разрушительную мощь мины и снаряда, бронебойной пули и противотанковой гранаты, но с той только разницей, что она представляла собой движущуюся мину, снаряд или бронебойную пулю, которая при этом может менять направление, ищет танк, гонится за ним, даже если он дает «задний ход». Кроме того, противотанковая собака — это и граната или бутылка с зажигательной смесью, которая поражает врага с минимальным риском для человека, вожатого собаки. Вдобавок это оружие легко перемещается с одной позиции на другую.Конечно, наличие в нашем боевом арсенале того времени такого мощного оружия — это огромный шаг вперед. Но для достижения результата им необходимо было уметь управлять, ведь и из пушки или противотанкового ружья можно поразить танк, только в совершенстве владея искусством стрельбы.Процесс дрессировки и конструкция этой «живой движущейся мины» на первый взгляд прост, но это только на первый взгляд. За этим стоит большой труд и мастерство дрессировщика, но давайте обратимся к истории.

История открытия

В 1930 г. слушателями Центральной школы Шошиным и Нитцем на имя командования были внесены предложения об использовании собак для борьбы с танками противника. Причем Шошиным подавалась идея применения собак, а Нитцем — идея создания вьюка, который впоследствии был доработан инженерами.Начальник войск связи РККА поручил Центральной школе и окружным школам Белорусского и Приволжского военных округов выделить лучшие взводы для проведения исследований.Собаки были подготовлены в трех школах почти одновременно, но поскольку Нитц прибыл в ПриВО после окончания Центральной школы (где им был сконструирован противотанковый вьюк), а взвод под командованием Войлочникова был готов несколько раньше, чем в других школах, то общевойсковые испытания собак — истребителей танков были проведены в ПриВО при Саратовской бронетанковой школе.С 19 февраля по 4 июня 1932 г. такие испытания были проведены и дали положительный результат. После проведенных испытаний проблема противотанковой службы собак и все вокруг нее было строго засекречено.Вьюк Нитца был принят на вооружение Техническим комитетом в 1932 г., автору была выдана денежная награда. Личный состав школы ПриВО — Медведев, Войлочников, Морозов — и рядовой состав по подготовке СИТ были поощрены приказом командующего ПриВО.В дальнейшем в секретном порядке этот вид службы совершенствовался на Нахабинском полигоне Центральной школой совместно с инженерами института. Улучшается противотанковый вьюк, разрабатывается методика подготовки собак, массового их применения для отражения танковых атак, изучаются способы защиты танка от собак — истребителей танков.История оставила нам архивные записи об испытании СИТ в 1936 г. на полигоне в Кубинке, где особенно отличились эрдельтерьер по кличке Гарольд и его вожатый Качалкин.Гарольд был стар, лыс и имел такую внешность, что у всякого, видевшего его, вызывал законное сомнение в его способностях подорвать танк. Но за этой не внушающей доверия внешностью скрывалось огромное мужество, подхлестываемое постоянным присутствием голода: сколько ни корми Гарольда, он никогда не чувствовал себя сытым.Пущенный под один танк, он проскакивал под ним со скоростью выпущенной пули и, не найдя там привычного лакомства, тут же бросался под другой танк, где его ждало новое разочарование, и только пройдя под третьим танком, он наконец находил то, что искал, — пищу. А ведь пробежать под танком на его полном ходу — дело нелегкое.На Кубинском полигоне испытывались и специальные приспособления для защиты танка от противотанковых собак. Так, инженер Гончаров сконструировал особую металлическую сетку, ограждавшую танк от проникновения собаки под днище танка.Сетка состояла из заостренных металлических стержней, загнутых поочередно то внутрь, то наружу и доходивших почти до земли. Если бы собака попала в эту сетку, то она была бы многократно проколота.Вожатый Гарольда — Качалкин — ему одному известным способом узнал замысел «противника» и сумел применить контрмеры. Из резиновых покрышек он сделал удобный и прочный футляр для своей собаки и в таком виде пустил Гарольда под танк. Собака с рвением ворвалась в сетку и начала раздвигать прутья (да так, что они стали облетать один за другим). Гарольд же, защищенный прочной резиновой оболочкой, был для них неуязвим. Однако на этом испытания не закончились. Инженер Гончаров решил пропустить через сетку ток напряжением до 70 вольт. Вожатый Качалкин в ответ приделал к резиновой броне своей собаки несколько металлических проволочек, соединенных с землей, и на этот раз победа также осталась за собакой и ее инициативным вожатым.Гарольд погиб в 1940 г. при очередном испытании, успев при этом подорвать испытуемый танк. Такова одна из многих историй с возникновением и отработкой методик использования собак — истребителей танков (СИТ) противотанковой службы.И если смотреть с позиции известной нам дальнейшей истории, то можно только констатировать, что дело реализации нового вида противотанковой техники двигалось слишком медленно, что, однако, не зависело от Центральной школы. Чтобы спасти собаку, пытались применить самораскрывающийся вьюк: животное выдергивало рычажок, однако в реальности собака, как правило, заползала со взрывчаткой под танк, и шанс на ее спасение был слишком мал.Весьма действенным орудием против собак было применение огнеметов, залпы которых распугивали почти всех собак, хотя были такие, которые продолжали бросаться на танк даже после того, как были опалены огнеметной струей. Пытались воздействовать на собаку пулеметным огнем, но собаки порой оставались не замеченными механиком-водителем, кроме того, у него было слишком мало времени, чтобы поразить своего противника до того момента, когда тот оказывался в «мертвой» зоне пулемета.Что касается применения сеток с металлическими шипами внизу танка, препятствовавших подползанию под его днище, то, хотя верхние шипы на сетке и броне и предохраняли танк от прыжка на него собаки, однако такая конструкция не была принята на вооружение. Шипы уменьшали скорость движения машины, особенно в рыхлой почве, а те, что были непосредственно на корпусе танка, могли стать причиной гибели экипажа в случае срочной эвакуации из машины.Как показала практика, самым эффективным средством защиты от «собачьих атак» были маневр и огонь: при перемене направления движения танка многие собаки отходили в сторону от намеченной цели, а уничтожить огнем собаку — зачастую значило для экипажа спасти себя.Результатом всех экспериментов по использованию собак стал доклад начальника Центральной школы связи Н. Н. Черепенина о необходимости создания специальной школы, которая готовила бы собак-диверсантов и собак — истребителей танков, а также их вожатых.К середине 30-х годов теоретическая база по использованию служебных собак в условиях современного боя уже окончательно сформировалась.Насколько назрела подобная проблема для того времени, видно из того, что предложения, аналогичные предложенному способу Шошина — Нитца, были выдвинуты в те годы целым рядом других лиц.Так, в 1932 г. схожая идея была предложена Спасенко и Гончаренко, были и другие аналогичные предложения. Справедливости ради надо отметить, что в России первым предложил использовать собак-подрывников против танков и проволочных заграждений некий Поклонский, служивший в армии. Он первым озвучил идею использовать собак в качестве живых мин еще в 1915-м.К концу 1939 г. методика и способы применения нового оружия были отработаны и поступили на вооружение Красной армии.Командование ЦВТШД КА в работе по подготовке офицерских кадров всегда стремилось довести до их сведения самое лучшее, самое передовое, что имелось на вооружении на тот период.Так, с выходом в начале 1941 г. книги полковника В. М. Балабанова «Противотанковая оборона в основных видах боя» был теоретически разработан и обусловлен вопрос о путях развития средств и способов борьбы с танками, который был тщательно изучен офицерами-собаководами, что положительно сказалось на действиях подразделений СИТ в дальнейшем. Этот глубоко научный труд помог офицерам противотанковой службы военного собаководства в самом начале войны правильно ориентироваться и в дальнейшем совершенствовать тактическое применение СИТ в их борьбе с танками противника.Параллельно с собаками противотанковой службы в конце декабря 1934 г. и начале января 1935 г. в районе Монино проводились испытания собак, обученных для диверсионной службы. Сброшенные на парашютах в специально сконструированных лотках-коробах, животные, по замыслу инициаторов данной службы, должны были доставить взрывчатку, находившуюся в специальных вьюках на самих собаках, к бензобакам, на полотно железной дороги или к самолету «противника». При этом, по замыслу конструкторов, собака не погибала, так как механизм вьюка состоял из двух частей: бойка с пружиной, ударяющего по капсюлю, и механизма, воздействующего на шпильку, с помощью которой собака освобождалась от вьюка.Первое испытание всей конструкции проводилось на аэродроме «условного противника». Две собаки породы немецкая овчарка были сброшены с высоты 300 м в специальных контейнерах. После успешного «десантирования» они уверенно пошли на цель. Овчарка Альма немедленно сбросила спецвьюк рядом с целью, а овчарка Арго не сумела сбросить спецвьюк из-за неисправности механизма. На следующий день испытания повторились. Сброшенные с той же высоты две собаки, преодолев за короткое время 400 м по глубокому снегу, сбросили спецвьюки со взрывчаткой на железнодорожное полотно. При этом они проявили редкое упорство и сообразительность: так, у собаки Нелли после освобождения от короба спецвьюк упал на землю, но она подхватила его зубами и дотащила его до цели, при этом вес снаряжения составлял 6 кг.Руководитель проводимых испытаний собак — заместитель начальника штаба ВВС Красной армии Лавров, в своем докладе, направленном 4 января 1935 г. на имя заместителя наркома обороны М. Н. Тухачевского, начальника Управления ВВС РККА Я. И. Алксниса и начальника штаба РККА А. Ц. Егорова писал:«Проведенные испытания показали пригодность программы подготовки собак… для выполнения следующих актов диверсионного порядка в тылу противника:1) подрывы отдельных участков железнодорожных мостов и железнодорожного полотна, разных сооружений, автобронетанковых средств и т. д.;2) поджоги строений, складов, хранилищ жидких горючих веществ, нефтяных приисков, железнодорожных станций, помещений штабов и правительственных учреждений;3) отравление при помощи сбрасывания с отравляющими веществами водоемов, скота и местности, когда сама собака является источником заразы, возможное распространение эпидемий.Полагал бы целесообразным… организовать в 1935 г. школу Особого назначения, доведя количество подготовленных людей до 500, а собак — до 1000–1200…В целях предварительной охраны наших объектов оборонного значения от диверсионных собак теперь же дать директивные указания приграничным военным округам уничтожать собак в любом месте их появления, особенно в районе аэродромов, складов, железнодорожных линий и бензохранилищ».
Никто тогда не предполагал, что все эти наработки в недалеком будущем понадобятся, и собака будет привлечена к диверсионной работе.
Источник https://flibusta.club/b/599415/read
Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

Формирование подразделений СИТ

Немецкое вторжение не застало командование Центральной школы врасплох, в первые же дни школа приступила к программе своего развертывания, перейдя на режим военного положения.С начала боевых действий почти сразу же была развернута работа по подготовке собак — истребителей танков (СИТ). Их стали готовить в Центральной школе и в окружных школах Московского и Приволжского военных округов.Уже 2 июля 1941 г. в Центральной школе по штату № 014/23 был сформирован первый отдельный батальон специальных служб под командованием капитана П. Г. Новикова. Батальон численностью 199 человек и 212 собак, состоял из двух рот: рота противотанковых собак (командир роты — лейтенант Некрутенко) и роты связи (командир роты — старший лейтенант Шкенин). Батальон был направлен в действующую армию на Западный фронт.30 сентября 1941 г. батальон был брошен в бой против частей 3-й танковой дивизии противника, то есть в самом начале битвы за Москву. Роты действовали отдельно друг от друга, так как имели различное предназначение.При применении собак — истребителей танков сразу же выявились грубые просчеты в деле подготовке животных, их готовили без применения танков, используя в этом качестве тракторы. Слабо была разработана тактика использования СИТ, собак выпускали слишком далеко, атакующих немцев не прижали огнем, дав им возможность расстреливать собак даже из личного оружия из люков танков.Сказался и низкий боевой дух большей части роты, которая сдалась в плен, совершенно не исчерпав своей возможности к сопротивлению, имея при себе 108 СИТ. Немцы стали называть сдавшихся «московской ротой», на допросах вожатые собак дали всю необходимую информацию по материалам дрессировки, предполагаемой тактике применения, вооружению и штатной численности формируемых подразделений.Из случившегося в Центральной школе были сделаны выводы, внесены изменения в подготовку вожатых и их собак.Уже к 25 июля 1941 г. из личного состава Центральной школы был сформирован 1-й армейский отряд собак — истребителей танков в составе: офицеров — 18, сержантов — 40, вожатых — 430 и 372 собаки. Отряд сформирован по штату № 014/45 с дислокацией на станции Савелово директивой Генштаба орг. /5/524396СС от 30.06.1941. Командиром отряда назначен майор К. А. Лебедев.26 июля 1941 г. выделен и послан личный состав офицеров и сержантов на формирование и обучение 3-го, 4-го, 5-го, 6-го, 7-го, 8-го, 9-го и 10-го армейских отрядов собак-истребителей танков. Отряды формировались по штату № 014/45 в соответствии с директивой Генштаба орг. /5/524396СС от 30.06.1941 г. Командирами отрядов были назначены:3-й армейский истребительный отряд — В. Г. Голубев;4-й армейский истребительный отряд — А. А. Покровский;5-й армейский истребительный отряд — П. А. Заводчиков;6-й армейский истребительный отряд — Коновалов;7-й армейский истребительный отряд — Яценко;8-й армейский истребительный отряд — А. Д. Скорев;9-й армейский истребительный отряд — Ф. С. Акишин;10-й армейский истребительный отряд — Петрищев.Всего было выделено и прибыло для обучения: 148 офицеров и 320 сержантов.10 августа 1941 г. из личного состава Центральной школы сформирован 2-й армейский истребительный отряд в составе 458 человек, из них: офицеров — 18, сержантов — 40, рядовых — 430, собак — 372. Отряд сформирован по штату № 014/45 с дислокацией в Перово. Командиром отряда назначен капитан Н. И. Мусийченко. Отряд включен в состав Резервной армии Западного фронта с дислокацией на станции Савелово.15 августа 1941 г. по окончании учебно-боевой подготовки отправлен на Западный фронт в действующую армию на боевую стажировку спецвзвод собак — истребителей танков, в составе: офицеров — 1, сержантов — 6, вожатых — 11, собак — 17. Командир взвода — лейтенант Дунаевский (директива Генштаба № 588274 от 30.06.1941 г.).3 августа 1941 г. по окончании учебно-боевой подготовки отправлен в действующую армию на боевую стажировку и испытание в боевых условиях противотанкового вьюка курсантский батальон. Состав батальона: офицеров — 18, сержантов — 48, курсантов-вожатых — 249, собак — 272. Командир батальона полковник Г. П. Медведев.При испытаниях противотанкового вьюка не срабатывал механизм подрыва взрывчатого вещества, этим сразу же заинтересовались органы НКВД. Полковник Г. П. Медведев быстро вернулся в Центральную школу, где неисправности были доработаны и устранены. Когда за полковником Г. П. Медведевым вновь пришли сотрудники НКВД для ареста, он предъявил им исправный и готовый для применения противотанковый вьюк. Дальнейшее испытание и боевое применение вьюка проходило успешно.До начала боевого применения СИТ на них возлагались большие надежды. Сформированные отряды истребителей не бросались сразу же в бой, их оставляли, как правило, в резерве. Применялись они сначала только в тех местах, где ожидались крупные танковые прорывы. Вскоре стала видна и практическая ценность СИТ. Первые результаты их применения показали — немцев можно бить, и они боятся собак-истребителей.11 сентября 1941 г. по окончании учебно-боевой подготовки отправлена на Брянский фронт в действующую армию на боевую стажировку отдельная рота спецслужбы под общим руководством майора К. К. Голикова. Состав роты: офицеров — 5, сержантов — 11, вожатых — 67, собак — 106. Командир роты — лейтенант Юдин.12 сентября 1941 г. отправлена на автомашинах спецрота 1-го армейского истребительного отряда на Брянский фронт. Состав роты: офицеров — 5, сержантов — 14, вожатых — 72, собак — 81 (директива ГУСКа от 12.09.1941).19 сентября 1941 г. по окончании учебно-боевой подготовки отправлена в действующую армию в распоряжение Юго-Западного фронта отдельная рота СИТ. Состав роты: офицеров — 4, сержантов — 11, вожатых — 12, собак — 12.14 октября 1941 г. сформирована и отправлена на Западный фронт рота спецслужбы и ПТ. Состав роты: офицеров — 5, сержантов — 10, вожатых — 78, собак — 81. Командир роты — лейтенант Добродоменко.15 октября 1941 г. сформирована и отправлена на Западный фронт в 312 стрелковую дивизию рота спецслужбы и ПТ. Состав роты: офицеров — 5, сержантов — 15, вожатых — 74, собак — 82.Всего в 1941 г. Центральной школой подготовлено и отправлено в действующую армию истребителей танков — 1272 человека, из них: офицеров — 67, сержантов — 157, вожатых — 1048, собак — 1007.В боевые порядки Красной армии впервые в массовом масштабе стало поступать мощное противотанковое оружие, подготовленное школой. Понятно, с каким нетерпением коллектив ждал результатов этого экзамена.С фронта шли хорошие вести. Новая техника оправдала себя и наводила на немцев панику. Немцы начали почти поголовное истребление собак в оккупированных районах в прифронтовой полосе, видя в каждой из них живую мину, а при встрече с настоящими живыми минами, не стыдясь, «показывали тыл».Танк с «непобедимым арийцем», удирающим от собаки, — какое зрелище для богов! На многих участках фронта с появлением противотанковых собак танки исчезли, и наши бойцы и собаки переживали вынужденную безработицу. Вот несколько примеров, иллюстрирующих применение «живых мин» на фронте.Оборона одного из танкоопасных направлений была поручена взводу истребителей младшего лейтенанта Карамышева Константина Васильевича. При атаке у деревни Д. фашистскими танками наших боевых порядков К. В. Карамышев быстро выдвинул истребителей на огневые позиции, подорвал собакой головной фашистский танк вместе с его экипажем, а оставшиеся пять танков противника заставил повернуть обратно и позорно бежать с поля боя. Карамышев награжден медалью «За отвагу».Другой пример. Отделение сержанта Федорова Леонида Васильевича находилось на огневой позиции у деревни Л., когда в атаку против него пошли танки противника. Отделение смело приняло бой. Навстречу танкам были пущены две собаки-истребители. Одну пустил лично Федоров, другую, по его команде, пустил красноармеец Боровиков.Увидев приближающихся животных, танки быстро повернули обратно и, не приняв боя, скрылись из виду. Так мужество, отличная воинская выучка и умелое использование боевой техники позволили одержать победу над врагом. Федоров был награжден медалью «За боевые заслуги».Мы уже отмечали, что как только был изобретен танк, как только он появился на поле боя, возникла необходимость его уничтожения со стороны противника. Человеческая мысль работала в этом направлении довольно плодотворно, особенно это видно на примере инженерных войск с их минно-взрывными заграждениями.Наука не стояла на месте, решалась проблема разминирования минно-взрывных заграждений, но в первый период войны минные поля создавали войскам массу проблем.В попытке артиллеристов достичь идеала «один снаряд — один танк» теоретики и практики минного оружия вскоре пришли к идее подвижной мины. Суть ее заключается в том, что мина не должна дожидаться танка, она должна сама искать его и уничтожать.Метод доставки мины к танку вручную рисковали использовать единицы. Этот метод не оправдывал себя, напрашивалось другое решение: мина должна двигаться лишь тогда, когда появится на поле боя танк, она должна быть самодвижущейся и управляемой, хорошо перемещаться по пересеченной местности.Данную проблему попытались решить с помощью собак для доставки мины к атакующему танку противника. Специалисты-собаководы констатировали: животных можно посылать против танков еще до начала атаки, то есть на исходной позиции танкового подразделения.Сама мина представляла собой брезентовый вьюк, надеваемый на собаку. В этом вьюке, в боковых карманах, размещались тротиловые заряды массой от 4,8 до 5,2 кг. На спине собаки в деревянном седле крепилось взрывное и расцепное устройство. Взрывное устройство в зависимости от выполняемой задачи могло быть либо с наклонным датчиком цели, либо с взрывателем замедленного действия.Данный метод работы собаки предполагал, что она сама или с помощью сигналов свистка вожатого прибывает на место, тянет зубами рычаг, находящийся слева от морды. Вьюк разъемный, оснащен замком, аналогичным замку парашютного ранца. На одном клапане вьюка — конусы с отверстиями, на другом — люверсы. Люверсы удерживаются на конусах с помощью шпилек, соединенных тросиком, который тянут к рычагу. Когда собака потянет рычаг, замок раскроется и вьюк упадет на землю перед танком. Собака возвращается к вожатому, а танк, наехав на датчик, подрывается. Предполагалось, что такую собаку можно будет использовать не один раз и не только для уничтожения танков, но и для уничтожения неподвижных объектов, совершая диверсионные акты во вражеском тылу.Вместе с тем, как показала полигонная практика, отдельные собаки, натасканные на знакомой местности на одни и те же объекты, хорошо усваивали после длительной тренировки то, что от них требовалось, но, как только задача немного усложнялась — менялся объект или объект начинал двигаться, действия собаки становились несогласованными, а то и вовсе животное возвращалась к вожатому вместе со смертельно опасным грузом.Обучение первых собак противотанковой службы затянулось более чем на полгода, тем не менее положительных результатов получено не было. Тогда был предложен иной, более упрощенный вариант применения собак. Теперь животное должно было использоваться одноразово, т. е. погибнуть в момент взрыва мины. Теперь вьюк был неразъемный, на спине собаки крепилось взрывное устройство с наклонным датчиком цели (деревянный штырь). При отклонении штыря назад срабатывал взрыватель, происходил подрыв.Все обучение собаки сводилось к использованию простейшего рефлекса — поиска пищи. В учебном центре миски с пищей размещались под стоящими макетами танков. Голодных собак выпускали из вольеров, и, привлеченные запахом горячей пищи, собаки бросались к танкам и залезали под них, где и кормились. Достаточно быстро собаки усваивали, что еду можно найти только под танком. Через некоторое время собак учили приему пищи, не обращая внимания на работающий двигатель танков, имитацию стрельбы и взрыва взрывпакетов.Таким образом, по замыслу создателей этой подвижной мины, собака выпускалась из укрытия навстречу приближающемуся танку противника. Голодная собака, зная, что под танком ее ждет пища, бежала ему навстречу и ныряла под него. Штырь упирался в днище танка, отклонялся назад, и происходил взрыв. Заложенной взрывчатки было достаточно, чтобы вывести и танк из строя, как правило, танк восстановлению не подлежал.Но что хорошо в теории, на практике не всегда получается. Когда перешли к обучению собак, оказалось, что собака лезть под движущийся танк не хочет. Сработал инстинкт самосохранения. Самые смелые собаки преследовали танк в ожидании его остановки, а пушечные выстрелы танков просто отпугивали всех собак.Отсутствие достаточного количества танков, которые можно использовать в качестве целей, нехватка топлива и отсутствие холостых выстрелов для танка не позволяли продолжить обучение первой группы собак до получения удовлетворительных результатов. Тем более что руководство Главного военно-инженерного управления Красной армии стало высказывать свои сомнения в том, что данное использование собак в качестве носителей мин может дать положительный результат. Вместе с тем руководство Центральной школы летом 1941 г. отправляет на фронт первое подразделение СИТ. Уже на фронте попытались потренировать собак на реальной местности против настоящих танков, в результате из 20 выпущенных собак ни одна задачу не выполнила, животные просто разбежались по полю и попрятались. Четырех из них отыскать не удалось, двух задавили танки.В архивах музея имеется документ, похожий на черновик доклада командира группы собак СИТ капитана (фамилия не читается), где он от руки написал отчет о работе, датированный 16 октября 1941 г. Вот его текст:«1. Большинство собак отказываются работать сразу, норовят спрыгнуть в траншею, подвергая опасности пехоту (шесть несчастных случаев).2. Девять собак после непродолжительного бега в нужном направлении начинали метаться из стороны в сторону, пугались разрывов артснарядов и минометных мин, пытались спрятаться в воронках, ямках, залезали под укрытия. Из них взорвались — три, не выявлено — две. Остальных, из-за того, что они стали возвращаться назад, пришлось уничтожить ружейно-пулеметным огнем.3. Трех собак фашисты уничтожили ружейным огнем и забрали с собой. Попытки отбить и вернуть убитых собак не делались.4. Предположительно, четыре собаки взорвались вблизи от немецко-фашистских танков, но подтверждения о том, что ими выведены из строя танки, не имею…»
В выводах этого доклада в качестве причин провала действий группы, указывалась недостаточная обученность собак, неверная методика дрессировки и предполагались методы обучения с учетом полученного опыта.Вместе с тем последующие попытки использования собак в качестве противотанкового средства положительных результатов не дали, и в принимающих решение инстанциях сочли, что дальнейшая разработка данного способа минной войны нецелесообразна.К этому времени полученный опыт применения собак на фронтах войны в качестве санитарных, подносчиков боеприпасов, тягловой и ездовой силы, собак связи со всей очевидностью показал, что животое нуждается в постоянном и тесном контакте со своим вожатым, что оно может эффективно трудиться только под непосредственным руководством собаковода. При этом решающую роль играет привязанность животного к конкретному человеку, обладающему даром влияния на собаку, а это невозможно выполнить в плане использования собак как живых носителей мин. Примечательно, что в том же докладе упоминается о тяжелой морально-политической обстановке в подразделении и резко отрицательном отношении пехоты к «саперным душегубам».Все вышеперечисленное и другие примеры применения СИТ в начальный период войны послужили переосмыслению и анализу проделанного. Были сделаны правильные выводы, учтены допущенные ошибки, и скоро подразделения СИТ стали неотъемлемой частью противотанковой обороны.22 мая 1942 г. сформирована и отправлена маршевая рота собак — истребителей танков на пополнение 1-го армейского истребительного отряда. Состав роты: офицеров — 5, сержантов — 13, вожатых — 71, собак — 81.22 мая сформирована и отправлена на боевую стажировку отдельная рота СИТ, направленная в 30-ю армию Западного фронта. Состав роты: офицеров — 5, сержантов — 13, вожатых — 71, собак — 81. Командир роты — старший лейтенант Мирзоян.20 июля 1942 г. сформирован 27-й отдельный отряд СИТ по новому штату № 021/4 (директива Генштаба № орг. /5/786464 от 18.04.1942 г.).25 июля 1942 г. отправлен на Воронежский фронт 27-й отдельный отряд СИТ в составе: офицеров — 17, сержантов — 39, вожатых — 155, собак — 159. Командир отряда — старший лейтенант Шишов.11 августа 1942 г. по окончании учебно-боевой подготовки в Центральной школе сформирован и отправлен в действующую армию на Сталинградский фронт 28-й отдельный отряд СИТ по штату № 021/4. Состав отряда: офицеров — 18, сержантов — 38, вожатых — 158, собак — 202. Командир отряда — старший лейтенант А. С Кунин.17 сентября 1942 г. по окончании учебно-боевой подготовки в Центральной школе отправлены в действующую армию 33-й, 34-й, 35-й, 36-й, 37-й и 38-й отдельные отряды СИТ по штату № 021/4. Всего: офицеров — 68, сержантов — 144, собак — 1253 (приказ НКО № 00195СС от 10.09.1942 г.). Командирами отрядов назначены:33-й ООСИТ — старший лейтенант Н. Е. Орехов;34-й ООСИТ — капитан П. А. Заводчиков;35-й ООСИТ — старший лейтенант Черных;36-й ООСИТ — лейтенант Подстрижный;37-й ООСИТ — лейтенант Кривенко;38-й ООСИТ — лейтенант Донской.14 ноября 1942 г. сформированы 39-й и 40-й отдельные отряды спецслужб (состав: служба связи, сторожевая, ездово-санитарная, противотанковая и минно-розыскная службы) по штату № 014/90, директива Генштаба от 03.11.1942 г.Этими формированиями впервые введены на вооружение Красной армии собаки-миноискатели. Состав отрядов: офицеров — 60, сержантов — 109, вожатых — 378, собак — 801.Командирами отрядов назначены:39-й ООСС — старший лейтенант Ф. М. Лужков;40-й ООСС — майор В. Я. Покровский.17 ноября 1942 г. по окончании учебно-боевой подготовки отправлены в действующую армию на Юго-Западный фронт 39-й и 40-й ООСС под общим руководством начальника Центральной школы полковника Г. П. Медведева (630 человек и 724 собаки).Это были комплексные отряды, составленные из людей и собак разных служб. Такой принцип формирования был подсказан опытом войны. Бывали случаи, когда отряды одной специальности из-за местных условий или не могли быть использованы, или использовались недостаточно эффективно. Их приходилось либо направлять в тыл для переброски на другой фронт, либо переучивать на другую специальность. Комплексные отряды гарантировали от таких неприятностей.23 ноября 1942 г. подготовлена и отправлена маршевая рота СИТ для пополнения 28-го отдельного отряда СИТ. Состав роты: офицеров — 4, сержантов — 11, вожатых — 65, собак — 109. Командир роты — лейтенант Богза.Всего в 1942 г. Центральной школой подготовлено и отправлено в действующую армию — истребителей танков — 945 человек, из них: офицеров — 128, сержантов — 254, вожатых — 563, собак — 783.А всего за период 1941–1942 гг. Центральной школой подготовлено и отправлено на фронте Великой Отечественной войны по противотанковой службе — 2217 человек, из них: офицеров — 195, сержантов — 411, вожатых — 1611, собак — 1790.Сформированные Центральной школой и отправленные на фронт спецчасти собаководства для участия в оборонительных и наступательных боях как средство усиления за период боевых действий 1941–1942 гг. имели следующие результаты (по донесениям командиров):1. Подбито и уничтожено танков противника — 192;2. Отбито танковых атак при помощи СИТ — 18 раз.Зимняя кампания 1942–1943 гг. была, несомненно, решающим периодом войны, а Сталинградская битва — решающей точкой этого периода.В этот ответственный период войны сформированные ранее подразделения и части военного собаководства продолжали делать свое скромное дело на фронтах, а в помощь им школой направлялись все новые и новые отряды. Первоначально сформированные отряды СИТ состояли из четырех рот служебных собак по 126 в каждой.(ЦАМО РФ. Ф. 9. Оп. 4840. Д. 3. Л. 1.)

Практика применения такой организации показала, что структура слишком громоздкая и трудноуправляемая, и с июля 1942 г. две роты в отряде были упразднены. В результате количество уменьшилось собак с 504 до 216. Отряды стали мобильными и легкоуправляемыми.6 июля 1943 г. сформирована и отправлена на пополнение 27-го отдельного отряда СИТ маршевая рота. Состав роты: офицеров — 5, сержантов — 13, вожатых — 71, собак — 83.7 ноября 1943 г. отдельные батальоны собак-миноискателей и истребителей танков (ОБСМИТ), содержащиеся по штату № 021/6, переведены на штат № 012/172 с численностью личного состава — 188 человек и 144 собаки-миноискателя (директивы Генштаба № орг. /5/140766СС от 23.10.1943 г.).Итого в 1941–1943 гг. Центральной школой подготовлено: личного состава противотанковой службы — 2306 человек, в том числе: офицеров — 200, сержантов — 424, вожатых — 1882, собак — 3755.По донесениям командиров, в 1943 г. уничтожено или подбито — 48 танков противника.А за период боевых действий в 1942–1943 гг. и пять месяцев 1944 г. подразделениями военного собаководства, действовавшими на фронтах Великой Отечественной войны, подбито и уничтожено 230 танков противника.Всего по официальной статистике (основание — боевые донесения командиров в Центральную школу) за годы Великой Отечественной войны подбито и уничтожено 304 танка противника. Нетрудно подсчитать — для уничтожения одного танка противника в среднем использовались 13 подготовленных собак — истребителей-танков.Всего за годы Великой Отечественной войны было подготовлено и направлено в действующую армию:— армейских истребительных отрядов — 10;— отдельных отрядов спецслужб (ООСС) — 2;— отдельных отрядов СИТ — 10;— отдельных рот СИТ — 9;— отдельных взводов СИТ — 2.Итого: 33, что составляет 14,29% от всех формирований.ВЕДОМОСТЬ

формирования частей собаководства армейских истребительных отрядов за период Великой Отечественной войны

Источник https://flibusta.club/b/599415/read

Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

Тактические условия применения СИТ в различных видах боя

С первых дней войны школа формировала отряды собак — истребителей танков. Для комплектования данных отрядов требовались грамотные воины-собаководы, специалисты противотанковой службы, и Центральная школа готовила необходимые кадры.Не всегда все проходило гладко, были неудачи, просчеты, но все решалось, и в итоге на поверку достигался убедительный результат. Две немецкие танковые дивизии были разгромлены за годы войны с помощью собак — истребителей танков. Много это или мало: надо обратить внимание на тот период войны, когда применялись СИТ, и будет все ясно.Уже первая практика применения подразделений собак — истребителей танков показала, что такая штатная структура, как рота, не удовлетворяет требованиям эффективного применения этих собак, и, главное, то, что из-за своей малочисленности эти роты в первые дни работы прекращали свое существование или вынуждены бездействовать на тех участках фронта, где противник не применял танки. Использование их там, где появлялись танки, в связи со слабой маневренностью этих подразделений также не представлялось возможным.Практика боевого применения СИТ показала, что наиболее целесообразными и эффективными боевыми единицами, продемонстрировавшими лучшие образцы в работе и свою жизнеспособность, являлись отдельные отряды собак — истребителей танков (ООСИТ), действовавшие в системе армий и находившиеся в непосредственном подчинении начальников инженерных отделов армий.В дальнейшем, когда были сформированы отдельные полки специальных служб (1-й и 2-й полк), в состав которых были включены подразделения СИТ (по одной роте в батальоне), эти подразделения СИТ также оказались работоспособными и хорошо справляющимися с поставленными перед ними боевыми задачами.Основной тактической единицей подразделений СИТ является взвод, который решал поставленные перед ним задачи самостоятельно или в составе противотанковых отрядов, состоящих из артиллерийских и инженерных подразделений. В последнем случае взвод СИТ придавался в распоряжение командира вышеуказанного отряда или группы и действовал по его указаниям.Боевой опыт подразделений СИТ показал, что этот вид противотанковой обороны может использоваться в различных видах боя: в обороне, в наступлении, а также при отступлении своих войск и преследовании противника.В обороне подразделений СИТ располагаются на танкоопасных направлениях, находясь на оборонительных рубежах, главным образом для обороны шоссейных и грунтовых дорог, а также особо важных стратегических пунктов. Часто подразделения СИТ получали задания самостоятельно оборонять определенные рубежи, находящиеся впереди стрелковых частей (отряд Шанцева, 27-й ОБСМИТ, Юго-Западный фронт, район Чугуев — Купянск).Общая схема обороны, занимаемая взводом СИТ, применяемая в ряде отрядов и, прежде всего, в 27-м отдельном батальоне собак-миноискателей и истребителей танков, была следующей:Вдоль фронта отрывалась зигзагообразная траншея, от которой в шахматном порядке отрывались на расстоянии 50–100 м друг от друга окопы, соединенные с траншеей ходами сообщения. Кроме того, устраивался блиндаж, соединенный крытым коротким ходом с ходами сообщений и траншеей, где находился личный состав отделения. Окопы, в зависимости от метода применения собак, отрывались одиночные для одного вожатого и собаки и парные для вожатого, имеющего двух парных собак.Далее, каждому вожатому в полосе своего отделения определялся сектор шириной, в среднем, не более 100 м по фронту, который он обязан оборонять своим боевым оружием — собакой «ПТ».Такая система обороны полностью себя оправдала на всех участках фронта в разные периоды времени. Особенно она оказалась эффективной в оборонительных боях в районе Чугуев — Купянск летом 1942 г. и на Белгородско-Курском направлении с 5 по 10 июля 1943 г.Кроме того, в обороне СИТ могут использоваться для прикрытия от танков противника противотанковой артиллерии и командных пунктов при прорыве танков противника. Командиры подразделений СИТ творчески решали вопросы организации противотанковой обороны, сообразуясь в каждом конкретном случае с условиями боевой обстановки. За первые годы войны подразделения СИТ приобрели исключительно богатый опыт борьбы с помощью своих четвероногих помощников с танками противника. В наступлении СИТ использовались в качестве подвижного противотанкового резерва, передвигающегося двояким путем вместе с наступающими боевыми порядками войск или сзади них.Практика показала, что движение за боевыми порядками наступающих частей более целесообразно, так как в таком случае подразделения несут сравнительно меньшие потери от огневого воздействия противника и быстрее могут быть введенными в бой в местах, где противник контратакует наступающими частями при помощи танков. Кроме того, собаки могут быть использованы для борьбы с танками противника из засад во время контратак со стороны противника.В момент преследования противника СИТ использовались для действий с передовыми отрядами, выделяемыми от стрелковых полков, а иногда от дивизии. Как в обороне, так и в наступлении, и особенно в момент преследования, большое значение имеет хорошая маневренность всех родов войск, в том числе и СИТ. Успех применения и своевременного введения в бой этого вида противотанковой обороны зависел от наличия подвижных средств, то есть транспорта.Кроме того, наличие транспорта при быстром продвижении частей вперед сохраняет силы собак и делает их способными всегда быть готовыми к работе на рубежах, где противник переходит к контратакам наших частей.Наконец, при отступлении наших войск как особом виде боя, введенным боевым уставом пехоты с целью вывести из-под удара превосходящих сил противника, чтобы потом, собравшись с силами, перейти в наступление, собаки — истребители танков использовались и могут быть использованными в арьергардных боях из засад, особенно при движении танков противника в лесистой и болотистой местности, где возможно продвижение лишь по дорогам.Из вышеприведенного видно, что данный вид оружия нашел свое применение, наряду с передовой техникой, во всех видах боя. Успех же применения зависел от умения и желания правильно использовать собак в бою со стороны командиров подразделений и общевойсковых начальников.Так, было очень много случаев, когда из-за недооценки роли, значения и возможной пользы СИТ последних не применяли, и они своим бездействием на отдельных участках фронта вселяли в людей неверие в эффективность их использования в борьбе с танками противника.


Итоги боевого опыта применения СИТ в годы войны

Являясь одним из видов противотанковой обороны, подразделения СИТ применялись на фронтах Великой Отечественной войны в борьбе с танками противника во всех видах боя и внесли свой вклад в дело нашей общей победы над врагом.Будучи приданными в действующую армию, они почти на всех ее этапах находились на передовой вместе с частями, а иногда и впереди этих частей, отражали танковые атаки противника, срывали планы немецкого командования и приводили в бегство «непобедимую» немецкую технику.Вот пример грамотного использования СИТ в бою. Из доклада командира 2-й гвардейской дивизии полковника А. З. Акименко начальнику Управления связи Красной армии о применении собак — истребителей танков (Брянский фронт, 14 октября 1941 г.):«Использование собак — истребителей танков дало отличные результаты на участке 160-й стрелковой дивизии в районе Глухова 24.09.1941 г. Шестью собаками уничтожено пять неприятельских танков».(Архив Музея истории военного собаководства.)

Это было одно из первых применения СИТ на практике.

Источник https://flibusta.club/b/599415/read

Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

Операция «Тайфун»

Наступление на Москву под кодовым названием «Тайфун», начатое немецкими войсками 30 сентября, было, как известно, остановлено на всех направлениях.Немцы задумали его как решающее наступление. Спланировав и обеспечив его, они мечтали, что Москва должна неминуемо пасть. Фашисты были в этом настолько уверены, что спланировали даже большой комплекс торжеств, как в Берлине, так и в Москве. Кульминацией этих мероприятий должен был стать военный парад на Красной площади, принимать который собирался сам Гитлер. В беседе с японским послом он заявил, что Москва будет взята 12 октября. Но все эти планы и мифы разбились о героизм и мужество наших воинов, выдержку советского народа и глубокую веру в правоту своего дела.В срыв первого наступления немецких войск на Москву свою лепту внесли и военные собаководы. В ходе дальнейшего совершенствования обороны на московском направлении и особенно во время паузы между первым и вторым наступлениями немцев руководство обороны особое внимание уделило дальнейшему усилению противотанковой обороны. В силу недостатка минно-взрывных средств широкое применение получило возведение на подступах к Москве противотанковых рвов, эскарпов и контрэскарпов, лесных и минных завалов, постановка противотанковых ежей и надолбов и т. п.Все эти инженерные сооружения снизили темп продвижения танков противника в начале декабря, Красная армия остановила наступление немецких войск, а затем перешла к решительному контрнаступлению. Но все это рождалось не на пустом месте. Наши войска всесторонне готовились к предстоящим боям. Не последнее место в этом отводилось и морально-политической подготовке.В этой связи беспрецедентной, талантливой и своевременной политической и психологической находкой И. В. Сталина стала идея традиционного парада войск на Красной площади и торжественного собрания общественности столицы, посвященных 24-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции.Парад, проведенный 7 ноября 1941 г., поразил весь мир, поднял боевой дух, показал, что Советский Союз жив и готовится к новым боевым действиям. А ведь многим тогда казалось, что Советский Союз вот-вот падет, а Германия неудержимо идет к завоеванию мирового господства.В гитлеровской Ставке парад на Красной площади вызвал шок с последующим взрывом неудержимого бешенства.И еще одна особенность. После парада все войска, принимавшие участие в нем, шли на фронт.В середине ноября вновь развернулось ожесточенное сражение, кровавое, беспрецедентное, исход которого был жизненно важным, определяющим для судеб обеих сторон.Фашистам удалось ценою огромных усилий к концу месяца выйти к каналу им. Москвы и овладеть несколькими населенными пунктами. Это было последнее их продвижение вперед. Наши войска, проведя ряд успешных контратак и контрударов, остановили врага окончательно. Немецкие войска, израсходовав резервы, понеся большие потери, утратили наступательные способности. Был сломлен моральный дух гитлеровцев. А тут еще настали непривычные для них морозы. Пришлось отдать приказ о прекращении атак и переходе к обороне. Враг не знал и не мог знать, что через несколько часов на него обрушится сокрушительная сила контрудара советских войск. Враг отступал, практически бросая технику. Так закончился оборонительный период битвы под Москвой. Гитлеровский «Тайфун» был усмирен.В тот период, когда противник имел еще численное превосходство в танках, все школы военного собаководства были переключены на подготовку отрядов СИТ. Результаты этой трудной и ответственной работы, которую они вели в борьбе с танками противника, широко используя свою «живую технику», стали проявляться в мужестве, стойкости, самоотверженности и героизме военных собаководов.Примером этого может служить беспримерный подвиг защитников Москвы. Вот что вспоминал генерал армии Г. И. Хетагуров в своей книге «Исполнение долга» о событиях того времени, участником которых он являлся:«Одновременно началась работа по созданию узла сопротивления в Рогачево. Там уже трудились саперы…На подходе была рота с собаками — истребителями танков. Командовал этим подразделением подполковник Г. П. Медведев, впоследствии известный организатор служебного собаководства, ныне генерал-майор в отставке.… В 13:00 противник возобновил наступление. Двадцать его танков подорвались на наших минных полях, но остальные, преодолев минно-взрывные заграждения, продолжали двигаться вперед. Еще 12 были подорваны бойцами из одиночных окопов с помощью собак. 107-я мотострелковая дивизия, остатки 58-й танковой дивизии и 21-й танковой бригады, усиленные артиллерией, и рота истребителей танков с собаками выходили на рубеж Коньково, Синьково, Ольгово. Этими силами прикрывались ближайшие подступы к Дмитрову и Яхроме».
Советские воины стояли насмерть. Горели фашистские танки и бронетранспортеры. Немцы усиливали свое наступление. Начались скоротечные ожесточенные бои, в ходе которых свое слово сказали и воины-собаководы со своими верными четвероногими бойцами.Вот что пишет командующий 30-й армией генерал-лейтенант, Герой Советского Союза Д. Д. Лелюшенко в письме от 14 марта 1942 г. на имя начальника Центральной военно-технической школы дрессировщиков Красной армии о применении военных собак в его армии:«Практика применения в армии собак 1-го истребительного отряда показала, что при наличии массированного применения противником танков противотанковые собаки являются неотъемлемой частью противотанковой обороны.Имел место случай, когда в период разгрома немцев под Москвой пущенные в атаку танки противника были обращены в бегство собаками истребительного отряда (они боятся противотанковых собак и специально за ними охотятся).В армии противотанковые собаки пользуются большой популярностью, и спрос на них со стороны командиров дивизий большой.Считаю, что противотанковые собаки нужны в армии, и необходимо их готовить больше, тем более что весной они будут крайне необходимы».(Архив Музея истории военного собаководства, Калининский фронт, полевое управление 30-й армии, № 0442, 14.03.1942 г.)
Помните трудный час 1941 г., когда фашистские полчища рвались к Москве? Именно тогда военные собаки ценой своей жизни на подступах к столице сделали то, чему их научили, — подорвали около сотни танков противника. Гибли собаки, но оставались жить и бороться во имя будущего люди.Илья Эренбург, вспоминая то время, писал:«Против нас шли изверги, избравшие своей эмблемой череп, молодые и беззастенчивые грабители, вандалы, жаждавшие уничтожить все на своем пути…Гитлеровцы пришли к нам пьяные не только шнапсом, они пришли к нам пьяные кровью французов, сербов, поляков, кровью стариков, женщин, грудных младенцев. С ними на нашу землю пришла смерть.Я не говорю о смерти бойцов: нет войны без жертв. Я говорю о виселицах, на которых качаются русские девушки, о страшном рве под Керчью, где зарыты дети русских, татар, евреев…»(Генри Э., Кравильщик С., Лазарев А. От Советского Информбюро. М., 1984. С. 74.)
А вот как, например, описывает свое понимание собак — истребителей танков Пауль Карель в книге «Гитлер идет на Восток. 1941–1943»:«В советских источниках ничего не пишут об этом дьявольском оружии — собаках-минах. Но нет никакого сомнения, что они существовали и применялись, поскольку об этом говорится в дневниках солдат и офицеров из разных частей и соединений, например 1-й и 7-й танковых дивизий.Из сведений, полученных на допросах проводников собак в 3-й танковой дивизии, удалось выяснить, что московская легкая пехотная рота располагала 108 такими собаками. В качестве учебных пособий использовались тракторы. Только под ними животным давали еду, при этом двигатели работали. Если собака не хотела лезть под трактор, то оставалась голодной.Московская легкая пехотная рота не могла похвастаться особо успешным применением нового оружия. Редкие собаки оказались способны вынести рев двигателя и лязг гусениц настоящего танка. Вероятно, поэтому собаки-мины не использовались на более поздних этапах войны, если не считать отдельных случаев применения их партизанами».(Карель П. Гитлер идет на Восток. 1941–1943. М., 2003. С. 560.)
Бывшие гитлеровские генералы отмечали в своих мемуарах, что командиры их танковых подразделений не раз отдавали приказ отступать танкистам на участках фронта, если замечали, что на поле боя появлялись собаки — истребители танков.Насколько противник считался с СИТ, можно судить по изданию уже в январе 1942 г. для вермахта инструкции, как бороться с нашими собаками немецким войскам.История войны оставила нам много случаев, когда немецкие танки при появлении СИТ под общий смех наших бойцов поворачивали и удирали от них. Чтобы как-то приукрасить положение дел, смягчить свой страх перед животными, взрывавшими танки, приуменьшить результаты работы собак, противник использовал разнообразные средства. Так, в журнале для офицеров «Дойче Вер» от 07.08.1942 г. в статье «Собака — друг человека» всячески восхвалялись качества собаки, ее привязанность и тому подобное, то есть все положительное, что присуще собаке, но…«…это не относится к достойным сожаления животным, которых большевики, привязав к ним подрывной заряд, натравливают на немецкие танки, которые собаки должны подорвать».
Мы уже писали, как горели танки под Москвой, ну а насчет паники, бегства и больших потерь у немцев, то они были — только в 1941–1942 гг. было сорвано при помощи СИТ 18 танковых атак (по донесениям командиров подразделений СИТ). И собаки применялись разных пород, в том числе и беспородные — дворняжки.Именно такая дворняжка по кличке Ирма, по свидетельству фронтовиков, первой в Великой Отечественной войне подорвала неприятельский танк 27 июля 1941 г. под Рогачевым.В своих воспоминаниях ветеран военного собаководства Б. Н. Терентьев писал:«Фашисты очень боялись собак — истребителей танков: там, где замечали лай собак, танки в бой не вводили. Когда бежит собака под танк, из него попасть по ней очень трудно — бежит очень быстро и маневренно. И знание того, что это бежит твоя смерть, на нервы фашистов действовало очень сильно, вызывая панику».
Участвовавшие в войне собаки далеко не все были с хорошей родословной. Большинство служебного собаководства располагалось в европейской части страны, подвергшейся оккупации.Много породистых служебных собак погибло в начале войны в отрядах истребителей танков. И тогда в конце 1941 г. встал вопрос о необходимости использовать беспородных собак, широко известных под общим названием «дворняжки». Кроме того, стали применяться в действующей армии охотничьи собаки. Первые пробы и испытания основных охотничьих пород — гончих, лаек — как ездовых собак показали их высокие качества. Сильные, неприхотливые, неутомимые, они были совершенными военными собаками. Война не заглушила их охотничий инстинкт. После войны многие из них успешно использовались для охоты.Часть из этих собак — это крупные и сильные псы, бойцы батальонов военных собак называли их «добровольцами», другие — легкие. Крупные деревенские собаки, никогда не знавшие ошейника, прекрасно работали. Они бесстрашно бросались навстречу немецким танкам и побеждали.Отправленные на фронт, на передовой группы вожатых СИТ действовали как скорая помощь: где трудно — там они. Одна из военных газет того времени писала:«Недавно на Калининском фронте произошло следующее невероятное событие. Немецкие танки подошли к советским блиндажам, но, услышав собачий лай, танки повернули назад».
Произошло это вскоре после того, как бойцы майора К. А. Лебедева отбили танковую атаку. Немцы тогда пустили шесть танков, которые, несмотря на сильный огонь, подошли к переднему краю. Здесь-то на танки бросились собаки. Головной танк был взорван овчаркой по кличке Том. Другие танки поспешно развернулись. Собаки долго их преследовали.Майор К. А. Лебедев командовал 1-м армейским истребительным отрядом, в его составе было 372 собаки-истребителя танков.Подвиг бойцов и командиров Красной армии в Битве за Москву вошел в историю и навсегда вписан в память нашего народа. В этом великом сражении в разных местах, на разных участках великой битвы принимали участие воины-собаководы — всего два армейских истребительных отряда, но они внесли свой вклад в защиту столицы, и забывать об этом не надо.В это время перед Центральной школой стояла основная задача — подготовка противотанковых собак. В процессе этой горячей работы у сотрудников научного отдела школы Крушинского и Бродского появилась мысль о подготовке парных противотанковых собак.Опыт подготовки противотанковых собак по старому способу Шошина — Нитца показал, что не все собаки с одинаковой готовностью идут под грохочущий и стреляющий танк. В этом случае собака может не только не пойти под танк, а вернуться к своему вожатому и уничтожить не только его, но и себя.Иногда собака обегала танк. Нужно было исключить из практики работы собаки такие неприятные моменты. Эту попытку и сделали Крушинский и Бродский, предложив готовить для одного танка двух собак, которые приучатся получать пищу с боков танка, одна слева, другая справа. Они парой впрягаются в волокушу, на которой лежит мина. Разбегаясь под углом и обегая танк, они обеспечивают неизбежное попадание под танк и, следовательно, взрыв танка. Преимущество нового метода очевидно. Он не требует от собаки такой смелости, какая нужна для одиночной собаки, обязанной бежать под танк, и дает даже некоторые шансы на спасение одной или даже обеих собак.Следовательно, при этом можно тренировать и не очень смелых собак. Указанный метод делает гибель танка неизбежной. Он применим в любое время года, тогда как работа одиночных противотанковых собак зимой почти невозможна, вследствие того что попасть под клиренс из-за снега очень трудно.Руководство школы одобрило данный метод. Проведенные опыты подтвердили его положительные стороны, примерно 30% всех противотанковых собак стали обучать по этому методу. К сожалению его первая боевая проверка имела место в условиях уличных боев в Сталинграде. Загроможденные грудами кирпича и металла улицы героического города были малопригодной ареной для применения парных собак, ибо не давали им простора для маневра.Л. В. Крушинский много работал над дальнейшим усовершенствованием этого метода. Он стремился, так сказать, автоматизировать управление парными противотанковыми собаками и сделать возможным массовое одновременное применение их по многим направлениям из одного пункта, достаточно удаленного от зоны непосредственной опасности.По его проекту, 15–20 пар собак должны были сидеть на приколе, соединенном электросвязью с командно-диспетчерским пунктом. Нажимая на ту или иную кнопку на щите управления, вожатый мог освободить с прикола ту или иную пару собак.Освобождение сопровождалось звонком, который был для собак сигналом к атаке. Таким образом, можно было одновременно или с небольшими паузами спустить и бросить в атаку сколько угодно пар в любом направлении. Эта идея, проверенная опытным путем на полигоне школы, к сожалению, не получила дальнейшего применения в боевых условиях.Несмотря на сильные морозы и глубокий снег, 5–6 декабря 1941 г. началось контрнаступление советских войск под Москвой. К этому моменту Красная армия научилась многому. Создавались передовые отряды, лыжные батальоны, механизированные группы. Командиры поверили в успешное использование военных собак. Красная армия била и теснила немцев, не давая им никакой передышки.С 9 по 20 декабря советские войска освободили наши города, ранее захваченные фашистами и составляющие оборонительные точки противника, среди них: Истра, Волоколамск, Калинин, Клин, Рогачев и другие. Была ликвидирована опасность окружения Тулы. Свыше 11 000 населенных пунктов было освобождено советскими войсками. Полоса наступления наших войск расширялась, преследование противника стало безостановочным.Весной 1942 г. Генеральный штаб Красной армии разработал и разослал в войска Инструкцию по противотанковой обороне (дивизия — полк). В ней обобщен опыт борьбы 1941–1942 гг., подчеркивалось, что оборона должна быть, прежде всего, противотанковой, рассчитанной на массированную атаку танков и пехоты противника. По этой Инструкции, во всех случаях противотанковая оборона должна организовываться старшим общевойсковым начальником и состоять из ротных противотанковых опорных пунктов, батальонных противотанковых узлов и противотанковых рубежей (последнее создавалось дивизией и выше). Совпадение ротных противотанковых опорных пунктов с ротными, а батальонных противотанковых узлов — с батальонными районами обороны считалось обязательным.Основные требования этой Инструкции вошли затем в Боевой устав пехоты Красной армии 1942 г. и проект Полевого устава Красной армии 1943 г. Ввод в действие этой Инструкции способствовал дальнейшему развитию противотанковой обороны советских войск.«За годы войны Ставка ВГК, Генеральный штаб, органы Наркомата обороны уделяли большое внимание противотанковой обороне. В ее совершенствовании решающую роль сыграли быстрое обобщение накопленного опыта борьбы с вражескими танками и внедрение его в боевую практику войск, а также стремительное развитие противотанковых средств, постоянный рост боевого мастерства и стойкости советских воинов в бою».(Военно-исторический журнал № 8, 1976. Статья доцента, кандидата военных наук полковника Ф. Утенкова.)
Наши войска отказались от вредной линейной тактики в противотанковой обороне и к началу 1943 г. окончательно перешли к применению основных принципов противотанковой обороны.С 8 марта по 20 апреля 1942 г. Красная армия, стремясь окружить и уничтожить основные силы группы армий «Центр», провела четыре крупные наступательные операции. И хотя эта задача была выполнена не полностью, недостаток опыта ведения столь масштабных наступательных действий, нехватка сил и средств, особенно подвижных войск, сказывались на конечном результате. Общее наступление на запад было успешным.Немецкие войска были разбиты и отброшены от столицы нашей Родины на 100–400 км. Это было не просто поражение немецких войск, это был разгром отборных, ударных войск вермахта, нацеленных на Москву. Такого разгрома не знала история войн, и от него фашисты не скоро оправились.Эта победа развеяла миф о непобедимости немецкой армии, нанеся ей непоправимый урон. Эта победа сломала стратегию блицкрига, все планы фашистской Германии, показала миру возросший профессионализм советских командиров, на деле показавших — «немца бить можно и нужно». Эта победа показала необратимость происшедших изменений соотношения сил в пользу Советского Союза, что проявилось в последующих битвах Великой Отечественной войны. Эта победа в Московской битве стала прологом Великой Победы 1945 г.Как известно, в начальный период Великой Отечественной войны сложилась особенно тяжелая обстановка в борьбе с танками противника. Временные неудачи нашей армии, недостаток в эффективных средствах борьбы, моральный эффект массового применения танков противника, нехватка даже минимального запаса оружия, недостаточная подчас выучка личного состава не давали в то время должного результата в борьбе с танками противника. Поэтому, кроме обеспечения вооружением, техникой, издавались краткие памятки солдатам и командирам по борьбе с танками.Так, например, в октябре 1941 г. Управлением боевой подготовки Красной армии была издана «Памятка для командного состава по борьбе с танками противника», в которой был обобщен опыт борьбы в первых тяжелых боях с фашистскими танками. В ней нашли отражение как лучшие примеры, так и недостатки борьбы с танками на тот период. По этой «памятке» можно судить, насколько вперед шагнули наши возможности по борьбе с танками сегодня, но в реалиях 1941–1942 гг. советские бойцы и командиры смело вступали в бой с фашистами, с их танками и другой техникой.Примером исключительного героизма в борьбе с танками противника может служить подвиг личного состава 27-й ООСИТ.Летом 1942 г. в составе 38-й армии Юго-Западного фронта действовал отряд собак — истребителей танков (командир отряда — старший лейтенант В. В. Шанцев). Получив задание, отряд занял оборону по дороге Чугуев — Купянск, стойко защищал этот район от перешедших в наступление превосходящих сил противника, его танковой армии. Личный состав отряда вел тяжелые оборонительные бои. За период с 10 июня по 2 июля 1942 г. подразделениями отряда уничтожены 21 танк, 14 автомашин, а также много живой силы противника.Советское Информбюро в своем вечернем сообщении от 2 июля 1942 г. сообщало:«…на другом участке 50 немецких танков пытались прорваться в расположение наших войск. Девять отважных бронебойщиков из истребительного отряда старшего лейтенанта Шанцева открыли огонь и подожгли семь немецких танков».
В сообщении нет фамилий этих смельчаков, названных бронебойщиками, из-за существовавшей в то время секретности на подразделения СИТ. Но история оставила нам их фамилии. Вот выписка из газеты «Красная армия» № 182 от 02.07.1942, Юго-Западного фронта, статья «Величественный подвиг 9 бронебойщиков»:«Девять советских воинов вступили в бой с вражескими машинами. Метко без промаха бьет из своего оружия красноармеец Романов. Один за другим он выводит из строя два танка.Из засад ведут огонь наши истребители. Охваченная пламенем, горит уже седьмая машина.Взбешенные упорством советских бронебойщиков, фашисты начали обходить их с флангов. Вот гитлеровцы уже вышли на рубеж нашей обороны.Но наши истребители вражеских танков — люди железной выдержки. Горсточка храбрецов не дрогнула перед ликом опасности. Они сражались до последнего вздоха.Защищая родную землю, девять бронебойщиков (истребителей): старший сержант Буймин, сержант Сабиров, младший сержант Гайнутдинов, красноармейцы Романов, Панин, Лазунин, Запаров, Шамсиев и Колесников пали смертью храбрых, но не уступили ни на шаг.Их подвиг, их имена войдут золотой страницей в летопись Великой Отечественной войны советского народа против озверелых фашистских банд».(Архив Музея истории военного собаководства.)
Из донесения командира 27-го отдельного отряда СИТ старшего лейтенанта В. В. Шанцева, приданного 38-й армии Юго-Западного фронта, начальнику окружной школы младшего комсостава (собаководства) ПриВО от 15 июля 1942 г.:«…10 мая отряд получил задачу занять оборону самостоятельно по дороге Чугуев — Купянск.На рассвете 10 июня, бросив в наступление большие силы, противник прорвал линию обороны. Танки противника пошли на участок, где занимали оборону бойцы моего отряда.Применив СИТ, отделение сержанта т. Сабитова уничтожило 7 вражеских машин, а бойцы отделения старшего сержанта Буймина уничтожили 4 машины. Итого в первый день боя было уничтожено 11 танков противника.После этого отряд получил новую задачу, занять оборону западнее г. Купянска.23 июня на этом участке бойцами отряда уничтожено еще три немецких танка.Всего за период нахождения в действующей армии отрядом уничтожено 14 вражеских автомашин, 21 танк и много живой силы противника.Эти бои показали, что СИТ при их правильном применении являются мощным противотанковым средством. Танки, уничтоженные собаками, полностью выходят из строя, и восстановить их невозможно».
Так сражались воины-истребители со своими верными помощниками собаками — истребителями танков.Как подчеркивалось ранее, собаками — истребителями танков были почти что все породы наших служебных собак (овчарки, эрдельтерьеры, доберман-пинчеры, лайки и т. д.). Все они были пригодны для этого вида специальной службы, все они шли на смерть, неся на себе смертоносный груз немецким танкам.Очень хорошо об этом было написано одним из корреспондентов военной газеты Калининского фронта 18 июля 1942 г. в статье «Лайка». Вот что он написал:«Собака насторожилась. Сквозь визг шрапнели и пение пуль послышался рокот моторов. Идет не простая машина. Приближается бронированное чудовище рурского происхождения. Лайка рванулась вперед, желая, очевидно, еще там, в кустарнике, встретить чужеземный танк, но красноармеец Ремизов сдержал ее.— Погоди, не спеши, — внушительно сказал он, — пусть подойдет к высоте.Собака послушно села, притаившись за деревом. Через минуту на полянку выползли шесть немецких танков. Два из них застыли на месте, здесь же у опушки леса, подбитые нашей артиллерией.С тремя машинами вступили в бой два советских танка.Шестой танк, обогнув высоту, мчался прямо на дерево, где укрылся Ремизов с лайкой. Собака, завидя свою жертву, не сидела на месте, становилась на дыбы, визжала, рвалась вперед.— Постой, постой немного, — шептал боец.Расстояние быстро сокращалось: 200, 100 метров, Ремизов отстегнул ошейник. Собака стремглав бросилась навстречу стальной громадине. Автоматчики, сидевшие на броне для предохранения машины от набегов собак, не успели сделать ни единого выстрела.Долину потряс оглушительный взрыв. Из люка башни вместе с дымом и пламенем вылетело все содержимое танка. Ремизов закрыл лицо руками. Ему было и радостно, и больно. Радостно потому, что чудовище было взорвано и теперь неподвижно стояло среди поля. Больно потому, что погибла лайка.За период боевых действий энский отряд истребил 22 немецких танка.Вместе с человеком зорко следит за врагом на переднем крае собака. Барбос, Змейка и многие другие, они не терпят шинелей зеленого цвета, они с подозрением посматривают даже на наших танкистов, одетых в синие комбинезоны или черные шинели.Железо Рура рвется к низовьям Волги. Гитлер бросает в наступление массы танков. Быть начеку, поднять все противотанковые средства, каждый шаг русской земли превратить в могилы немцев и их техники!»
Останемся нетребовательными и не будем взыскивать с корреспондента, который детально не знал нашей техники — собак — истребителей танков, присвоил ей способность ненавидеть врага, как ненавидели его русские люди, даже не перенося «шинелей зеленого цвета». Заметим лишь, что собаки — истребители танков шли на любой танк, наш или врага, чтобы потом получить за это лакомство, получая взамен его — смерть.Что же касается последнего призыва автора статьи, то подразделения СИТ являлись одним из противотанковых средств нашей Красной армии, успешно справлявшимся с этой благородной задачей. Сотни танков и другой техники, десятки тысяч немцев нашли могилу на нашей русской земле, под ударами вожатых и собак — истребителей танков.Применение собак для подрыва танков в первый период войны, да и в дальнейшем, когда Красная армия ощущала недостаток противотанковых средств, дало значительный эффект.Так, в Битве под Москвой на калининском направлении успешно действовал сформированный при Центральной школе 1-й армейский истребительный отряд. Вот что вспоминал сержант Клейменов, командир отделения этого отряда:«Это было в 1942 г. на Калининском фронте, в районе д. Якимова в 693 СП 369 сд.18 мая 1942 г. немец перешел силой полка пехоты при поддержке восьми танков в контратаку с целью выбить наши подразделения за Волгу…Не успели мы прибежать к стрелкам, на нас пошли два танка. Я в этом бою подорвал средний немецкий танк, убил четырех немцев, а одного взял в плен. Враг дальше не пошел. В этом бою я убедился, что хорошо подготовленная собака может сделать все. Это самый верный друг для человека, она нигде не подведет».
О том, как был подорван танк, тов. Клейменов вспоминает следующее:«Танк я подпустил на 20 метров, чтобы бить наверняка, и я не ошибся. Собака пошла точно между гусениц. Взрыв, и танк встал. Жалко потерять такого друга. Он честно выполнил свой долг, которому его учили».
Выше упоминалось, что собаки — истребители танков использовались для защиты противотанковой артиллерии и что немецкие танкисты не выдерживали контратак наших собак.Вот один из примеров, изложенный в боевой характеристике о работе взвода СИТ 2-го отдельного полка специальных служб:«Взвод был придан 428-му противотанковому артдивизиону и показал себя с хорошей стороны. В одном из боев при наступлении немцев на наши позиции один из танков попытался зайти в тыл нашим частям. На борьбу с этим танком дал свое согласие вожатый Валазин, который под сильным огнем противника подобрался ближе к танку и пустил свою собаку.Танкист, увидя собаку, развернул танк и ушел обратно на исходное положение».
Спрос на СИТ был большой, неоднократно командиры, штабы писали письма непосредственно в ЦВТШД КА с просьбой послать им противотанковых собак. Вот только пример одного такого письма:«Неоднократные мои телеграммы о высылке противотанковых собак, находящихся в вверенной вам школе, но ранее принадлежащих 1-му армейскому истребительному отряду, остались безрезультатными.Прошу срочно направить роту противотанковых собак в 1-й истребительный армейский отряд в распоряжение майора Лебедева.Если же противотанковые собаки из состава указанной роты отсутствуют или переданы в другую армию, то прошу занарядить из имеющихся у вас противотанковых собак одну роту.О ваших мероприятиях прошу поставить срочно меня в известность, так как будем ставить вопрос перед зам. наркома тов. Пересыпкиным.Начальник штаба 30-й армии генерал-майор артиллерии Хетагуров 5 мая 1942 г.»

Надо отметить, что руководство Центральной школы с пониманием подошло к этому письму, и в соответствии с решением вышестоящего руководства 22 мая 1942 г. в 30-ю армию была направлена рота СИТ в составе: офицеров — 5, сержантов — 13, вожатых — 71, собак — 81.

Источник https://flibusta.club/b/599415/read

Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "
Битва за Ленинград
Как важнейшую цель общего наступления немецких войск на СССР Гитлер рассматривал захват Ленинграда, «второй столицы Советского Союза».В плане «Барбаросса» об этом прямо говорилось:«Лишь после обеспечения этой неотложной задачи, которая должна завершиться захватом Петербурга и Кронштадта, следует продолжать наступательные операции по овладению важнейшим центром коммуникаций и оборонной промышленности — Москвой».
Непосредственно битва за Ленинград началась 10 июля 1941 г. с нанесения удара из района Панова в направлении Луга передовыми частями 4-й немецкой танковой группы. Создалась реальная угроза захвата города с юга.С большими потерями немцы к концу июля вышли на рубежи Луги, но их удалось остановить и заставить перейти к обороне.8 августа 1941 г., после перегруппировки своих войск, немецкое командование начало новое наступление. Стремительным ударом танковых войск им удалось прорвать организованную оборону на реке Луга советских войск, в конце августа 1941 г. создалась реальная угроза окружения Ленинграда.В этих условиях 23 августа Ставка, взяв за основу войска Северного фронта, создает Ленинградский фронт, которому поручили непосредственную оборону города.9 сентября немецкие войска начали новое наступление на Ленинград, им удается овладеть Красным Селом, Пушкиным и достигнуть Урицка. Кольцо блокады вокруг города медленно, но неотвратимо продолжало сжиматься.12 сентября во главе Ленинградского фронта был поставлен генерал армии Г. К. Жуков. Было проведен ряд мероприятий, направленных на создание эффективной обороны и мобилизации сил и средств. Все это позволило нашим войскам остановить немцев и вынудить их перейти к обороне.В сложившейся обстановке были приняты чрезвычайные меры по усилению боевой мощи войск 42-й армии и их способности к отражению непрерывных атак немцев. В состав армии были дополнительно введены части, так туда вошел и 5-й армейский истребительный отряд. Надо отметить, что такое подразделение было только в 42-й армии.Остановить немцев на Пулковском рубеже и сорвать их намерение штурмом овладеть городом — такова главная задача, на решение которой были брошены все силы армии. Но быстро это сделать было невозможно — враг продолжал иметь превосходство в силах.В этих условиях русский дух, русское упорство, русская стойкость и уверенность в победе смогли превзойти огромную военную мощь немецко-фашистских войск и добиться желаемого результата.Вот что об этом писал Г. К. Жуков:«Победа в оборонительных сражениях на ближних подступах к Ленинграду была достигнута совместными усилиями всех видов вооруженных сил и родов войск, опиравшихся в своей борьбе на героическую помощь населения города. В основе этих общих усилий лежали высокий моральный дух советских войск, непреклонная вера в победу, глубокий патриотизм и ненависть к фашистским захватчикам.История войн не знала такого примера массового героизма, мужества, трудовой и боевой доблести, какую проявили защитники Ленинграда».(Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. М., 1985. С. 169.)

Выше уже писалось, что 42-й армии (командующий — генерал-майор И. И. Федюнинский) был придан 5-й армейский истребительный отряд, командиром этого отряда был назначен майор Заводчиков Петр Алексеевич — широко известный специалист служебного собаководства.Биографическая справка

ЗАВОДЧИКОВ ПЕТР АЛЕКСЕЕВИЧ, ПОЛКОВНИК ИНЖЕНЕРНЫХ ВОЙСК

Родился в 1894 г. Окончил Петрозаводскую учительскую семинарию и заочно педагогический институт.Страстный любитель собак, он уже в 1922 г. активно участвует в организации служебного собаководства в. Ленинграде.В 1928 г. в рамках организации Осоавиахима в городе создается секция служебного собаководства, позже получившая название «Школа-клуб служебного собаководства Ленинградского Осоавиахима». Первым начальником школы-клуба был Петр Алексеевич. Вскоре в клубе начали действовать курсы по подготовке инструкторов служебного собаководства Осоавиахима. Ряд членов клуба получили право судейства служебных собак на выставках.Вся дальнейшая жизнь Петра Алексеевича была связана тесно с делами клуба. В 1934 г. перед клубом поставлена задача максимального внедрения служебных собак в промышленность и соцсектор сельского хозяйства. Создаются бригады содействия милиции (бригадмил), собаки активно применяются для охраны урожая. Все эти успехи клуба неразрывно связаны с умелым руководством со стороны П. А. Заводчикова.В преддверии войны клуб активизировал свою работу по подготовке собак для армейских нужд. Готовились собаки-санитары, собаки-подрывники, собаки-миноискатели. Успешно шла работа по приему собак от населения.И когда грянула война, лучшие собаководы клуба во главе с Петром Алексеевичем составили кадровый костяк 5-го армейского истребительного отряда, впоследствии 34-го отдельного инженерного батальона собак-миноискателей.В своей книге «Батальон специального назначения» П. А. Заводчиков подробно описывает работу батальона, его людей и собак. Еще до создания минно-розыскной службы на Ленинградском фронте он предложил и практически ввел в практику применения службу без названия, но имевшую большое практическое значение: в ней собаки использовались в качестве «связистов» и «подрывников».В соответствии с решением Военного совета фронта отряд входит в состав 42-й армии. Все силы отряда были брошены на решение главной задачи — остановить врага и сорвать его намерения штурмовать город на вверенном участке в составе армии на Пулковском рубеже.В этой сложной обстановке русский дух, упорство, стойкость и уверенность в победе превзошли огромную военную мощь вермахта. Но это произошло в ходе тяжелой схватки с сильным и коварным врагом, который не смог выдержать стойкость и упорство защитников Ленинграда, и в одном ряду с ними действовал батальон под командованием майора П. А. Заводчикова.Весной 1942 г. батальон получает новое пополнение из ленинградских девушек-блокадниц, об этом периоде Петр Алексеевич совместно с Ф. Самойловым впоследствии напишет книгу «Девичья команда». Авторы рассказывают об истинных, памятных и пережитых ими событиях, как эти девушки-блокадницы сначала разыскивали собак (почти все животные были съедены, а выжившие не доверяли человеку), потом завоевывали их доверие, а затем начинали обучаться вместе с ними минно-розыскному делу. Книга обладает одним большим и редким качеством, как и ее автор, Петр Алексеевич Заводчиков, — она правдива.Правдивость заключалась в том, что именно его подчиненные обнаружили и обезвредили более 700 000 мин, фугасов, неразорвавшихся снарядов и других взрывчатых предметов. Именно подчиненные Петра Алексеевича помогли спасти Павловский дворец, обнаружив в его фундаменте за час до взрыва 2,5-т бомбу.Наступило мирное время, но Петр Алексеевич продолжал вместе с товарищами с ранней весны до поздней осени трудиться на сплошном разминировании территории областей Северо-Запада, ликвидировать остатки войны и в самом Ленинграде.После увольнения из армии Петр Алексеевич не расстался со служебным собаководством. Он автор и соавтор целого ряда книг и многочисленных статей по собаководству, среди них: «Овчарка на службе и в колхозе» (1933, 1936), «Взрыва не будет» (1971), «Пособие по собаководству» (1973) и другие.Кроме вышеуказанного, он в соавторстве с А. П. Мазовером написал и другие произведения. Эти книги давно стали библиографической редкостью, некоторые сведения, опубликованные в них, возможно, и устарели, но основа дрессировки и многое другое не потеряло свое актуальности и сегодня.Родина высоко оценила работу полковника П. А. Заводчикова на благо нашей страны, наградив его несколькими орденами и медалями Советского Союза.
Надо отдать должное управлениям и отделам штаба Ленинградского фронта, особенно инженерному и связи. С их помощью для формирования отряда отдел кадров выискивал в частях нужных офицеров — специалистов-собаководов. Среди них из окружной школы собаководства ЛенВО: Ф. А. Коробов, М. З. Засимук, И. Буйвол, И. С. Воякин, В. В. Ермолинский, лейтенант Абрамов и другие.Как вспоминал П. А. Заводчиков:«Легче всего было набрать собак. Стоило обратиться в клуб служебного собаководства Осоавиахима, и мы получили сотни великолепных собак.Пришли к нам из Осоавиахима и известные специалисты-дрессировщики М. Е. Грачев, П. В. Иванов, П. А. Штиглиц».
Отряд формировался в Гатчине с 1 по 10 августа 1941 г. А с 12 сентября 1941 г. подразделения отряда уже на фронте, на танкоопасных направлениях. Так, 1-ю роту старшего лейтенанта Батурова придали 6-й бригаде морской пехоты (восточные окраины Ленинграда). Взвод лейтенанта Г. М. Михайлова дрался вместе с моряками за вокзал станции Лигово, который не раз переходил из рук в руки. Взвод младшего лейтенанта М. Д. Засимука огнем из карабинов и гранатами отражал фашистов у Кишкина. Под Пушкиным стояла 2-я рота, а 3-я рота — держала противотанковую оборону в районе Колпино — Путролово Московская Славянка.Местом КП отряда был район Средней Рогатки. Сюда приходили на отдых и учебу взводы и роты, сменяемые на переднем крае. Здесь же шла напряженная учеба и тренировки.В сентябре 1941 г. взвод младшего лейтенанта М. Д. Засимука удерживал оборону на танкоопасном направлении. Пехота противника пыталась овладеть д. Нижнее Капрово. Советские войска открыли огонь, удерживая до прихода наших танков занимаемые рубежи. Противник был уничтожен с помощью подоспевших наших танков.В начале 1942 г. в отряде была подготовлена группа собак-подрывников. Животных приучали со взрывчаткой в специальной сумке пробираться по проходам в колючей проволоке, которые немцы оставляли для перебежчиков с нашей стороны.Попав в расположение противника, собаки забегали в бункер, бросались на двери ДЗОТов, блиндажей и других убежищ, где они чуяли людей. При этом взрыватели, вставленные во вьюки с толом, которые собаки несли на спине, задев за стенку или дверь, срабатывали и взрывали мину.Необходимые для таких мин специальные взрыватели были сконструированы в Ленинградском физико-техническом институте АН СССР под руководством доктора физико-математических наук Н. М. Рейнова. Он вспоминал:«С работой саперов я познакомился во время войны. Особенно тесная связь существовала у нас с частью, которой командовал майор, потом полковник П. А. Заводчиков. В батальоне задумали использовать собак для подрыва вражеских дотов и блиндажей с помощью взрывчатых зарядов. Но для этого нужны были особые взрыватели. В нашем институте их быстро сконструировали».

С их помощью отряд уничтожил три землянки с солдатами и склад боеприпасов противника. Эти «танкисты», «движущиеся мины», наводили большой ужас на противника, о них складывались всевозможные легенды. Фашисты выпустили специальную листовку о собаках, называя их «бешеные псы».На протяжении всего 1942 г. отряд занимал своими подразделениями противотанковую оборону. Так, одно из его подразделений находилось на Карельском перешейке в районе Старого Белоострова и Охты. В том же году отряд, первоначально входивший в состав войск связи, переподчиняют начальнику инженерных войск фронта.Первые дни блокады Ленинграда отряд использовался в интересах 67-й армии. Были перевезены к переднему краю мины, взрывчатые вещества, стальные стрелковые щиты и прочее инженерное имущество. При этом участвовало 30 упряжек с 99 собаками, перевоз груза проводился на расстоянии 8–10 км. Всего было перевезено 72 208 кг различного груза.Обратными рейсами вывозились раненые. В вывозе раненых участвовало 25 упряжек (75 собак). С 11.01. по 12.02.1943 г. вывезено свыше 800 человек, в том числе 306 с оружием.Ввиду начавшейся операции 55-й армии рота упряжных собак отряда с 12.02. по 27.02.1943 г. была оперативно переподчинена начсанарму 55-й армии. За время операции в районе Красный Бор вывезено с поля боя 755 раненых, в том числе 191 с оружием.Всего за время проведения операции по прорыву блокады с 01.01. по 01.04.1943 г. упряжками собак отряда вывезено только в 55-й армии — 1884 человека, в том числе с оружием — 598, перевезено — 80 162 кг груза.Советское командование с первых дней блокады Ленинграда неоднократно пыталось прорвать ее. Однако из-за недостатка сил и средств, упущений в управлении войсками проводимые мероприятия успеха не имели, и снять блокаду Ленинграда не удалось.Битва за Ленинград — его оборона, борьба за выживание, — это была эпопея стойкости человеческого духа, героизма, мужества и самоотверженности, глубокой веры в правоту борьбы, неизбежной веры в победу над врагом.«Пройдут века, — говорил М. И. Калинин, — но дело, которое сделали ленинградцы — мужчины и женщины, старики и дети этого города, — это великое дело…Никогда не изгладится из памяти самых отдаленных поколений».Как мыльный пузырь лопнул план фашистского командования о молниеносном захвате Ленинграда. Немцы оказались неспособными продолжить выполнение своих планов, они натолкнулись на мужество и стойкость его защитников.Защитники города в своей основе оказались способными к самопожертвованию во имя победы, являясь тем самым примером высшей нравственной категории.От своих сумасбродных планов захвата Ленинграда фашисты не отказались. Битва за Ленинград продолжалась.

Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

В боях на Южном фронте

К началу лета 1942 г. военно-политическая обстановка складывалась прежде всего под влиянием итогов Московской битвы.Главным для советской стороны было то, что, несмотря на жестокое поражение наших вооруженных сил на начальном этапе войны, Советский Союз сохранил жизнеспособность, устойчивость своей политической системы, способность восстанавливать и наращивать свой военно-экономический потенциал.О событиях июля 1942 г. на Южном фронте написано до обидного мало, — одна-две строчки в фундаментальных исследованиях, предельно кратко или лишь отдельными эпизодами в некоторых произведениях мемуарного военно-исторического характера.Работая над книгой, я попытался собрать фактический материал, который поможет более ясно оценить трагические события обороны советских войск в районе Ростова-на-Дону и роли в них армейских истребительных отрядов с собаками — истребителями танков.Справедливости ради надо отметить, что впервые материал о собаках — истребителях танков (СИТ) показал в своих статьях ростовский краевед, профессиональный военный историк Владимир Иванович Афанасенко в журнале «Донской временник» в статьях «Собаки-истребители и другие эпизоды войны», «Моряки в обороне Ростова-на-Дону в июле 1942 г.» и др.Отдельные упоминания об армейских истребительных отрядах, направленных на Южный фронт, имеются в документах архива Музея истории военного собаководства. Но все это было разрозненно, безымянно и бессистемно. Из тех событий реальную картинку которых удается воссоздать лишь со временем, много разрозненных фактов, о многом прежде просто не рассказывалось, кое-что безвозвратно утеряно.Как известно из хронологии событий Великой Отечественной войны, летом 1942 г. фронт подошел к Ростову-на-Дону.56-я армия (командующий — генерал-майор А. И. Рыжов), прикрывая отход войск Южного фронта на левый берег Дона, заняла оборону по рубежу Ростовского оборонительного района силами четырех дивизий и четырех отдельных морских стрелковых бригад с артиллерией усиления.Четверо суток, 21–24 июля, на подступах к Ростову-на-Дону и на его улицах не утихали ожесточенные бои с превосходящими силами противника. Восемнадцать отборных дивизий, в их числе элитные, такие как «Викинг», «Великая Германия», «Эдельвейс», сотни танков, тысячи орудий и минометов, армады бомбардировщиков и истребителей штурмовали донскую столицу.За четыре дня обороны города из 121 457 бойцов и командиров 56 армии в живых осталось около 18 000.Известный актер театра и кино Владимир Этуш 18-летним мальчиком чудом уцелел в том аду. Почитайте его воспоминания, как бойцы в окружении, оставшись без воды, пили собственную мочу… Как немцы выжигали огнем 80 дотов, из которых ни один не сдался…22 июля немецкие войска прорвали оборону наших войск западнее Ростова, охватили полукольцом город и продвигались к перевалам через Дон, восточнее города.Войска 56-й армии, оказывая врагу упорное сопротивление, вели тяжелые оборонительные бои и отходили к Дону. Воины армии совместно с пулеметно-артиллерийскими батальонами 70-го и 158-го укрепрайонов стойко отражали многочисленные атаки противника, нанося ему большие потери.23 июля войска 17-й полевой и 1-й танковой армий вермахта, имея подавляющее превосходство в силах и средствах, продолжили развивать наступления на Большие Салы, Аксайскую, Каменный Брод. Гитлеровцы непрерывно бомбили переправы через Дон и центр города.О том, как дрались советские воины, обороняя донскую столицу, мы знаем достоверно: почти все они погибли, но не сделали ни шагу назад!И это признают наши враги, в частности участники штурма города, бывший командир 421-го пехотного полка 125-й пехотной дивизии вермахта отставной генерал Альфред Рейнгардт.Цитата взята со страниц книги немецкого писателя Пауля Кареля «Гитлер идет на Восток. 1941–1943». Вот что он пишет, ссылаясь на отчет об операции генерала А. Рейнгардта:«Солдаты войск НКВД и саперы перегородили Ростов баррикадами и сражались на них до последнего патрона…Сражение за центр Ростова велось беспощадно. Защитники его не желали сдаваться в плен, они дрались до последнего дыхания, и если их обходили, не заметив, даже раненые, они вели огонь из своего укрытия до тех пор, пока не погибали.Центр Ростова стал местом битвы штурмовых команд.… Подобных сражений, вероятно, никто и никогда еще прежде не вел. Такие бои разгорались бы, наверное, на улицах Москвы или Ленинграда, если бы немцам удалось войти туда…»

Даже враг признал, что бои в центре Ростова были для них очень тяжелыми. Обороняющиеся войска свою задачу по обороне города выполнили с честью. Сделали все что могли, не щадя своей жизни. Однако силы оказались неравными…В книге не ставится вопрос оценок действий в той или иной операции войск, это удел других исследований. Вместе с тем, говоря об участии военных собаководов в той или иной операции, нельзя обойти стороной значение и ее ход.И неизвестно, как бы сложилась обстановка в целом, если бы немцы достигли поставленной цели. Ростов-на-Дону в этой ситуации сыграл ключевую роль, город оттянул на себя значительные силы гитлеровцев от Сталинграда и тем самым спас его.В этих боях неувядаемой славой покрыли себя военные собаководы 7-го и 8-го армейских истребительных отрядов (командиры — Яценко и А. Д. Скорев). Приданные дивизиям, их роты СИТ совместно с другими противотанковыми средствами создали прочную противотанковую оборону и в часы наибольшей опасности выполнили стоящие задачи ценой самой жизни, громили ненавистного врага.Первое упоминание о СИТ мы находим в документах штаба Южного фронта (командующий — Р. Я. Малиновский). Из оперативной сводки от 5 июля 1942 г. видно, что армейские отряды истребителей были приданы дивизиям 18-й армии (командующий — генерал-лейтенант Ф. В. Камков). Эти отряды были созданы в Центральной школе по штату № 014/45, штатная структура отряда: офицеров — 63, сержантов — 98, вожатых — 398, собак — 504, состав отряда — четырехротный.353-й сд (командир — полковник Ф. С. Колчук) придан как подвижный противотанковый резерв — 8-й армейский истребительный отряд (командир — А. Д. Скорев).383 сд (командир — генерал-майор К. И. Провалов) придана 3-я рота СИТ (номер отряда неизвестен) как подвижный противотанковый резерв.395-й сд (командир — полковник А. И. Петраковский) придан 7-й армейский истребительный отряд (командир — Яценко).30-й сд 56-й армии (командир — полковник Б. Н. Аршинцев) придана 1-я рота СИТ (номер отряда неизвестен) как подвижный противотанковый резерв.Местность перед передним краем главной полосы обороны 18-й армии была труднодоступна для танков. Наиболее доступные направления были прикрыты противотанковыми и противопехотными заграждениями. Ширина армейской полосы обороны составляла 87 км, общая глубина обороны — 20–25 км.56-я армия (командующий — генерал-майор А. И. Рыжов) 20 июля 1942 г. получила приказ обеспечить отвод главных сил Южного фронта (12-й, 18-й и 37-й армии) на левый берег Дона, удерживая внешний обвод Ростовского оборонительного района (РОР).Боевым распоряжением № 00274 от 20.07.1942 г. штаб 56-й армии определил участки обороны всем частям и соединениям армии занять 21 июля 1942 г. к 6:00. Но одновременного занятия рубежей по внешнему обводу РОРа не получилось по многим причинам.К утру 21 июля оборону успели занять (слева направо) 16-я курсантская и 68-я, 76-я, 81-я отдельные морские стрелковые бригады, а на правом фланге, от Новочеркасска до Дона, — 347-я дивизия и 63-я танковая бригада, в которой оставалось пять-шесть боеспособных танков.Противотанковый резерв состоял: из 756-го артполка, 56-го батальона ПТР, 4-й роты СИТ (отряд неизвестен) и инженерно-саперной роты.Стрелковые дивизии вступили в бой с марша, по мере подхода сменяя бригады армии, что отрицательно влияло на устойчивость обороны.Передовые соединения 1-й танковой и 17-й полевой армии вермахта, преследуя арьергарды армий Южного фронта, вышли к переднему краю РОР.21 июля 1942 г. севернее села Чалтырь, со стороны Таганрога, на позиции 68-й отдельный морской стрелковой бригады наступало около 40 танков противника. Двенадцать из них, подавив батарею 45-мм противотанковых пушек, двинулись на КП. Положение стало критическим. И тогда командир бригады полковник А. Е. Шаповалов использовал последний резерв, 4-ю роту СИТ. 56 собак бросились навстречу танкам. Это была первая атака роты СИТ в полном составе.Вот как записано в краткой исторической справке о боевых действиях бригады: «в это время через боевые порядки обороняющихся моряков промчались собаки — истребители танков. На их спинах был пристегнут заряд с толом и, точно антенна, торчал рычаг, от соприкосновения которого с днищем танка срабатывал взрыватель и взрывался тол.Танки взрывались один за другим. Поле покрылось шлейфами черного едкого дыма. Танковая атака приостановилась. Уцелевшие танки, вместе с сопровождавшей их пехотой начали отходить назад. Бой затих…».22 июля 1942 г. у села Султан-Салы, северо-западней Ростова, в полосе обороны 256-го сп 30-й Иркутской стрелковой дивизии (командир — полковник Б. Н. Аршинцев) сложилась чрезвычайная обстановка.В 11:30 — свыше 50 танков с автоматчиками стали наступать, огибая правый фланг 256-го сп. Атаки противника были отбиты.После неудавшейся атаки участок обороны полка подвергся яростной бомбардировке с воздуха — в налете участвовало до 60 самолетов противника.Решением командира 30-й сд для прикрытия правого фланга 256-го сп выбрасывается противотанковый резерв: противотанковые орудия и 3-я рота СИТ (отряд неизвестен) с задачей не допустить окружения дивизии в районе с. Султан-Салы. И как раз за сутки до этого, под селом Чалтырь, севернее села Красный Крым, собаки — истребители танков спасли положение. В критический момент боя по приказу командира 30-й сд командир 3-й роты СИТ капитан Иванга дал команду спустить с поводков 64 собаки — истребителя танков (ЦАМО. Ф. 1172. Оп. 1. Д. 12. Л. 9).В считанные минуты было подорвано 24 вражеских танка — уникальный, единственный в истории военного собаководства случай (цифра в документе поставлена карандашом). Проведенная противником танковая атака захлебнулась.Оставшись без собак, погибших под танками и скошенных немецкими пулеметами, вожатые 3-й роты СИТ продолжили бой с личным оружием. Своим залповым заградительным огнем из личного оружия они сумели в этом бою еще сбить и двухмоторный бомбардировщик противника. Это также единственный случай в истории военного собаководства. А всего фашисты потеряли только в полосе обороны 30-й сд до 80 танков и САУ, 40 автомашин, до 3500 солдат и офицеров (ЦАМО. Ф. 188. Оп. 1. Д. 1. Л. 15).Огромные потери были и у наших войск. Только потери моряков составили 7500 человек: убитыми, ранеными и пропавшими без вести.И последний штрих: в донской столице немецко-фашистские войска потеряли убитыми и ранеными более 2000 солдат и офицеров.Одновременно с наступлением на юге немецкие войска рвались к Волге, чтобы овладеть Сталинградом, чтобы тем самым лишить СССР южных путей сообщения с союзниками по антигитлеровской коалиции и нефтяными районами Кавказа. Наступление фашистских войск было мощным и стремительным. Они шли на Сталинград. И как шли! Казалось, нет силы, способной их остановить.62-я армия вступила в бой с надвигающимся противником. Это было началом оборонительного этапа Сталинградской битвы.

Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

Сталинградская битва

И здесь надо сказать об исторической правде, позволяющей вскрыть порой драматические и героические события Сталинградской битвы. Правда тех дней и месяцев заключалась в том, что советские войска, сражаясь на этом направлении, отступали. Сопротивляясь, борясь за каждую пядь земли, нанося подчас врагу серьезный урон… Но отступали.К середине июля 1942 г., отбросив наши войска за Дон, противник завязал боевые действия в большой излучине Дона. Необходимо было преградить немцам путь к Волге. Преобразовав Юго-Западный фронт, Ставка создает новые: Сталинградский и Юго-Восточный фронты. Командующим первого назначается генерал-лейтенант В. Н. Гордов, вторым — генерал-полковник А. И. Еременко. На подступах к Сталинграду развернулась подготовка оборонительных и укрепленных рубежей.17 августа 1942 г. передовые отряды 62-й армии, которой командовал генерал В. Я. Колпакчи, вступили в ожесточенные бои с передовыми частями противника в излучине Дона у реки Чир, пока еще на дальних подступах к Сталинграду. Началась битва за город.Главные силы 6-й армии Паулюса и 4-й танковой армии Гота нацелились на Сталинград. 21 августа танки Гота вклинились между 64-й и 57-й армиями на 15 км. Создалась угроза прорыва Гота с юга к городу.Командующий фронтом А. И. Еременко перебросил на угрожаемый участок четыре истребительных противотанковых артиллерийских полка и 56-ю танковую бригаду. Эти части помогли остановить наступление Гота, но их переброска ослабила оборону 62-й и 4-й танковой армий, в стык которых 6-й армия Паулюса приготовилась к наступлению на Сталинград с запада.Война вплотную подходила к Сталинграду, и решающая схватка не на жизнь, а на смерть уже началась. Враг собирался нанести сокрушительный удар по городу и нашим войскам.Несмотря на упорные и ожесточенные бои, остановить врага на дальних подступах к Сталинграду не удалось. Не считаясь ни с какими потерями, 23 августа 1942 г. противнику удалось прорвать оборону 62-й армии на участке Вертячий — Песковатка. В образовавшийся прорыв ринулись немецкие пехотные, моторизованные и танковые дивизии. Им удалось выйти к Волге севернее поселка Рынок. 62-й армия была отрезана от основных сил Сталинградского фронта, вследствие чего ее передали в состав Юго-Восточного фронта.Это был самый драматичный и трагичный день города: 23 августа немцы бросили на Сталинград армаду бомбардировщиков. За день было совершено 2000 вылетов. Огромный город, протянувшийся на 50 км вдоль Волги, был объят пламенем многочисленных пожаров. Горе и смерть вошли в тысячи семей. Огнем противовоздушной артиллерии было сбито 120 самолетов противника. Бомбардировка Сталинграда продолжалась до темноты, и город был превращен в руины.Утром 24 августа противник перешел в наступление на тракторный завод, но безуспешно. Началась многомесячная оборона города и бои за его освобождение.В числе защитников Сталинграда в составе 62-й армии был и 28-й отдельный отряд собак — истребителей танков под командованием старшего лейтенанта Кунина Анатолия Семеновича.Отряд прибыл на Сталинградский фронт 23 августа 1942 г. и поступил в оперативное подчинение 10-й сд внутренних войск НКВД (с. Заплавное). Именно воинам 10-й сд НКВД пришлось одним из первых вступить в неравный бой с прорвавшимися к городу немецкими войсками.Воины дивизии с мужеством и честью выполнили поставленную перед ними задачу: задержали рвавшегося к Сталинграду врага до подхода наших основных сил и средств.Весьма значительную роль в начальный период обороны Сталинграда сыграли четвероногие солдаты, собаки — истребители танков.В целях более полного и правильного использования «живой техники» отряд разбился на шесть отрядов, которые действовали с полками 10 сд. Каждый отряд состоял из 28 «живых мин».Из донесения штаба инженерных войск 33-й армии (входящий № 01882 от 18.10.1942 г.) начальнику инженерных войск Сталинградского фронта генерал-майору тов. Шестакову.«Отряды действовали:№ 1. Командир отряда старший лейтенант Брагоренко, 269-й полк, район аэродрома и Городищева, северо-западнее Сталинграда.№ 2. Командир отряда старший лейтенант Снапков — ВПУ, район Гумрак, северо-западнее Сталинграда.№ 3. Командир отряда младший лейтенант Резниченко — 282-й полк, районы — Рынок, СТЗ, северо-западнее Сталинграда.№ 4. Командир отряда младший лейтенант Мережкин — 270 полк, районы — советской больницы, кладбище, западнее Сталинграда.№ 5. Командир отряда лейтенант Копаница — 270-й полк, районы разъезда ж/д. на Воропаново, юго-восточнее Сталинграда.№ 6. Командир отряда старший сержант Крючков — 269-й полк, район скрещивания шоссейных дорог, идущих на СТЗ, западнее Сталинграда.14.09.1942 г. появилось большое скопление вражеских танков, район Ельшанка, отряд № 2 на ВПУ был направлен на рубеж В. Ельшанки для боевых действий совместно с 271-м полком.21.09.1942 г., когда появились вражеские танки в районе города Сталинграда и вокзала, отряд № 4, действующий там, был усилен за счет других отрядов и действовал в самом городе.Штаб отдельного отряда находился все время в наиболее напряженных местах танковых боев…».
Как свидетельствуют документы, впервые в битве за Сталинград СИТ были применены в августе 1942 г. на северных окраинах города, на участке обороны 282-го стрелкового полка 10-й сд НКВД.Вскоре 28-й ООСИТ был переподчинен 43-й отдельной инженерной бригаде специального назначения. Вот что писал ее командир полковник И. П. Корябко:«Личный состав отряда в боях с немецко-фашистскими захватчиками показал себя высокосознательным и понимающим свой долг перед Родиной. Во время боевых действий в отряде не было случаев проявления трусости или паники. Отдельные группы истребителей показали исключительное мужество и отвагу, так, например, 13.09.1942 г. в районе аэродрома г. Сталинграда на рубеж, который охраняла группа истребителей танков, возглавляемая старшим сержантом Федором Крючковым, шли немецкие танки.Истребители танков вожатые Алексей Кузякин, Алексей Кузьков, Николай Матвиенко и другие бойцы взвода старшего сержанта Ф. Е. Крючкова приняли бой, при этом уничтожили 13 вражеских танков.Вся группа истребителей пала смертью храбрых, выполнив долг перед Родиной. Посмертно все награждены орденом Красного Знамени».

15.09.1942 г. группа истребителей танков, возглавляемая младшим лейтенантом А. И. Варламовым, вела бои с превосходящими силами противника. Вся группа героически погибла, выполнив боевую задачу, но обороняемого рубежа не сдала, отразив три атаки противника и уничтожив шесть вражеских танков с десантом.Приказом по ЦВТШД КА № 298 от 21.10.1942 г. младший лейтенант Варламов Анатолий Иванович навечно зачислен в списки танковой роты школы. И пока существовала танковая рота школы, на вечерней поверке звучало звание, фамилия, имя и отчество Героя.В боях за город Сталинград 28-м ООСИТ уничтожено 42 танка, 2 бронемашины, 4 автомашины, 2 пулеметные огневые точки и 578 солдат и офицеров противника. С августа по октябрь 1942 г. из 214 человек и 202 собак отряда в живых осталось 54 человека и 54 четвероногих бойца. Если в начале формирований отдельных отрядов СИТ они включали четырехротный состав, то уже к июлю 1942 г. отряды были переведены на другой штат № 012/4 и двухротный состав. Это позволило увеличить количество собак и облегчить их управление. В боях за Сталинград в состав 28-го ООСИТ были включены расчеты противотанковых ружей по три-четыре на взвод СИТ.Известно, что в начале войны из-за недостатка противотанковой артиллерии и танков остро встал вопрос о быстрейшем вооружении нашей пехоты надежным средством борьбы с танками противника.Наша пехота не имела надежных противотанковых средств борьбы. Связкой ручных гранат можно было перебить гусеницу танка на коротком расстоянии. Имеющиеся на вооружении противотанковые ружья позволяли бороться с легкими танками противника.Справка

На вооружение Красной армии поступило сразу два варианта противотанковых ружей — системы С. Г. Симонова (ПТРС-41) и В. А. Дегтярева (ПТРД-41). Оба ружья имели бронепробиваемость: на расстоянии 100 м — 40 мм; на расстоянии 300 м — 35 мм; на расстоянии 500 м — 25 мм.Противотанковые ружья постоянно модернизировались и в дальнейшем повысили свою бронепробиваемость, дальность и меткость огня. Со временем, по мере усиления броневой защиты танка, эти средства оказались малоэффективными, но высокие тактико-технические характеристики позволили применять их до последних дней войны.
Командующий 62-й армии генерал-лейтенант В. И. Чуйков за стойкость и отвагу объявил всему личному составу 28-го ООСИТ благодарность. Из числа личного состава 47 человек были награждены правительственными наградами. Мужество, стойкость и боевое мастерство защитников волжской твердыни проявили воины-собаководы 28-го ООСИТ. Среди них:— старший лейтенант Братаренко Павел Григорьевич, командир роты, оборонял Мамаев курган, уничтожил своей группой вожатых СИТ 19 танков, погиб в Сталинграде.— младший лейтенант (фамилия неизвестна), командир группы СИТ, оборонял рубежи Сталинграда по реке Царица, уничтожил со своей группой более 25 танков, лично уничтожил танк.— вожатый СИТ Гуськов Яков Осипович, у станции Воропаново уничтожил собакой танк, погиб в Сталинграде, посмертно награжден орденом Красного Знамени;— заместитель командира роты СИТ по политической части Матвиенко Николай Иванович, лично уничтожил танк, его группа вожатых, оборонявшая Мамаев курган, уничтожила 13 танков в районе аэропорта. Посмертно награжден орденом Красного Знамени;— вожатый СИТ Кузякин Алексей Александрович, при обороне Мамаева кургана в районе аэропорта уничтожил танк. Награжден орденом Красного Знамени. Погиб во Львовской области, г. Сокаль;— вожатый СИТ Репников Егор Осипович, личной собакой уничтожил танк, в районе города гранатами и ружьем ПТР уничтожил три танка, награжден орденом Красного Знамени;— вожатый СИТ Фадин Василий Сергеевич, в районе северных скатов Мамаева кургана уничтожил танк противника, награжден орденом «Красная Звезда»;— вожатый СИТ, ефрейтор Полищук Василий Максимович, в районе северных скатов Мамаева кургана подкрался к группе танков и лично уничтожил один средний танк. Награжден орденом «Отечественная война» II степени;— заместитель командира 28-го ООСИТ по политической части Шиф Михаил Алексеевич, за руководство отрядом награжден орденом Красная Звезда;— командир 28-го ООСИТ, старший лейтенант Кунин Анатолий Семенович, за руководство отрядом в Сталинграде награжден орденом Красная Звезда. Убит под Харьковом.Эффективность и результативность применения военных собак была настолько очевидна, что решением Военного совета 28-й армии с 10.09. по 25.09.1942 г. была создана Школа младшего командного состава собаководства для нужд армии. В это время 28-я армия (3-го формирования) входила в состав Юго-Восточного фронта.30 сентября 1942 г. армия была включена в состав Сталинградского фронта, а Школа передана с 26.09.1942 г. в подчинение фронту, где она была в подчинении фронту до 30.09.1942 г., а затем передана в подчинение в состав Донского фронта.С 01.10. по 31.10.1942 г. Школа находилась в составе Донского фронта, а затем переформировывается и преобразовывается в 30-й отдельный отряд специальных служб. К сожалению, дальнейшая судьба отряда неизвестна и она ждет своих исследователей.Красная армия выдержала неоднократные вражеские штурмы Сталинграда. Она сохранила за собой важные оперативные и стратегические плацдармы для осуществления контрнаступления и разгрома всей группировки войск противника, все еще стремившейся захватить город на Волге.13 сентября Г. К. Жуков и А. М. Василевский докладывали Сталину план генерального контрнаступления Красной армии (операция «Уран») с целью разгрома фашистских войск и достижения коренного перелома в ходе войны в свою пользу.Нанесенный 19 ноября 1942 г. Красной армией большой силы удар был внезапен. Немцы не ожидали контрнаступления советских войск, тем более не видели даже признаков готовящейся операции «Уран». Уже на пятый день наступления наши передовые части двух фронтов соединились у населенного пункта Советский. Попытка помешать этому у противника успеха не имела. Окружение врага состоялось. В ходе грандиозной наступательной операции войск Красной армии под Сталинградом в окружение попали части сразу трех армий: германских — 6-й полевой и части 4-й танковой, а также 3-й румынской. В котле оказалось 22 дивизии и более 160 отдельных частей. Завершила Сталинградскую битву операция «Кольцо», имевшая целью полный разгром окруженного врага.10 января после мощной артиллерийской и авиационной подготовки войска Донского фронта перешли в наступление. А к исходу 26 января войска 21-й армии (командующий — генерал-лейтенант И. М. Чистяков) и 62-й армии (командующий — генерал-лейтенант В. И. Чуйков) соединились на Мамаевом кургане. Сколько раз он переходил из рук в руки, не может сказать никто. Его склоны политы кровью многих солдат, в том числе и военных-собаководов.Все закончилось 31 января 1943 г., когда командующий 6-й армией генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс сдался в плен. Двумя днями позже капитулировала северная группировка окруженных войск вермахта под командованием генерал-полковника Карла Штрекера.А 2 февраля Военный совет Донского фронта докладывал И. В. Сталину:«Выполняя ваш приказ, войска Донского фронта в 16:00 02.02.1943 г. закончили разгром и уничтожение окруженной Сталинградской группировки противника. В связи с полной ликвидацией войск противника боевые действия в городе Сталинграде и в районе Сталинграда прекращены».
Так завершилось великое дело разгрома немцев в районе Сталинграда.Позднее немецкий генерал Вестфаль писал:«Поражение под Сталинградом повергло в ужас как немецкий народ, так и его армию. Никогда прежде за всю историю Германии не было столь страшной гибели такого количества войск».
В своей книге «Воспоминания и размышления» маршал Советского Союза, четырежды Герой Советского Союза Г. К. Жуков писал:«Победа наших войск под Сталинградом ознаменовала собой начало коренного перелома в войне в пользу Советского Союза и начало массового изгнания вражеских войск с нашей территории. С этого времени советское командование полностью овладело стратегической инициативой и удерживало ее до самого окончания войны».

С такой оценкой нельзя не согласиться. В этом вопросе трудно сказать что-то новое, так как уже все сказано за прошедшие более чем 70 лет. Но понятно и видно, что сражение за Сталинград по размаху и его последствиям является величайшей битвой в истории нашего государства и что в ней достойное место занимают военные собаководы со своими четвероногими бойцами.Очень жаль, что у нас нет своего Сталинграда сейчас, и считаю, что в память о героической битве нужно вернуть городу Волгограду его прежнее название — Сталинград. В память о погибших, ведь это наша история и гордость.Красная армия, одержав под Сталинградом победу всемирно-исторического значения, захватив стратегическую инициативу, уже не выпускала ее из своих рук до конца войны и перешла к общему наступлению, положив начало полному изгнанию врага с захваченных им территорий советской земли.

Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

Курская битва

К лету 1943 г. почти на всех фронтах установилось относительное равновесие. На советско-германском фронте немцы готовились вернуть себе стратегическую инициативу. Для наших войск это лето также было решающим: или перелом, или повторятся кошмары лета 1941 и 1942 гг.Впервые обе стороны знали о планах своих противников. Были готовы немцы, были готовы и мы. Политическое и военное руководство фашистской Германии решило нанести удар по советским войскам в районе Курского выступа, где сосредоточились крупные силы.5 июля 1943 г. началось сражение, определившее весь ход войны. Немецкое командование поставило на карту все имеющиеся силы, перейдя в наступление против войск Центрального и Воронежского фронтов на Курской дуге.По своим масштабам, задействованным силам и средствам, напряженности, результатам боевых действий и военно-политическим последствиям Курская битва является одним из ключевых сражений в Великой Отечественной войне.В советской и российской военной историографии Курскую битву принято разделять на три части: Курскую оборонительную операцию (5–12 июля), Орловскую (12 июля — 18 августа) и Белгородско-Харьковскую (3–23 августа) наступательные.Немецкая сторона наступательную часть битвы назвала операцией «Цитадель». Оборонительное сражение под Курском являлось блестящим показателем возросшей мощи Красной армии и, в частности, нашей противотанковой обороны.Новинки немецкой танковой техники — тяжелые танки «Тигр» и самоходные установки «Фердинанд» — не явились неожиданностью для наших войск. Советское командование заблаговременно приняло меры по усилению противотанковой обороны, особенно на предполагаемых направлениях главного удара противника, и уделило достойное внимание обучению войск борьбе с тяжелыми танками и самоходными установками.

Справка

В 1943 г. Германия выпустила танки T-V «Пантера» и T-VI «Тигр». Броня танка T-V имела толщину лобовой части корпуса 80 мм, башни — 100 мм, бортов — до 80 мм. Их защитные свойства повышались благодаря конструктивному углу наклона лобовых листов до 45°. Одновременно у фашистов появилась самоходная артиллерийская установка «Фердинанд» с толщиной брони в лобовой части до 200 мм. Борьба прежними средствами с танками T-V T-VI и САУ «Фердинанд» стала затруднительной.(Бирюков Г. Ф., Мельников К. В. Борьба с танками. М., 1967. С. 42.)
Да, затруднительной для нашей артиллерии и танков, но не для собак-истребителей, так как днище оставалось слабым местом. Собаки успешно продолжали подрывать технику противника.Глубина противотанковой обороны под влиянием увеличения дальнобойности и мощи огневых средств, повышения ударной силы и темпов наступления танков противника непрерывна росла. Так, если глубина противотанковой обороны в 1941 г. составляла 3–5 км, то в 1942–1943 гг. она повысилась до 8–12 км, а на Курском выступе достигла 30–35 км.В ходе июльских боев на Курской дуге значительную роль в обеспечении разгрома немецких войск сыграло инженерное обеспечение, а также боевая рота подразделений военного собаководства, организационно входившая в его состав, а именно: созданные заранее подвижные отряды заграждения (ПОЗы), в которые входили подразделения СИТ.Для сравнения, например, при оборонительных операциях Воронежского фронта на один подорванный танк на переднем крае приходилось 350–400 противотанковых мин, а в глубине на каждый подорванный танк приходилось уже 120–150 мин. Такая разница в размерах потерь объясняется тем, что минирование в процессе отхода происходило на уже определившихся направлениях, в то время как на переднем крае значительная часть минных полей приходится на участки, где совершенно не действовали танки противника.Вот пример указаний об использовании инженерных противотанковых средств в оборонительном бою для борьбы с механизированными силами противника в июле 1943 г. на Северо-Западном фронте:«…собаки — истребители танков являются также эффективным средством.27 выпущенных собак уничтожили 15 танков… (Курская битва)…Учитывая этот опыт, приказываю:Моему заместителю — начальнику инженерных войск фронта создать две фронтовые группы маневра заграждениями в составе трех отрядов каждая.Состав отряда: одна рота инженерных заграждений, две батареи ИПТАП, один взвод роты ФОГ, одно отделение собак — истребителей танков и одно радиоотделение с двумя радиостанциями.Первую группу 178 ВИЗ 41 инжбр спецназначения с батареей 578 ИПТАП, взводом 5-й роты ФОГ, взводом собак-истребителей танков 36-го батальона — дислоцировать в районе Заостровье (34-я армия).Вторую группу 200 ВИЗ 41 инжбр спецназначения с батареей 552 ИПТАП, взводом 5-й роты ФОГ, одним взводом собак 36-го батальона СМИТ, одним радиоотделением (две радиостанции) — дислоцировать в районе Каменка (22-я армия).В период с 20.07. по 25.07.1943 г. провести во всех отрядах и группах заграждений тренировочное обучение по минированию направлений движения танков и отражения танковых атак.Командующий войсками СЗФ генерал-лейтенант Курочкин
Член Военного Совета СЗФ генерал-лейтенант Боков
Зам. начальника штаба СЗФ Генерал-майор Иголкин.
14 июля 1943 г.».
А вот что сообщал информационный лист № 3 начальника инженерных войск 6-й гвардейской армии:«Первый же день наступления стоил колоссальных потерь в технике и живой силе. Собаками — истребителями танков уничтожено 12 танков, средствами ПТР — 8 танков.Героически вели себя с первых же дней немецкого наступления саперные группы лейтенанта Лисицына и младшего лейтенанта Мухина из подразделения капитана Шишова.Саперы Лисицына в самый разгар боя находились в районе села Бутово на КП командира полка. Четыре раза ходили в атаку на них немцы, и все четыре раза саперы отбрасывали их с большими потерями.Тогда противник решил сломить их сопротивление танками. Группа средних немецких машин двинулась на саперов, но они не растерялись. У них были верные помощники, четвероногие „бойцы“ — собаки-истребители.Собак спустили с поводков, и они стремительно бросились под танки. Четыре взрыва потрясли воздух, четыре немецких танка вышли из строя. Кроме четырех танков, саперы Лисицина уничтожили в этом бою свыше 150 солдат и офицеров и отошли только после того, как немцы применили против них огнеметы.Другая группа младшего лейтенанта Мухина четыре часа вела ожесточенный бой с превосходящими силами противника, защищая КП командира 151-го гвардейского стрелкового полка подполковника Юдича.Немцы бросили на них до батальона пехоты, но саперы Мухина совместно с подразделениями охраны стойко сдерживали натиск врага. Всеми средствами вели огонь и отошли лишь по приказу командира дивизии, вынося на руках тело раненого командира полка подполковника Юдича.Свыше 100 гитлеровцев уничтожили бойцы группы Мухина в том неравном бою.Так дерутся отважные советские саперы, разя немецкую нечисть своими минными полями, огнем своих винтовок, автоматов, пулеметов и собак — истребителей танков».
Чтобы яснее разобраться, что представляли эти группы, какова их численность добавим, что это были взводы численностью 30–35 человек, вооруженные 20–25 собаками, 4 ПТР, 2 ручными пулеметами и личным оружием — автоматами.Характерно, и это хочется отметить, действия собак-истребителей танков в оборонительном бою — это использование их как подвижного противотанкового резерва для борьбы с танками противника, прорвавшими первую оборонительную линию нашей обороны. Так использовались СИТ в Курской битве в 52-й и 67-й гвардейских дивизиях. Причем приданный 6-й гвардейской армии Воронежского фронта 27-й ОБСМИТ (командир — капитан Шишов), вернее, его рота СИТ, распределялась:1-й взвод с 23 СИТ придавался 1253-му сп 375-й сд;2-й взвод с 14 СИТ придавался 151-му гв. сп 52 гв. сд;3-й взвод с 15 СИТ придавался 196-му гв. сп 67 гв. сд.Приданные полкам взводы СИТ находились, как правило, в составе подвижного противотанкового резерва командира полка. Они располагались на танкоопасных направлениях (вблизи районов артиллерийских противотанковых резервов) и имели задачу — решительными действиями уничтожить вражеские танки.При этом большое внимание уделялось оборудованию позиций для пуска животных. На расстоянии 50–100 м друг от друга для каждого воина и собаки отрывались отдельные ячейки-окопы глубиной до 1,5 м, которые соединялись с общей траншеей ходами сообщения. Для хранения взрывчатых веществ и бутылок с горючей жидкостью вблизи окопов сооружались погребки.Вожатые служебных собак вооружались автоматами и гранатометами. Кроме того, в каждом взводе имелось по нескольку противотанковых ружей и ручных пулеметов, которыми бойцы после пуска собак на цель уничтожали живую силу и боевую технику врага.Каждому воину-собаководу указывалась полоса шириной 100–200 м, в которой ему предстояло уничтожать фашистские танки. По сигналу командира отделения или старшего группы «Танки противника!», вожатые быстро надевали на спину собак вьюк со взрывчаткой 4–8 кг, вкладывали в замок вьюка упрощенный взрыватель с капсюлем-детонатором, открывали предохранительный крючок и, держа животное на поводке, подготавливали его к пуску.Когда танки приближались к нашей обороне на дистанцию 75–100 м, вожатый по приказу командира или самостоятельно отдавал собаке команду «Взять!», выдергивал боевую чеку и выпускал цель.Собаки безбоязненно устремлялись навстречу вражеским танкам и бросались под их днище. Мгновенно происходил сильный взрыв, и бронированные машины подрывались. Если экипажу танка удавалось выскочить из горящей машины, то вожатый служебной собаки забрасывал его гранатами или расстреливал из автомата.В этих же боях имел место случай неправильного использования СИТ, когда 1245-й сп 375-й сд в полном составе находился на передовой в районе высоты 211.6. Танки противника при прорыве нашей обороны в этом районе не пошли на высоту прямо, а обошли ее с запада и востока, благодаря чему вышли в тыл наших подразделений. Указанный выше взвод СИТ оказался вне поля действия танков противника. А отсутствие у командира полка подвижного резерва СИТ лишило его возможности прикрыть вовремя лощины, где прошли танки противника и своевременно отразить атаку их после того, как они прорвались через лощины.Таким образом, наличие у командира полка или дивизии, имеющего у себя приданных собак — истребителей танков, подвижного резерва, куда обязательно должны входить СИТ, в оборонительных боях обязательно. Эффективность этого подтверждена многими фактами, как и противоположное при их отступлении.О том, что СИТ представляют собой при умелом и правильном применении весьма грозное оружие, говорят следующие данные. По меткости и точности поражения танков противника собаки заняли одно из ведущих мест. Так, в отдельных подразделениях коэффициент поражаемости к числу израсходованных собак достигал 80% (27-й ОБСМИТ).Разрушительная сила СИТ также была весьма значительной, как правило, танк, подбитый собакой, совершенно выходил из строя, восстановлению не подлежал, о чем говорят многие боевые примеры. Уже отмечалось, что Курская битва стала местом результативного применения СИТ.6 июля 1943 г. на второй день Курской битвы, на Воронежском фронте в полосах обороны наших стрелковых дивизий, собаки подорвали три танка противника, остальные повернули назад.Всего в течение того дня подразделения СИТ подорвали 12 фашистских танков. На другом участке 20 машин, с ходу ведя огонь, устремились к высоте, оборонявшейся гвардейцами.Собаки, находясь в укрытии, чувствовали приближение танков и отчаянно скулили, рвались с поводков; когда до танков осталось не более 100 метров, отделение сержанта Горячева с поводков спустило семь собак. Они стремительно помчались навстречу танкам, и вскоре четыре взрыва сотрясли воздух. Собаки погибли как герои.Или другой пример. В мае месяце на Изюмском направлении красноармейцы под командой старшего лейтенанта Конькова остановили танковую атаку. В его группе были СИТ, и они взорвали 9 и 2 бронемашины.Генерал-полковник, Герой Советского Союза И. М. Чистяков в своей книге «Служим Отчизне» вспоминал:«В ночь на 8 июля нашей разведкой было установлено, что в районе Яковлево, Покровка, Красная Поляна сосредоточено до 500–600 танков и самоходных орудий, большое количество пехоты.… я, командующий артиллерией генерал Д. И. Турбин, и начальник инженерных войск генерал Е. И. Кулинич выехали на НП командира 23-го гвардейского стрелкового корпуса генерала П. П. Вахрамеева.Из доклада корпуса… что положение и тут создалось тяжелое. Начали изучать резерв. Что можно сюда направить.В эту тяжелую минуту начальник инженерных войск генерал Кулинич доложил:„… введу свой противотанковый резерв.… у меня есть подвижный противотанковый резерв в составе семидесяти шести собак“.… Действительно, у него есть подвижная рота обученных собак. Я их видел, они могут идти на танк.Я приказал генералу Кулиничу отправить роту собак в распоряжение 52-й гвардейской стрелковой дивизии.Через некоторое время слышу, звонит Трубину начальник артиллерии 52-й гвардейской стрелковой дивизии:— … собаки подбили 11 танков…— Все проверено. Собаки подбили 11 танков.— Ну, поздравляю тебя. Теперь ты артиллерист. Собачий артиллерист».(Чистяков И. М. Служим Отчизне. М., 1985. С. 139–143.)
В ходе боевых действий имели место случаи, когда подготовленные в инженерном отношении позиции СИТ оказывались разрушенными огнем артиллерии или авиации. Такое положение не смущало вожатых СИТ, и они использовали складки местности и другие укрытия для своей «живой техники».Так, 6 июля в полосе обороны 67-й гвардейской стрелковой дивизии противник массированным огнем и бомбовыми ударами разрушил несколько окопов-ячеек, где размещались бойцы со своими собаками.Но отважные воины Щербаков, Каменский и Михайлов сумели вывести животных и разместить их в придорожном кювете.Как только немецкие танки атаковали нашу пехоту и подошли на дистанцию 100 м, вожатые из кювета пустили своих собак. Три танка с развороченными днищами замерли на месте, а остальные повернули назад, поражаемые огнем артиллерии.Атака была сорвана. Когда же противнику удалось вклиниться в оборону частей дивизии на другом участке, туда на автомашине был спешно переброшен резерв подразделения СИТ, которым командовал младший сержант Бочаров. С прибытием в назначенный район Бочаров с ходу распределил полосу действий между бойцами и первым пустил собаку по кличке Джек на приближающийся танк. В 50 мх от наших стрелков вражеская машина была уничтожена.Такая же участь постигла и гитлеровского «Тигра», который вел огонь с места. После того как собаками было подорвано еще два танка, а три подбито из противотанковых ружей, немцы вынуждены были снизить темп наступления на данном участке. Так мужественные воины-вожатые служебных собак помогли стрелковым войскам отразить натиск врага.Только в течение 6 июля 1943 г. в полосе обороны 52-й и 67-й гвардейских сд подразделения СИТ подорвали 12, подбили из противотанковых ружей 6 фашистских танков и уничтожили до 400 гитлеровцев. Особенно отважно и смело действовали лейтенант Мухин, сержант Боровиков, рядовые Рябцов, Иващенко и другие.(Из материалов архива МО РФ. Ф. 236. Оп. 2845. Д. 222. Л. 5.)
Немного из истории противотанкового противоборства. С появлением на поле битвы танка сразу же встал вопрос: а как с ним бороться? Эту непростую задачу предложили решить разными путями. Коротко рассмотрим несколько предложений.Первое предложение — создание специальных противотанковых мин. Их со временем стало несколько: противогусеничная нажимная, противоднищевая наклонного действия, противобортовая с сейсмоинфракрасным датчиком цели и другие. Их предназначение видно из названия — уничтожить танк противника. Вместе с тем эти машины имели и существенные недостатки: они были пассивными и имели малую вероятность уничтожения танка.Так, противогусеничная нажимного действия мина имела диаметр всего 30–35 см, при этом должна была попасть под гусеницу танка, ширина которой меньше 50 см, и все это в полосе шириной меньше метра.Расчеты показывали, что единственным условием для их встречи было увеличение количества мин, тогда встреча более вероятна и интервал между минами должен быть не менее одного метра.Опытные саперы знают, что установка мин на таком близком расстоянии ведет, как правило, к детонации, взрыву соседней мины и так всех мин подряд. Поэтому в инженерных частях принято устанавливать мины значительно реже, на расстоянии где-то 4–6 м, но в несколько рядов.Вскоре пришла идея о создании подвижной мины. Так, попробовали, чтобы сапер подтягивал к себе с помощью веревки мину и старался при этом попасть ею под гусеницу. При определенной практике это удавалось. Вместе с тем данный способ имел и отрицательные моменты.В апреле 1942 года немцы начали применять подвижные мины на гусеничном ходу под названием «Голиаф». Заряд взрывчатки составлял 60 кг. До января 1944 г. немецкие фирмы выпустили их около 2650 штук, но быстро выяснилось, что «Голиаф» на поле боя весьма уязвим. Он легко выводился из строя простым стрелковым оружием, так как имел большие размеры, не говоря уже об артиллерийско-минометном огне.Вместе с тем надо отметить, что «Голиаф» действовал довольно успешно против фортификационных сооружений (ДЗОТы, ДОТы), но основное свое применение он нашел как средство доставки на минное поле противника удаленного заряда разминирования «Бангалорская торпеда».Вопрос с подвижными противотанковыми минами попытались решить с помощью собак-истребителей танков, что из этого получилось, мы видим в этой главе.Изучая опыт Великой Отечественной войны, Генеральный штаб Красной армии в своем сборнике № 1 в статье «Инженерное обеспечение июльской операции 1943 г. в борьбе за Курский выступ» обобщил опыт применения собак — истребителей танков.Опыт оборонительных операций Центрального и Воронежского фронтов подтвердил огромное значение минно-взрывных заграждений в ходе операции, говорится в статье.Для устройства минно-подрывных заграждений в ходе операции в войсках заранее создавались подвижные отряды заграждений (ПОЗ).В статье отмечено:«Собаки — истребители танков. Собаки являются весьма действенным средством по подрыву танков. Примером являются действия взвода таких собак в полосе обороны 196-го гвардейского стрелкового полка 67 гвардейской стрелковой дивизии (Воронежский фронт), где взвод в одном бою подорвал посредством собак 12 танков противника, на что было израсходовано 16 собак (4 собаки были убиты до подхода их к танкам).… собаки-истребители танков являются весьма реальным средством уничтожения живой силы и особенно боевой техники противника».(Архив Музея истории военного собаководства.)
Курская битва продолжалась 49 дней — с 5 июля по 23 августа 1943 г. Проведя ряд операций, наши войска прошли с боями на запад до 450 км. Враг понес большие потери в живой силе и боевой технике. После битвы на Курской дуге немцы до самого разгрома в Берлине вынуждены были вести стратегическую оборону.Как известно, в первые годы войны немецкая армия создавала превосходство над противником на главных направлениях, применяя массированный удар танков. Опыт первых месяцев ведения боевых действий показал, что разработанные в предвоенные годы теория и практика противотанковой обороны имели существенные недостатки.В книге «Борьба с танками» авторы прямо называют эти недостатки:«Наиболее слабой стороной противотанковой обороны было ее неглубокое построение при относительно равномерном распределении противотанковых средств по фронту и недостаточной их плотности».Вскоре был найден тот новый способ боевого применения нашей артиллерии, который позволил противопоставить массированному удару немецких танков.А создание крупных артиллерийских подразделений, противотанковых частей и соединений (полк — бригада) явилось важным этапом в развитии организованных форм и способов борьбы с танками противника.Так, если на 22 июня 1941 г. было 20 противотанковых полков РВГК с 1360 орудиями, то уже на 1 января 1944 г. их было 289 с 6692 орудиями.Такой рост был обусловлен огромным напряжением нашей промышленности в течение почти 2,5 лет, которая увеличила производство орудий в 1942 г. в 1,8 раз по сравнению с 1941 г., а в 1943 году — почти в 1,5 раза по сравнению с 1942 г.Начальник ЦВТШД КА генерал-майор Г. П. Медведев, подводя некоторые итоги работы подразделений СИТ в 1941–1943 гг., в своей статье «Опыт боевого применения военных собак» писал:«Опыт боевого использования собак-истребителей подтверждает, что в общей системе противотанковых средств борьбы собаки-истребители являются действенным и весьма эффективным средством борьбы с танками противника.Собака-истребитель может безотказно работать при условии поддержания систематической тренировки с пропуском ее под танк не реже одного раза в неделю».(Архив Музея истории военного собаководства, Бюллетень № 1, «Дрессировщик Красной армии», 1943 год.)

Разгром немецких войск на Курской дуге еще раз показал, что достигнутое превосходство над противником создает благоприятные условия для окончательной победы над врагом.На Курской дуге, на полях ее сражений, как показала практика, дралась с противником качественно новая Красная армия. Ее моральный дух был как никогда высок.

Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

В боях за Украину

В октябре 1943 г. по приказу Верховного главнокомандующего вооруженными силами СССР части Красной армии форсировали большую водную преграду — реку Днепр, где немцы рассчитывали задержать продвижение наших войск.Противник создал глубоко эшелонированную оборону города Запорожье, хорошо оборудованную в инженерном отношении. Началась кропотливая работа по подготовке к бою, войска готовилась к штурму.Взвод истребителей танков 2-го ОПСС, командир взвода — лейтенант С. Н. Голуб, 7 октября 1943 года у Хутора Н. в районе высоты 104,2 действовал как подвижный противотанковый резерв.В связи с замеченной активностью немцев и подтягиванием противника на участок обороны танков взвод был выдвинут на стык двух полков в районе высот 104,2 и 105,1 с задачей сорвать план немцев, пытавшихся произвести разведку боем.Примерно в 13:00 из-за высоты 105,1 появилась наступающая пехота противника, при поддержке двух САУ «Фердинанд». Пушки остановились на южных скатах высоты 105,1 и начали поддерживать огнем наступающую пехоту. Ввиду большой дальности до самоходок, около 1000 м, применение собак не представлялось возможным. Немецкая пехота при поддержке огня САУ начала продвигаться к нашим позициям. Ввиду создавшегося критического положения советская пехота отошла на запасные позиции.Взвод лейтенанта С. Н. Голуба, не имея приказа на отдых, подготовился к бою. Немцы шли, словно на параде, во весь рост, держа автоматы и винтовки наперевес.«Собаководы — стоять насмерть!» — передал по цепи командир взвода. В это время старший сержант Калугин обнаружил в траншее ручной пулемет, быстро установив неисправность, он подготовил его к бою. Дружно работали наши автоматы и пулеметы, ряды немцев заметно поредели. Вступили в бой наша артиллерия и минометы.Вторая попытка немцев ворваться в нашу траншею не имела успеха. Взвод истребителей в этом бою уничтожил до 50 немцев, потерь со своей стороны не имел.Особенно отличились в бою: ефрейтор Золотарев — спас жизнь командиру взвода, засыпанному землей при взрыве снаряда, кроме того, непрерывно поддерживал связь с КП полка. Ефрейтор Котляров — обеспечил под огнем противника бесперебойную доставку боеприпасов для взвода. Рядовой Землянухин — своим спокойствием и мужеством при отражении атак влиял на бойцов и вселял в них уверенность в победе. Взвод выполнил поставленную задачу. 14 октября наши войска освободили Запорожье, свою лепту в освобождение внесли и военные собаководы.22 октября взвод был выдвинут по приказу командира дивизии в боевые порядки пехоты. Вскоре около батальона пехоты при поддержке двух танков пошло в атаку на нашу оборону. Ввиду превосходящих сил противника подразделения находящиеся на левом фланге отошли на запасные позиции, взвод лейтенанта С. Н. Голуба попал в окружение. Танки, не дойдя до нашего переднего края, были подбиты артиллерией. Ефрейторы Мазуров и Сурин, находившиеся на левом фланге взвода, были окружены немцами. Гранатами и огнем из ППШ они уничтожили 21 фашиста и вышли из окружения.Взвод, находясь в окружении, уничтожил огнем из автоматов и гранатами до 105 немцев. При этом пали смертью храбрых: ефрейтор Спиридонов, не отступавший ни шагу назад, лично уничтоживший 12 немцев; ефрейтор Котляров и рядовой Корчагин — погибли во время доставки во взвод боеприпасов, будучи окруженными, они с честью выполнили свой солдатский долг перед Родиной, лично уничтожили до 15 фашистов.Подразделения СИТ в числе первых форсировали водную преграду через Днепр. В ночь на 05.10.1943 г. отделение сержанта Неверова в числе первых форсировало на лодках реку в районе с. Максимовка, в 20 км северо-западнее Кременчуга, с задачей — закрепиться на правом берегу Днепра и отражать танки противника в случае их появления.Далее подразделения СИТ были переданы в распоряжение штаба инженерных войск 1-го Украинского фронта и приданы 38-й армии, в составе которой отражали контратаки танков противника на киевском и житомирском направлениях.Вот данные о боевой работе 27-го ОБСМИТ за 1943 г., показывающие эффективность работы подразделений СИТ. Ротой СИТ этого батальона (командир батальона — капитан Шишов) подорвано и уничтожено танков противника: собаками — 21, ПТР — 4. Уничтожено солдат и офицеров противника свыше 450.Из 26 собак, израсходованных ротой, сработали — 21, остальные 5 собак были убиты противником на пути их следования к танкам противника.После Курского сражения немецкие войска, будучи крепко измотанными нашей армией, под ее непрерывными ударами отходили на запад, «сокращая» линию своей обороны.Вместе с наступающими частями шли и подразделения СИТ, используемые в данном виде боя только в качестве подвижного противотанкового резерва начальника инженерных войск армии или дивизионного инженера. СИТ использовались для прикрытия танкоопасных направлений на участках, где противник сосредотачивал свои танковые резервы и потрепанные части и переходил в контратаки.В связи с переходом 27-го ОБСМИТ из состава 6-й гвардейской армии в 4-й гвардейскую армию в своем приказе № 096 от 18.09.1943 г. начальник инженерных войск 6-й гвардейской армии, отмечая боевую работу батальона, писал:«…За время пребывания в составе 6-й гвардейской армии батальон показал отличные боевые образцы выполнения инженерно-оперативных заданий в сложной боевой обстановке.Действуя в составе инженерных войск 6-й гвардейской армии, в боях на богодуховском направлении батальон уничтожил собаками — истребителями танков и ПТР 15 танков противника.Все выполненные батальоном инженерные мероприятия и работы содействовали разгрому немецких оккупантов в июле 1943 г. на белгородском направлении и обеспечили наступательные действия армии в августе — сентябре 1943 года на томаровском и богодуховском направлениях. За отличное выполнение инженерно-оперативных заданий командиру 27-го ОБСМИТ капитану Шишову, заместителю командира по политической части капитану Каменскому и всему личному составу батальона — объявляю благодарность».
Самым печальным в работе истребителей танков является то, что подготовленная вожатым собака, этот настоящий четвероногий друг, разделявший так много тягот фронтовой жизни, в холодное время обогревавший вожатого, находясь вместе с ним в окопе, в снегу, в итоге при работе почти всегда погибает.Многие ветераны-собаководы, которым пришлось работать с собаками по этой службе, вспоминали, в каком напряжении и с каким рвением собака стремилась уйти под танк, даже не видя его, а слыша лишь рокот его мотора. Животное не знало и не могло знать дальнейших последствий своего «желания» попасть под танк, всегда шло и никогда больше не возвращалось, нанося смертельный удар вражескому танку. Гибли, таким образом, друг — собака — и вражеский экипаж вместе со своим танком.В этой связи вспоминается разговор, состоявшийся между автором книги и генерал-майором Г. П. Медведевым. На мой вопрос: «А трудно ли было посылать любимую собаку на смерть?», Григорий Пантелеймонович ответил: «Только настоящий собаковод поймет, как трудно дать команду „Взять!“ и послать свою любимую собаку на гибель. И только великая любовь к Родине и патриотический долг советского воина заставляли делать это».Думается, что эти слова красноречиво говорят сами за себя. Они же будут ответом всем злопыхателям и «знатокам» от собаководства, нападкам и глупостям, которыми наполнены, к сожалению, отдельные сайты Интернета о собаках-истребителях танков.Но не всегда собаки — истребители танков, выполнив поставленную задачу, погибали. Бывший командир батальона, ветеран военного собаководства, полковник в отставке С. К. Гаврилов вспоминал о таком случае:«Рядовой Василий Румянцев до службы в армии, куда он был призван в 1942 г., занимался в клубе служебного собаководства. По его настойчивой просьбе он был направлен в часть военного собаководства со своей овчаркой Сокол.В Сталинграде Румянцев попал в стрелковую роту, которая обороняла угловой дом на берегу Волги. Шел напряженный бой. Фашисты стремились во что бы то ни стало овладеть нашим опорным пунктом.Четыре подбитых фашистских танка застыли перед домом, но пятый, последний „Тигр“, упорно шел на смельчаков. Румянцев, раненный в ногу, бросил последнюю гранату, но танк продолжал двигаться вперед. И тогда по приказанию ротного боец приподнял на бруствер овчарку.Она без колебаний бросилась к танку. Фашисты заметили Сокола, когда он приблизился к ним метров на десять. Стрелок дал очередь из пулемета и пули просвистели поверху. Именно в этот момент рядом взорвалась фашистская мина. Один осколок как бритвой сразил крепление боевого вьюка собаки, и он упал на землю. Танк наехал на него. Раздался мощный взрыв.Гитлеровцы лишились последнего танка, Сокола взрывом отбросило в сторону. Очнувшись, собака со всех ног бросилась к своему вожатому. Так Сокол совершил свой первый подвиг, благодаря которому рота удержала важный опорный пункт».

Уже писалось, что в связи с тем, что противотанковая артиллерия получила свое дальнейшее развитие, ее стало больше, противотанковые заслоны стали более насыщенными, потребность в собаках — истребителях танков постепенно сошла на нет. Было принято решение переквалифицировать собак-истребителей танков в собак-миноискателей. Было это в 1943 г.Справка

Немцы, стремясь создать «непобедимый танк», в 1944 году выпускают сверхтяжелый танк «Тигр В» (королевский) с лобовой броней 140 мм и башенной до 180 мм. Но Красная Армия уже имела 100-мм полевую (противотанковую) пушку образца 1944 г. (БС-3), которая имела бронепробиваемость бронебойным снарядом по нормам: на дальность 500 м — 160 мм, а при дальности 1000 м — 150 мм.(Из книги Г. Ф. Бирюкова и Г. В. Мельникова «Борьба с танками». М., 1967. С. 43.)

Однако использование собак — истребителей танков по их прямому назначению редко встречается в 1941–1945 гг.Так, в боях в районе Музыкас Латвийской ССР 29–30 декабря 1944 г. на участке 65-го гвардейского сп взвод СИТ 1-го ОПДСС под командованием старшего лейтенанта Трегуба три раза отражал контратаку противника на высоте 110.1.Противник атаковал указанную высоту значительными силами пехоты при поддержке 12 танков. В этом бою вожатый Магаляс, подпустив к себе головной танк на 25 м, пущенной собакой уничтожил его. Два танка были подбиты другими противотанковыми средствами, вследствие чего атака захлебнулась и высота, имеющая важное стратегическое значение, была удержана взводом старшего лейтенанта Трегуба.Подразделения с собаками — истребителями танков разили врага до полного разгрома в его собственном логове и государствах, которые были оккупированы немецкими войсками.Так, во время боев 8 мая 1945 г. за деревню Привольное (Чехословакия) вожатыми 2-го ОПДСС Пановым и Дунниковым при помощи своих собак было уничтожено два средних танка. А в боях за деревню Мирков (Чехословакия) ефрейтором Пролошовым и сержантом Бочаровым во время контратаки противника собаками были выведены из строя два немецких танка типа «Тигр», остальные танки повернули обратно.Это было последнее применение собак — истребителей танков в Великой Отечественной войне.С переходом наших войск в наступление подразделения СИТ шли вместе с передовыми частями и неоднократно участвовали в отражении вражеских атак.Так, 04.08.1944 г. в районе Личачалс, Латвия, на участке 68-й гвардейской сд противник значительными силами предпринял атаку. В этом бою отличился взвод под командованием старшего лейтенанта Карамышева (10-й ОПДСС).Несмотря на сильный нажим немцев, взвод стойко отразил все атаки и удержал занимаемый рубеж, уничтожив при этом 25 немецких солдат и офицеров.И таких примеров можно привести много. Метким снайперским огнем, порой в рукопашном бою, личным оружием бойцы-истребители уничтожали живую силу врага, проявляя мужество и стойкость.

Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

О нормативах использования СИТ

Анализируя имеющиеся в архиве отчеты командиров отрядов СИТ, не говоря уж о командирах отдельных взводов и рот, заметно, что они не уделяли должного внимания нормативам использования СИТ. Поэтому при рассмотрении данного вопроса отправными данными, которые были применены для определения средних нормативов использования СИТ, послужили материалы 2-го отдельного Келецкого полка специальных служб, изложенные в «Инструкции по применению подразделений 2-го ОПСС и содержанию военно-служебных собак в войсках 3-й гвардейской армии», изданной штабом 3-й гвардейской армии в июне 1944 г., а также в других боевых документах полка, изданных позже в инструкциях, как наиболее показательных по данному вопросу.В пункте 11 Инструкции изложено:«Собаки — истребители танков должны отвечать следующим требованиям:
1) безотказно по команде „Взять!“ быстро двигаться к стоящему или движущемуся со скоростью 8–12 км/ч танку и пролезть под клиренс;
2) совершенно безразлично относиться к выстрелам, взрывам, крикам людей, световым сигналам и прочим элементам современного боя;
3) во время движения с вожатым не тянуть вперед, ложиться около него при перебежках и переползании с ним, спокойно ожидать вожатого в течение 15–20 мин. в положении „лежать“, подходить по первой команде подзыва и не лаять».
Кроме того, к этому стоит добавить, что скорость движения танка, под который должна пойти собака, может быть увеличенной. Практика боевого применения показала необходимость работы собак — истребителей танков под определенным углом, иногда доходившим до 25–35°.И, наконец, знание собакой только своего вожатого и недоверчивое, но незлобное отношение к посторонним должно исключить попадание собаки в чужие руки и обеспечить успешность боевой работы.Следует считать, что указанное дополняет требования, предъявляемые к СИТ, изложенные в инструкции.Касаясь боевого использования собак, Инструкция в пункте 1 отмечает:«Собаки — истребители танков являются одним из средств для подрыва танков противника в различных видах боя на расстоянии от 75 до 150 м от огневой точки».

В боевой практике были случаи подрыва танков собаками с более близкого расстояния, 25 м в 1-м отдельном полку специальных служб. Документы из других отрядов указывают расстояние 50–100 м. Таким образом, средний норматив, определяющий расстояние пуска собаки к движущемуся танку, должен составлять 50–100 м.Изменение этого расстояния возможно и зависит от конкретных условий, создавшихся на поле боя, а также скорости движения танков, характера местности, наличия на танках пехоты противника и другого. Как правило, следует сокращать дистанцию пуска собаки, чем мы уберегаем ее от поражения огневыми средствами.Указанные в Инструкции нормативы в 500–600 м по фронту и в глубину, которые занимает взвод в обороне, малы, так как сосредоточение огневых точек, вожатых с собаками ближе 50 м друг к другу допускать не рекомендуется ввиду возможной взаимной помехи в работе собак при их пуске.Собака при танковой атаке должна быть направленной только на «свой» танк, что при сильной скученности огневых точек будет затруднительно.При обороне огневых позиций истребительной и противотанковой артиллерии огневые точки собак — истребителей танков должны быть расположены не ближе, чем в 150 м от орудий, впереди них.И, наконец, продолжительность нахождения вожатых СИТ без смены на своих огневых точках, в зависимости от времени года, температуры воздуха и метеорологических условий, может быть доведена от 6 до 12 часов, с последующим предоставлением шести-восьмичасового отдыха.В целях поддержания работоспособности СИТ Инструкцией рекомендуется проводить через каждые 25–30 дней пребывания собак в частях 10-дневные тренировки на базе полка, отряда.Рекомендовано такие тренировки проводить чаще на месте и без отзыва подразделений из боевых частей, для чего использовать имеющиеся в распоряжении командира полка, отряда приданные танки.И, как показала практика, на месте, покрытом частым кустарником и высокими (до 30 см) посевами, а также при снеге глубиной в 30 см использование СИТ нецелесообразно.

Фрагмент книги Швабского Владимира Леонидовича
" Собака на воинской службе "

Заключение

Изучая материалы архивов об использовании собак — истребителей танков, их тактическом применении, можно отметить ряд положительных и отрицательных сторон, которые с особой силой проявили себя в самое сложное и трудное время войны.К числу положительных сторон следует отнести:1. Точность и надежность в поражении цели (танков, САУ и т. д.).2. Большая разрушительная сила, приводящая в полную непригодность пораженные танки.3. Малая уязвимость от огня противника.4. Быстрота и несложность в применении позволяет каждому мало-мальски знакомому с устройством вьюка и использованием собак работать с животными.К числу отрицательных сторон относятся:1. Относительная длительность в подготовке собак.2. Разовость применения.3. Слабая защищенность от пехоты противника.4. Слабая маневренность на оперативном пространстве.Делая общий вывод из вышепоказанного, можно отметить, что собаки — истребители танков в период Великой Отечественной войны, наряду с передовой техникой, как один из видов противотанковой обороны явились мощным подвижным огневым средством, в руках главным образом командиров полков, в борьбе с танками противника во всех видах боя и, прежде всего, в обороне и наступлении.Эффективность использования собак — истребителей танков во время войны зависела, прежде всего, от маневренности этих подразделений в целях своевременного ввода их в бой в местах, где противник применял значительные массы танков, а также от стремления командиров полков и подразделений использовать противотанковых собак.Являясь дополнительным средством противотанковой обороны, собаки — истребители танков в отдельных случаях самостоятельно решали поставленные перед ними задачи. Однако маневренный период на заключительном этапе войны, переход наших войск в наступление привели к тому, что эти подразделения противотанковой службы не могли быть с полной нагрузкой использованы в бою, а поэтому значительная часть подразделений СИТ была переподготовлена и использована в качестве собак-миноискателей.И еще об одном. Накопленный в Великую Отечественную войну опыт использования собак в качестве истребителей танков однозначно показал, что собака нуждается в постоянном и тесном контакте с человеком (собаководом), что животные могут эффективно работать только непосредственно под руководством вожатого. При этом решающую роль играет привязанность собаки к конкретному человеку, обладающему даром влияния на нее.В заключении хотелось бы отметить:В своей книге «Борьба с танками» ее авторы генерал-майор Г. Ф. Бирюков и полковник Г. В. Мельников писали:«Вооруженная борьба — это двухсторонний процесс, в котором состязаются в своем искусстве и своей эффективности люди и применяемые ими средства борьбы и средства защиты. Поэтому для достижения успеха в бою недостаточно овладеть лишь искусством применения средств борьбы с танками».

С ними нельзя не согласиться.В этой связи с появлением и внедрением новых бронемашин на поле боя назревает вопрос об изыскании новых средств и способов борьбы с ними. Их развитие и появление должно строго сочетаться с полученным предшествующим огромным практическим опытом в годы Великой Отечественной войны и в других горячих точках нашей земли. Нельзя «сбрасывать со счетов» и опыт подразделений собак — истребителей танков: как показала практика, этот опыт порой еще может быть востребован.Новое развитие средств и способов борьбы требует и резкого повышения морально-психологической, тактической, технической и физической подготовки личного состава армии.

Примечание автора

Краткий обзор составлен на основании имеющихся материалов 1-го и 2-го ОПДСС, 1-го армейского отряда, 7-го ООСИТ, 27-го ОБСМИТ, 28-го ООСИТ, а также материалов научного отдела и отделения по изучению опыта боевого применения собак и дрессировки ЦВТШД КА

.

Источникhttps://flibusta.club/b/599415/read

Сергей Леонидович Бобырь

Система военного собаководства в Великой Отечественной Войне 1941–1945 гг.

Исторический аспект

Противотанковая служба

Противотанковая служба собак была хорошо известна специалистам-кинологам задолго до войны. Уже в марте 1930 года в Ульяновской окружной школе Приволжского военного округа слушатель курсов подготовки Шошин предложил идею использования собак для подрыва танков. Другой слушатель разработал противотанковый заряд для собак. В 1931 году Н. Войлочниковым и Мозговым была начата дрессировка первых собак-истребителей танков.
Сущность противотанковой службы собак заключалась в следующем: животное, снаряженное противотанковым вьюком, пускалось с дистанции 75–150 м навстречу движущемуся танку противника. Приблизившись к машине, собака подныривала под днище. Практически мгновенно срабатывал взрыватель и происходил взрыв. К этому виду специальной службы привлекались физически здоровые животные, которым были присущи такие качества, как смелость, ловкость и умение быстро преодолевать различные препятствия. Использовался вкусопоощрительный метод дрессировки животного, заключавшийся в подкреплении условного раздражителя лакомством. Собаку сначала приучали принимать пищу в непосредственной близости от танка, стоящего на месте с выключенным двигателем, а затем ставили миску с едой под его днище. Вначале собака подводилась вожатым непосредственно к танку, потом она пускалась с некоторого расстояния, которое с каждым занятием постепенно увеличивалось. В дальнейшем пища заменялась кусочком лакомства.
Когда собака приобретала устойчивый навык пробегания под танк, стоящий на месте с выключенным двигателем, начиналось обучение при работающем двигателе, затем по движущейся цели. При этом скорость движения машин постепенно увеличивалась от 7–10 до 25–30 км/час.
Собаки-истребителя танков приучались к ношению противотанкового вьюка. Это была самая большая трудность в процессе их обучения: «они никак не хотели носить поклажу на спине, кувыркались, визжали, сбрасывали учебные мины. Многие собаки выбраковывались именно из-за нежелания нести вьюк».
В 1933 году собаки противотанковой службы стали очевидной необходимостью массового использования в борьбе с танками и другой бронированной техникой. Во время войны с японской армией на Халхин-Голе был сформирован и отправлен в действующую армию отряд под командованием начальника школы полковника Г. П. Медведева. В состав отряда входили 77 человек личного состава и 70 собак. Однако командующий группой комкором Г. К. Жуков, осведомленный об особенностях новой службы собак-истребителей танков, запретил их использовать, видимо, опасаясь, что собаки станут подрывать все танки, в том числе и советские. Но благодаря настойчивости и инициативе начальника Центральной военно-технической школы дрессировщиков Красной Армии полковника Г. П. Медведева в 1940 году на подмосковном полигоне в п. Нахабино наркому обороны маршалу С. К. Тимошенко была продемонстрирована работа собак-истребителей танков. Она получила очень высокую оценку.
В это время велась экспериментальная работа по подготовке собак к воздушно-десантной службе и для диверсионной деятельности. Первое испытание проводилось на аэродроме. Две собаки породы немецкая овчарка, сброшенные с 300 метров, после раскрытия коробов уверенно пошли на цель. Альма немедленно сбросила вьюк рядом с целью, Арго не сумел сбросить из-за неисправности механизма. На следующий день, сброшенные с той же высоты две овчарки, преодолев 400 метров по глубокому снегу за 35 секунд, сбросили взрывчатку на железнодорожное полотно. При этом они проявляли высокую сообразительность: у собаки Нелли после освобождения из короба вьюк упал на землю, но она подхватила его зубами и донесла до самолета. Руководитель испытаний, заместитель начальника Штаба военно-воздушных сил Красной Армии Лавров, в своем докладе, направленном 4 января 1935 года М. Н. Тухачевскому, Я. И. Алкснису и А. И. Егорову писал:
«Проведенные испытания показали пригодность программы подготовки собак …для выполнения следующих актов диверсионного порядка в тылу противника: подрывы отдельных участков железнодорожных мостов и железнодорожного полотна, разных сооружений, автобронетанковых средств и т. д.; поджоги строений, складов, хранилищ жидких горючих веществ, нефтяных приисков, железнодорожных станций, штабов и правительственных учреждений; отравлению при помощи сбрасывания устройств с отравляющими веществами водоемов; скота и местности, когда сама собака является источником заразы, возможное распространение эпидемий.
Полагал бы целесообразным …организовать в 1935 году школу Особого Назначения, доведя количество подготовленных людей до 500, а собак до 1000–1200…
В целях предварительной охраны наших объектов оборонного значения от диверсионных собак теперь же дать директивные указания приграничным военным округам уничтожать собак в любом месте их появления, особенно в районе аэродромов, складов, железнодорожных линий и бензохранилищ…».
В научной лаборатории проводились эксперименты в целях применения собак в службе в химической разведке — в качестве биологического индикатора для обнаружения применения противником отравляющих веществ.
Всего в предвоенные годы были отработаны методики подготовки собак по 11 видам службы, восемь из которых (противотанковая, минно-розыскная, санитарная, ездовая, караульная, сторожевая, связи и диверсионная) были успешно применены на фронтах Великой Отечественной войны.
Источник: https://flibusta.club/b/592009/read

Сергей Леонидович Бобырь

Система военного собаководства в Великой Отечественной Войне 1941–1945 гг.

Исторический аспект

Части и подразделения военного собаководства в боях против немецко-фашистских захватчиков

Использование собак в борьбе с танками противника

Использование собак в борьбе с танками противника началось в первые же дни войны. Н. Болдырева и А. Андрюшков в статье «Упряжки были нарасхват» в газете «Красная звезда» от 23.08.94 года пишут:
«Фронтовики свидетельствуют: первой в Великой Отечественной войне подорвала танк 27 июня 1941 года под Рогачевым дворняжка по кличке Ирма.»
Начало массового применения собак-истребителей танков связано с формированием отдельного батальона спецслужб (командир батальона капитан Новиков П.Г.). Батальон состоял из двух рот: роты собак противотанковой службы (командир лейтенант Некрутенко) и роты собак службы связи (командир старший лейтенант Шкенин). Батальон насчитывал 199 человек личного состава и 212 собак. 2 июля 1941 года он был отправлен в распоряжение командования Западного фронта.
В августе 1941 года на базе Центральной школы военного собаководства было сформировано 10 армейских отрядов собак истребителей танков. Отряды состояли из четырех рот по 126 собак в каждой.
Борьба с танками противника стала одной из основных проблем Красной Армии в первом периоде Великой Отечественной войны. Собаки противотанковой службы, имевшие некоторые преимущества перед артиллерийскими орудиями, стали одним из эффективных средств решения этой проблемы.
Применение собак-истребителей танков практически всегда представляло большую неожиданность для противника: позиции подразделений истребителей устраивались на небольшой удаленности от переднего края обороны наших войск и были тщательно замаскированы. Собака работала на короткой дистанции — 75–150 м и преодолевала ее достаточно быстро, со скоростью около 5 м/с. Кроме того, она представляла собой малозаметную цель, поэтому вовремя обнаружить ее и уничтожить, не допустив подрыва танка, было практически невозможно.
Необходимо также учесть, что собаки подрывали самые уязвимые места танков, днище и ходовую часть, сразу выводя их из строя. Чтобы добиться такого результата из артиллерийского орудия, требовалось 2–3 попадания снарядов, для чего необходимо было произвести пять-шесть выстрелов. Огневые позиции противотанковой артиллерии обнаруживались довольно скоро. Это давало танкам противника возможность вести ответный огонь.
Применение частями Красной Армии собак-истребителей танков производило большой психологический эффект и вынуждало командиров германских танковых частей и подразделений отказываться от атак на направлении, где использовались так называемые «подвижные мины».
Одной из серьезных задач, которую необходимо было решить военным собаководам, было приучение собак к элементам боевой обстановки (например, близким разрывам снарядов и мин). Боевой опыт показывал целесообразность проведения завершающего этапа обучения собак-истребителей танков непосредственно на фронте.
Содержание этого этапа можно рассмотреть на примере подразделений, действовавших под Курском летом 1943 года. В 15–20 км от переднего края выбирался участок местности, который бы соответствовал рельефу, где предусматривалось использование служебных собак. По условному сигналу учебные танки начинали «атаку», двигаясь со скоростью 7–10 км в час и ведя огонь с ходу или во время коротких остановок. Когда до машин оставалось не более 100–150 м, вожатый подавал команду, например, «Рекс, взять!» и посылал собаку. Животное устремлялось к танку. В это же время танкисты из десантного люка опускали для подбежавшей собаки кусок свежего мяса или другое лакомство. В процессе таких систематических тренировок служебные собаки постепенно переставали бояться лязга гусениц и выстрелов. Они смело бежали к танкам и подлезали под их днища.
Большое внимание уделялось оборудованию позиций для пуска животных. На расстоянии 50–10 м друг от друга для каждого воина и собаки отрывались отдельные ячейки-окопы глубиной до 1,5 м, которые соединялись с общей траншеей ходами сообщения. Для хранения взрывчатых веществ и бутылок с горючей жидкостью вблизи окопов сооружались погребки. В 5-м армейском отряде собак-истребителей танков (командир отряда — П. А. Заводчиков), действовавшем на Ленинградском фронте, при подготовке позиций окопы отрывались без брустверов, что способствовало лучшей маскировке и, следовательно, внезапному для противника применению собак.
Нецелесообразным считалось применение собак-истребителей танков в частом кустарнике или в посевах высотой до 30 см, а также при глубоком (30 и более сантиметров) снежном покрове. Это было связано с риском преждевременного срабатывания взрывателя противотанкового вьюка (в первом случае) или снижением скорости движения собаки, что делало ее уязвимой для огня противника.
Вожатые, кроме «подвижных мин», должны были иметь противотанковые гранаты и бутылки с зажигательной смесью, чтобы применить их для уничтожения танков и отсечения пехоты после использования собаки.
Каждому воину-собаководу указывалась полоса шириной 100–120 м, в которой ему предстояло уничтожать фашистские танки. При появлении танковых подразделений противника по сигналу командира отделения или старшего группы «Танки противника!» вожатые быстро надевали на спину собак взрывчатку, вкладывали в замок вьюка взрыватель, открывали предохранительный крючок и, держа животное на поводке, подготавливали его к пуску.
Когда танки приближались к позициям оборонявшихся частей на дистанцию 75–100 м, вожатый по приказу командира или самостоятельно подавал собаке команду «Взять», выдергивал боевую чеку и выпускал животное на цель. Собаки безбоязненно устремлялись навстречу вражеским танкам и бросались под их днища. Мгновенно происходил мощный взрыв, и бронированные машины подрывались. Если экипажу танка удавалось выскочить из горящей машины, то вожатый служебной собаки забрасывал его гранатами или расстреливал из автомата.
Правильная организация боевых действий подразделений собак-истребителей танков позволяла использовать их с максимальным эффектом. Особенно успешным можно считать их применение в битвах за Москву и Сталинград, а также в Курской битве.
В битве за Москву высокую оценку командиров стрелковых частей и соединений получили действия армейских истребительных отрядов под командованием майора К. А. Лебедева и капитана Н. И. Мусийченко.
В донесении полковника Акименко, командира 2-й гвардейской стрелковой дивизии, действовавшей в составе Брянского фронта от 14 октября 1941 года указывалось:
«Использование собак-истребителей танков в районе деревни Глухово 24.09.41 года дало отличные результаты: шестью собаками уничтожено 5 танков противника».
Свидетельством высокой оценки деятельности подразделений собак-истребителей танков служит донесение командующего 30-й армией генерал-лейтенанта Д. Д. Лелюшенко от 14 марта 1942 года на имя начальника Центральной военно-технической школы дрессировщиков Красной Армии генерал-майору Г. П. Медведеву. В нем, в частности, говорится:
«Практика применения в армии собак-истребителей танков 1-го отряда показала, что при наличии массированного применения противником танков противотанковые собаки являются неотъемлемой частью противотанковой обороны.
В период разгрома немцев под Москвой пущенные в атаку танки противника были обращены в бегство собаками истребительного отряда. Противник боится противотанковых собак и специально за ними охотится».
Эффективность использования собак-истребителей танков была оценена и гитлеровским командованием. 2 января 1942 года в действующую армию поступила памятка по борьбе с «русскими танковыми собаками», используемыми в Красной Армии. В ней было дано подробное описание устройства вьюка и взрывателя (заряд, механизм взрывателя и все детали замка). Памятка рекомендовала вести уничтожение русских противотанковых собак путем отстрела или любым другим доступным способом. А в последние месяцы войны, когда Красная Армия имела подавляющее превосходство в танках, немецкие части использовали для борьбы с ними специально подготовленных собак-истребителей танков. Об одном из таких эпизодов упоминается в статье К. Тараданкина «Бои на уничтожение противника», опубликованной в газете «Известия» 8 февраля 1945 года и рассказывающей о наступлении наших войск в Восточной Пруссии. Автор, в частности, пишет:
«На рубеже Вормдитт — Толькемит наши части отбили многочисленные контратаки, поддержанные танками. Здесь немцы использовали собак, к которым были привязаны противотанковые мины».
Применение собак-истребителей танков требовало от бойцов и командиров смелости, стойкости и большого мужества: бойцы с собаками, находясь на позициях боевого охранения, первыми встречали танки и пехоту противника. После уничтожения танка собакой, вожатый продолжал бой по уничтожению вражеских солдат. Убедительным подтверждением этого может служить выписка из книги приказов по 1-му армейскому истребительному отряду от 12 мая 1942 года:
«11 мая 1942 года в 15.00 противник с танками атаковал наши боевые порядки в районе Дубовик — Якимово. Два отделения взвода истребителей 4-й роты быстро заняли огневые позиции для встречи вражеских танков. У деревни Дубовик на огневую позицию отделения истребителей вышел головной танк противника с пятью фашистами позади.
Красноармеец В. Д. Клейменов с командиром отделения младшим сержантом Е. В. Чуркиным и собаками-истребителями выдвинулись для удара по танку сбоку. Красноармеец В. Д. Клейменов с 30 м пустил собаку, но последняя от танка отклонилась. Младший сержант Е. В. Чуркин, невзирая на смертельную опасность (чека из боевого замка была выдернута, малейшее колебание ударного механизма грозило взрывом), перенял собаку В. Д. Клейменова и направил ее под танк. Собака пошла, и фашистский танк вместе с экипажем был взорван.
В это время красноармеец В. Д. Клейменов бросил противотанковую гранату в следовавших за танком фашистов; четверо из них были убиты, пятого — ефрейтора — Клейменов живым взял в плен. Остальные танки дальнейшего боя не приняли и повернули обратно».
За этот подвиг младший сержант Е. В. Чуркин в мае 1942 года приказом Командующего Калининским фронтом был награжден орденом Красного Знамени.
В ходе боев под Москвой войсковые командиры учились умело и гибко использовать подразделения собак-истребителей танков в зависимости от быстро меняющейся боевой обстановки на участках фронта. В свою очередь подразделения противотанковых собак демонстрировали возможность работать в самых различных условиях. Примером разумного и необычного способа применения собак-истребителей танков может служить следующий боевой эпизод. 11 февраля 1942 года разведкой одного из полков 185 стрелковой дивизии, в составе которой была рота собак-истребителей танков 1-го Армейского отряда, были обнаружены 2 немецких танка. Хорошо замаскированные, стоявшие за окопами немцев, они вели непрерывный обстрел боевых порядков полка.
Вожатому, рядовому Чуркину Е. В., было приказано пробраться с собакой в боевые порядки противника и уничтожить вражеские танки. Воин, несмотря на сильный огонь противника, пробрался с собакой к немецким блиндажам, подкрался к танкам и с расстояния 15–20 м пустил собаку. Один из танков был взорван вместе с экипажем, второй прекратил огонь и скрылся в глубину обороны немцев в деревню Коношино. Успешное выполнение вожатым поставленной задачи позволили полку продвинуться вперед. За проявленные смелость и находчивость мужественный собаковод был награжден медалью «За отвагу».
Эффективность применения собак в борьбе с танками противника обусловила быстро растущий спрос на них в войсках, так как летом 1942 года противотанковая оборона Красной Армии по-прежнему нуждалась в дополнительных средствах усиления, а производство артиллерийских орудий в необходимых объемах не было налажено. К началу оборонительных боев за Сталинград укомплектованность артиллерийских частей фронта материальной частью была в среднем от 60 до 85 %. Недостаточным было и обеспечение их тягой, средствами связи и приборами разведки, что значительно осложняло маневр, управление огнем и особенно массирование огня.
В ходе Сталинградской битвы в июне — начале июля 1942 года в полосе обороны 38-й армии успешно действовал истребительный отряд под командованием старшего лейтенанта В. В. Шанцева, уничтоживший 21 танк, 14 автомашин, а также много живой силы противника. Об одном из боев, в котором участвовали бойцы указанного отряда, упоминалось в оперативной сводке Совинформбюро от 2 июля 1942 года:
«50 немецких танков пытались прорваться в расположение наших войск. 9 отважных истребителей из истребительного отряда старшего лейтенанта Шанцева подожгли 7 немецких танков».
В газете Юго-Западного фронта «Красная Армия» в статье «Величественный подвиг 9 бронебойщиков» обстоятельства боя были описаны подробно:
«На рассвете 1 июля 1942 года на участке, обороняемом группой вожатых-истребителей, возглавляемых старшим сержантом Буйминым, начал наступать противник большими силами. 9 отважных воинов вступили в бой с врагом. Силы были неравны, на их позиции шли 50 вражеских танков. Первый танк был уничтожен собакой, пущенной рядовым Романовым, вслед за ним пускают остальные. Охваченная пламенем, горит седьмая вражеская машина, но немцы, взбешенные упорством храбрецов, рвутся вперед. Многие из них пали смертью храбрых, но не отступили ни на шаг. Их подвиг, их имена войдут в списки героев и навечно останутся в нашей памяти».
В боях за Сталинград отличился также и личный состав 28-го отдельного отряда истребителей танков под командованием старшего лейтенанта Кунина, который действовал в полосе обороны 62-й армии и уничтожил 42 вражеских танка, 2 бронемашины, сотни солдат и офицеров. За стойкость и отвагу, проявленные отрядом в боях за Сталинград, командующий 62-й армией генерал армии В. И. Чуйков объявил благодарность всему личному отряду отряда, а 47 человек были награждены орденами и медалями.
Как и в битве под Москвой, использование собак-истребителей танков в Сталинградской битве производило большой психологический эффект в гитлеровских войсках. Он был настолько велик, что гитлеровские танкисты, столкнувшись с подразделениями военного собаководства, поворачивали назад. Однако собаки догоняли и подрывали уходящие танки. В этом отношении показателен рассказ ветерана-собаковода П. Воробьева об одном из боев на ближних подступах к городу:
«Фашисты рвались к Волге. И тут ожили наши окопы. Заговорили пулеметы. Раздалась команда:
— Пускай!
Пулей вылетела собака из окопа командира отделения. Бросилась к вражеским танкам. Не прошло и минуты — раздался страшный взрыв: танк буквально развалился на куски, далеко разлетевшиеся вокруг.
И в других окопах хорошо обученные собаки тоже рвутся, визжат, скулят. Но немецкие танки не принимают боя, уклоняются от схватки, увидев, что стало с передними машинами. Танки откатились к станции Воропаево, а потом попятилась и пехота, лишенная поддержки.
Не удалось фашистам напиться воды из Волги, атаку сорвали собаки.
Надо учитывать, что дело происходило утром, когда бой только разгорался. В танках был полный боекомплект, снаряды детонировали от взрыва подвижной мины. Собаки же были выдрессированы идти под брюхо танка, где толщина брони всего 12–13 мм».
Всего в ходе Сталинградской битвы подразделениями собак-истребителей танков было уничтожено 63 танка, 2 бронемашины, 14 автомашин и другая техника противника, а также большое количество немецких солдат и офицеров.
К 1943 году в Красной Армии были созданы все необходимые условия для успешной борьбы с танками противника. На вооружение частей поступали противотанковые орудия, отличавшиеся высокими тактико-техническими характеристиками, удобством в обращении и надежностью. Противотанковая оборона организовывалась до 30–35 км. Оперативная плотность противотанковой артиллерии составила 16–30 противотанковых орудий на 1 км. Это в значительной мере предрешило успех отражения наступления фашистских ударных группировок.
Вместе с тем, в систему противотанковой обороны наших войск в ходе Курской битвы по-прежнему входили части истребителей танков. Они способствовали отражению массированных атак противника с применением танков. Наиболее характерным в этом плане является использование 27-го отдельного отряда истребителей танков (командир отряда майор В. В. Шанцев), действовавшего в полосе обороны 6-й гвардейской армии на Обояньском направлении. Это направление было главным в наступлении гитлеровских войск на южном фасе Курского выступа. От исхода битвы на подступах к Обояни во многом зависел успех всей операции, осуществляемой войсками Воронежского фронта. Шестого июля сражение достигло максимального напряжения. Вспоминая об этом дне, генерал-лейтенант Н. К. Попель писал:
«Пожалуй, ни я, никто другой из наших командиров не видели зараз такого количества вражеских танков. Генерал-полковник Гот, командовавший 4-й танковой армией гитлеровцев, ставил на кон все. Против каждой нашей роты в 10 танков действовало 30–40 немецких. Гот отлично понимал, что, если он прорвется к Курску, любые потери будут оправданы, любые жертвы не напрасны».
Особенно напряженными были бои на берегах реки Ворсклы, где в полуокружении сражались 67-я и 52-я гвардейские дивизии 6-й гвардейской армии. Попытки противника завершить их окружение не увенчались успехом.
О действиях воинов 27-го отряда собак-истребителей танков, подразделения которого были приданы стрелковым полкам указанных выше дивизий, пишет военный историк, Герой Советского Союза, генерал-майор И. М. Сухомлин в статье «Служебные собаки на войне»:
«За сутки до начала битвы специально подготовленные взводы служебных собак были выведены в районы предстоявших боевых действий.
Даже в самых сложных условиях обстановки мужественные воины со своими четвероногими друзьями успешно выполняли возложенные на них задачи по истреблению вражеских машин.
Так, 6 июля в полосе обороны 67-й гвардейской стрелковой дивизии в районе села Бутово, где оборонялся 196 гвардейский стрелковый полк, противник массированным огнем и бомбовыми ударами разрушил несколько окопов-ячеек, где размещались бойцы роты капитана Лисицына со своими собаками. Но отважные воины Щербаков, Каменский и Михайлов сумели вывести животных и разместить их в придорожном кювете. Как только гитлеровские танки атаковали нашу пехоту и подошли на дистанцию 100 м, вожатые из кювета пустили своих собак. Три фашистских танка с развороченными днищами замерли на месте, а остальные повернули назад, поражаемые огнем противотанковой артиллерии. Атака была сорвана. Когда же противнику удалось вклиниться в оборону частей дивизии на другом участке, туда на автомашине спешно было направлено из резерва подразделение собак — истребителей танков, которым командовал младший сержант Бочаров. С прибытием в назначенный район Бочаров с ходу распределил полосу действий между бойцами и первым пустил собаку по кличке Джек на приближающийся танк. В 50 м от наших стрелков вражеская машина была уничтожена. Такая же участь постигла и гитлеровского „тигра“, который вел огонь с места. После того как собаками было подорвано еще два танка, а три было подбито из противотанковых ружей, немцы вынуждены были снизить темп наступления на этом участке. Так мужественные воины — вожатые служебных собак помогли стрелковым войскам отразить натиск наседавшего врага.
Только в течение 6 июля 1943 года в полосе обороны 52-й и 67-й гвардейских стрелковых дивизий подразделения собак-истребителей танков подорвали 12, подбили из противотанковых ружей 6 фашистских танков и уничтожили до 400 гитлеровцев. Особенно отважно и смело действовали младший лейтенант Мухин, сержант Боровиков, рядовые Рябцов, Иващенко и другие».
В октябре 1943 года отдельные отряды собак-истребителей танков были реорганизованы в отдельные батальоны собак-миноискателей и истребителей танков. Батальон насчитывал 188 человек и 158 собак спецслужб.
С середины 1943 года происходит снижение потребности армии в собаках-истребителях танков, так как использование собак для уничтожения танков противника в ходе наступления стало практически невозможным. К указанному времени в Красной Армии стали гораздо эффективнее решаться задачи по борьбе с танками противника. Имевшихся противотанковых средств было достаточно, чтобы успешно отражать массированные танковые атаки противника.
Вместе с тем, подразделения служебных собак с успехом использовались, когда германские войска пытались проводить контрудары с применением значительного количества танков и другой бронированной техники.
Показательна в этом отношении Житомирско-Бердичевская наступательная операция, начатая 24 декабря 1943 года. Когда головные соединения фронта подходили к Виннице, гитлеровское командование силами трех танковых и четырех пехотных дивизий нанесло контрудар в направлении Липовца. Войска 1-го Украинского фронта на этом участке вынуждены были прекратить наступление и принять меры для отражения удара. Завязались ожесточенные бои. По группировке немецких войск были нанесены массированные удары артиллерии и авиации и привлечен 27-й отдельный батальон собак-миноискателей и истребителей танков. В ходе боевых действий батальон подорвал 31 танк.
В этой же операции подразделения служебного собаководства привлекались также для уничтожения танков в колоннах гитлеровских войск при их отходе. Отступая из-под Житомира в конце декабря 1943 года, немцы стремились прорваться на северо-запад через Новоград-Волынский. На этом направлении в составе стрелковых соединений 60-й армии действовали подразделения собак — истребителей танков. Когда фашистская колонна вышла к городу, пехота и артиллерия открыли по ней уничтожающий огонь, а также были пущены служебные собаки. Бросив на дороге несколько подбитых и подорванных танков, враг в панике отошел.
В июле 1944 года в бою западнее города Луцка вожатые младший сержант И. Р. Бочаров и рядовой С. П. Проломов с помощью собак уничтожили два тяжелых «тигра». В этом же бою сержант П. Г. Зубков и ефрейтор М. Мунаверов уничтожили соответственно средний танк и самоходную пушку «Фердинанд».
В августе 1944 года гитлеровцы, пытаясь отвоевать плацдарм у реки Вислы недалеко от села Дорожка, применили психическую атаку при поддержке 7 танков. Однако личный состав роты истребителей танков, несмотря на потери 3 вожатых и 5 собак, сумел отбить эту атаку. Сержант П. Г. Зубков с помощью собаки по кличке Джульбарс подорвал головной танк. Остальные повернули назад.
Учитывая снижение потребности в боевом использовании по прямому назначению рот собак-истребителей танков, в полках спецслужб была организована подготовка вожатых по другим боевым специальностям, например, снайперов. В политдонесении начальнику политотдела 10-й гвардейской армии от 20 июля 1944 года указывается, что в апреле-июле в результате «охоты» на немцев «…уничтожено 213 человек. Рядовые Смирнов Василий Николаевич и Шевелев Василий Клавдиевич уничтожили по 50 немцев, в т. ч. расчет противотанковой пушки и два расчета станковых пулеметов, за что награждены орденами Славы 3-й степени.
Снайперы сержант Клейменов Василий Дмитриевич, рядовые Завьялов Михаил Григорьевич и Козлов Александр Степанович уничтожили по 20 фрицев».
Необходимо отметить, что нестандартное использование военными собаководами собак-истребителей танков в годы Великой Отечественной войны было обусловлено не только успешным решением проблемы борьбы с танками противника, но и боевой обстановкой, сложившейся на фронте. Особенно актуальным это было в тех случаях, когда бои принимали затяжной позиционный характер. Танковые атаки в этих условиях, как правило, не проводились и служба собак-истребителей танков становилась малопригодной, как это было, например, на Ленинградском фронте. Применяясь к обстановке, командиры и бойцы 5-го армейского истребительного отряда (командир П. А. Заводчиков) решили использовать собак в других целях. Собаки с противотанковыми вьюками, снабженными специальными взрывателями-антеннами, разработанными совместно с Ленинградским физико-техническим институтом АН СССР, готовились к посылке в расположение противника. В одном из боевых отчетов, направленных в Центральную школу военного собаководства, командир отряда П. А. Заводчиков писал о результатах этого сотрудничества:
«Первого февраля 1942 года комиссия приняла работу собак с высокой оценкой, и 22 февраля состоялись первые пуски собак в районе боевого охранения 14 сп 21 сд (угол шоссе Ленинград — Красное Село и железной дороги на Петергоф). Место было выбрано не случайно: немцы оборудовали там проход „для переходящих на сторону германской армии“. Были задействованы лучшие вожатые с собаками Смирнов и Рахманов с двумя собаками. У Рахманова пуски не получились, оба раз собака возвращалась к вожатому из-за обстрела немцами (один раз пуля попала прямо во взрыватель-ударник). У Смирнова, несмотря на обстрел, собака сумела проникнуть в немецкие траншеи, после чего произошел взрыв вьюка.
Эта работа вызвала интерес у командования полка. В дальнейшем из-за глубокого снега работа на этом участке была прекращена, однако 21 марта 1942 года был проведен еще один удачный запуск собак-подрывников. В результате немцы закрыли проходы».
Таким образом, части и подразделения собак-истребителей танков, входившие в систему противотанковой обороны Красной Армии, внесли весомый вклад в достижение победы над врагом. В Великой Отечественной войне ими уничтожено свыше 300 танков, штурмовых орудий и много другой боевой техники, вооружения и живой силы врага. Только за период 1941 — июнь 1944 года подразделениями военного собаководства было подбито 230 танков противника, отражено 18 танковых атак.
Таким образом, события военных лет и архивные документы свидетельствуют, что подразделения военного собаководства внесли значительный вклад в уничтожение танков и другой бронированной техники противника. Необходимо подчеркнуть, что основная часть танков противника была подбита в 1941–42 годах, когда Красная Армия особенно остро нуждалась в противотанковых средствах. Применение собак, имевших определённые преимущества перед другими противотанковыми средствами, производило большой психологический эффект на противника и вынуждало гитлеровское командование отказываться от использования танков в ходе наступления. Это резко повышало потребность данного вида «живого оружия» у войсковых командиров. Особенно в ходе сражений, где противник вел наступление, используя большое количество танков.
Со второй половины 1943 года в Красной Армии значительно возросли возможности противотанковой артиллерии, и потребность в использовании служебных собак для уничтожения танков значительно сократилась. Вместе с тем, с началом массового изгнания с советской земли гитлеровских оккупантов резко возрос объем работ по разминированию освобожденной территории. Все это привело к необходимости смены «профессии» значительного числа военных собак и преобразованию отрядов истребителей танков в отдельные батальоны собак-миноискателей.


Источник: https://flibusta.club/b/592009/read

История использования "четвероногих мин" во время войны
Ксения Бурменко
Российская газета. 07.08.2014 15:50

Собаки-камикадзе и собаки-смертницы, "живые мины", "анти-танки", противотанковые собаки - как их только не называют. Но официально они были "собаками - истребителями танков". СИТы. Мало кто знает, что в начале войны в Красной Армии были целые подразделения таких бойцов. Сегодня мы рассказываем о них - четвероногих героях одного боя.

Мина с доставкой
Вообще собак в Красной Армии применяли довольно широко. Развитие служебного собаководства в Советском Союзе связывают с именем кинолога Всеволода Языкова, дрессировщика, автора нескольких книг по теории дрессуры и использования собак в военных целях. Еще в 1919 году он обращался в штаб Красной Армии с предложением организовать "службу" четвероногих бойцов. Но Языкова "услышали" только через пять лет. Центральный учебно-опытный питомник школы военных и спортивных собак "Красная звезда" был создан в 1924 году. Сам Всеволод Языков был репрессирован и погиб в 1938 году, но дело его продолжало жить и развиваться. К началу войны школа готовила собак по 11 направлениям: ездовых и санитарных, связистов, миноискателей, диверсантов, разведчиков и других. В том числе и собак - истребителей танков.
Идея применять собак для уничтожения танков пришла в голову одному из слушателей школы, курсанту Шошину, в 1930 году. Дело в том, что с появлением любого нового вида оружия сразу же встает вопрос, как от этого оружия обороняться. С развитием бронетехники перед конструкторами встала задача: чем и как уничтожать танки? Общераспространенным было использование противогусеничных мин, но метод оказался неэффективным: расход мин и взрывчатки огромный, а вероятность, что танк наедет гусеницей на мину была крайне мала. Были и другие минусы.
Теоретикам военного дела в нескольких странах одновременно пришла в голову мысль, что мина должна быть подвижной. "Суть этой идеи состоит в том, что мина не должна дожидаться танка. Она сама должна искать его и уничтожать", - пишет в своей статье о подвижных минах военный историк Юрий Веремеев.

Задачу решали по-разному. Японцы использовали для этих целей солдат-смертников. Немцы создали подвижную мину на гусеничном ходу "Голиаф". В советской армии для доставки к танку взрывного устройства придумали применять собак.
Если курсанту Шошину принадлежит сама идея, то другой слушатель школы военных собак, Ниц, разработал противотанковый заряд для собаки. Первоначально на собаку навешивалось что-то вроде седла с поклажей - взрывчаткой. Позже, во время войны, это снаряжение трансформировалось в брезентовый бандаж с двумя сумками по бокам, в которые закладывался заряд. При этом торчал штырь-рычаг, соединенный со взрывателем нажимного действия - он срабатывал, когда собака залезала под танк и цепляла штырем днище. Танк поражался в самое уязвимое место, где не было брони, и не просто выводился из строя, а уничтожался.
В 1935 году после войсковых и полигонных испытаний собак - истребителей танков официально приняли на вооружение.
Чего боятся танки
В начале Великой Отечественной войны в Красной Армии в общей сложности "служило" более 60 тысяч собак, наряду со всеобщей мобилизацией был объявлен и призыв четвероногих друзей. "Собачьи" подразделения были сформированы по видам служб. Всего в советских войсках было создано 168 отдельных отрядов, батальонов и полков различных служб собаководства. В том числе и 13 батальонов СИТов, сформированных по принципу "одна собака плюс один проводник". В каждой роте было 55 - 65 "истребителей танков".
В СИТы брали в основном дворняжек. Дрессировка противотанковых собак требовала довольно длительного времени, до полугода до войны и до трех месяце после ее начала, и основывалась на "пищевых" инстинктах. На специальном полигоне собак приучали есть сначала рядом с танками, затем - под стоящим танком, при этом учебная техника оборудовалась специальными люками в днище, из которых подавалась еда. Потом - под танком с работающим двигателем. С каждым этапом подготовки задача усложнялась, пока, наконец, четвероногий боец не привыкал искать еду под движущейся и стреляющей машиной и не усваивал четко, что пища может быть только под танком.
Но собаки - как люди: у каждой свой характер, и не все "друзья человека" успешно проходили курс обучения, были и такие, кто не мог справиться со страхом, трусил, скулил. Разумеется, все прекрасно понимали, что собака готовится для одного-единственного боя. Сейчас защитники прав животных наверняка протестовали бы против подобного использования дворняг, но тогда об этом не думали. Люди гибли не сотнями и даже не тысячами - миллионами, что уж говорить о собаках.
Но все-таки нередко проводники оплакивали своих погибших четвероногих друзей. Сохранились свидетельства, что так было, например, после боя 22 июля 1942 года у села Султан-Салы, северо-западнее Ростова-на-Дону, когда в тыл 30-й иркутской дивизии наступали полсотни немецких танков и полк мотопехоты. По приказу комдива Бориса Аршинцева с поводков спустили 64 противотанковые собаки, они сразу же подбили 24 танка - непревзойденный за всю войну результат. Но вожатые остались без питомцев.
Четвероногая смерть
Противотанковые собаки массово использовались в основном в первый период Великой Отечественной войны, в 1941 - 1942 годах. Из одного текста в другой, посвященный истории служебного собаководства, кочует цифра в 300 танков, которые уничтожили СИТы. Но достоверных и точных данных нет. В книге "Борьба с танками" Бирюкова и Мельникова приводятся сведения, что в период активных боевых действий в 1941 - 1942 году с помощью собак было подбито и уничтожено 192 танка противника, отбито 18 танковых атак.
Противотанковых собак применяли в сражениях за Москву и Воронеж, в Сталинградской и Курской битвах, на Миус-фронте. Широко цитируется фраза из донесения командующего 30-й армией генерал-лейтенанта Лелюшенко от 14 марта 1942 года: "В период разгрома немцев под Москвой пущенные в атаку танки противника были обращены в бегство собаками истребительного батальона. Противник боится противотанковых собак и специально за ними охотится", правда, среди исследователей есть мнение, что эта цитата - сфабрикована.
Тем не менее, известно немало случаев, когда именно применение подразделений СИТов решало исход боя. Например, критическое положение сложилось 21 июля 1942 года у села Чалтырь под Ростовом. На позиции 68-й отдельной морской стрелковой бригады наступало около 40 танков. Двенадцать из них, подавив батарею 45-миллиметровых противотанковых пушек, двинулись на командный пункт. Положение стало критическим. И тогда на танки спустили 56 собак. Атаку удалось остановить.
Особенно хорошо противотанковые собаки зарекомендовали себя в боях в условиях города. Специалисты объясняют это тем, что в уличном бою, среди большого количества завалов, четвероногие солдаты имели много возможностей укрыться, а затем возникнуть перед противником внезапно, когда у того уже не оставалось времени на "ответные действия".
Среди подразделений с собаками, участвовавших в Сталинградском сражении, был 28-й отдельный отряд собак - истребителей танков в составе 10-й дивизии НКВД, защищавшей центр города. Отрядом командовал старший лейтенант Анатолий Кунин.
- Кунин со своими собаками всегда находился в самых опасных участках боев, - рассказывает исследователь Александр Слободянюк. - 15 сентября 1942 года под его личным руководством с применением специально подготовленных собак - истребителей танков в районе кладбища и разъезда Воропоново было уничтожено шесть вражеских танков и 30 автоматчиков противника. Всего в сентябре - октябре 1942 года отряд под его командованием уничтожил 32 танка противника и истребил свыше роты автоматчиков врага, а в целом за время Сталинградской битвы - 42 танка, две бронемашины, четыре автомашины с пехотой и боеприпасами, почти 500 вражеских солдат и офицеров.
Но и потери отряда были велики. Только за первые три месяца битвы, с августа по октябрь 1942 года, отряд потерял три четверти своего состава: из 202 собак и их вожатых осталось лишь 54 "пары". За бои в Сталинграде всему личному составу отряда командующий 62-й армией генерал Чуйков объявил благодарность, 47 воинов были награждены орденами и медалями. Анатолий Кунин получил орден Красной Звезды. Всего же в Сталинграде СИТы подорвали 63 танка.
В некоторых источниках указывается, что немцы настолько боялись собак-истребителей, что перестреляли всех животных в Сталинграде. Косвенно это подтверждает тема "миненхунд" в немецких мемуарах, где не однажды упоминается, что, "познакомившись" с "живыми минами", немцы предпочитали расстреливать всех собак в прифронтовой полосе.
Безымянные герои
Разумеется, противник пытался принять меры против "анти-танков". В одной из директив советского Генштаба по итогам применения собак противотанковой службы говорилось: "Немецкое командование, опасаясь советских собак-истребителей танков, распространило в своих войсках инструкцию по борьбе с русскими танковыми собаками".
Основной мерой против СИТов стало оснащение противником своих танков металлической сеткой-тралом с шипами, которая препятствовала проникновению собаки под днище. Но эта практика не получила широкого распространения, так как сетка мешала движению самого танка, особенно по мягкому грунту, цеплялась за кусты, забивалась мусором. Кроме того, советские кинологи быстро сориентировались и научили собак подлезать под танк сзади.
Интересен эпизод, со стороны противника подтверждающий эффективное использование противотанковых собак. Вот как описывает столкновение с СИТами известный немецкий писатель-историк Карел Пауль в книге "Гитлер идет на восток":
"...но двумя днями позже 18-й танковой дивизии генерала Неринга повезло меньше. Танки подавили советские позиции в поле и противотанковые укрепления на восточной окраине Карачева. Части мотопехоты ворвались в город. 9-я рота 18-го танкового полка проложила себе путь к северным предместьям и вышла на кукурузное поле. Наступающие заставили замолчать еще несколько противотанковых пушек. Противник больше не стрелял.
Командиры танков ждали в башнях. Только что прозвучал приказ ротного:
- Все ко мне, встать справа. Остановиться. Глушить моторы.
Захлопали открывающиеся люки. В этот момент танкисты увидели двух бегущих по полю овчарок с "седлами" на спине.
- Что это у них там на спинах? - в удивлении проговорил радист.
- Я думаю, сумки с донесениями. Или это санитарные собаки, - предположил стрелок.
Первая собака поднырнула прямо под головной танк. Вспышка, приглушенный грохот, фонтаны грязи, клубы пыли, яркое пламя.
Унтер-офицер Фогель первым понял, что происходит.
- Собака! - закричал он. - Собака!
Стрелок выхватил P-08 "Парабеллум" и выстрелил во вторую собаку. Промахнулся. Выстрелил снова. И опять мимо. Из танка № 914 дали автоматную очередь. Животное, словно споткнувшись, перелетело через голову.
Когда люди подошли к овчарке, она еще дышала. Пистолетная пуля положила конец страданиям собаки".
Потери среди четвероногих бойцов никто не считал. Не сохранились даже их клички. Однако уже в наше время, в 2010 году на площади Чекистов в Волгограде был установлен памятник противотанковым собакам - тем самым собакам старшего лейтенанта Анатолия Кунина, которые во время величайшего сражения Великой Отечественной так впечатлили генерала Чуйкова. А вместе с ними - и всем четвероногим питомцам, отдавшим свои жизни за Победу.


Источник: https://rg.ru/2014/08/07/sity-site.html


Собаки на фронтах Великой Отечественной

Светлана Дмитриевна Гладыш

Глава 5 Халхин-Гол и финские мины

В центральной школе жизнь идет своим чередом: сконструирован первый образец противогаза для собак. Работу с противотанковыми собаками в ульяновской окружной школе, которой руководил выпускник центральной школы Григорий Пантелеймонович Медведев, переносят в центральную школу. Начали готовить собак связи и голубей-связистов. Выходит книга «Учебник младшего командира по голубеводству» Орлова. Издано первое руководство по использованию военно-служебных собак в Красной армии. Авторы — Ю. А. Фролов, В. Г. Медведев, Н. А. Ильин и К. К. Голиков. 12 февраля 1935 года начальником школы стал майор Григорий Пантелеймонович Медведев. Человек-легенда. С его именем связано не только развитие центральной школы, военного собаководства, но и любительского служебного собаководства всей страны. Профессионал высокого класса, Григорий Пантелеймонович после окончания высших курсов командного состава служил инспектором службы собак в Красной армии при главном управлении связи РККА. Словно кто-то свыше распорядился, чтобы на это место в нужное время пришел именно этот человек — знающий, любящий и уважающий собаку как товарища «и в труде и в бою». 1 мая центральная школа впервые участвует в параде на Красной площади — великолепная кавалькада военных на велосипедах с собаками. Заботливые курсанты придумали специальные ящики, которые крепились на раме перед рулем, куда с большим удовольствием запрыгивали собаки. Через два месяца Григорий Пантелеймонович дал старт велопробегу с собаками по маршруту Москва — Ленинград — Москва. Не рядовые, а десять офицеров командного состава школы во главе с ее начальником отправились в путь протяженностью 1500 километров. Цель — уточнить повышенные нормативы нагрузки собак и выносливость различных пород на дальних маршрутах. Здесь уже собаки шли или рысили (но тех, кто устал, «подвозили» на велосипедах). Маршрут одолели за 67 часов 20 минут (ходовых) — собачки оказались на высоте! Пробеги, переходы, испытания собак, оборудования, снаряжения и другие мероприятия для командования центральной школы — проверка готовности личного состава. Тесно становится такому мощному научно-практическому военному подразделению. И школа переезжает. Сегодня Терлецкие пруды — любимое место прогулок москвичей, жителей Ивановского. До войны здесь был поселок Новогиреево, где и выросли новые корпуса школы. В главном корпусе разместились учебные классы, кафедры. Великолепный учебный полигон раскинулся на огромной площади, удобные вольеры для собак, конюшни — все по тому времени современное. В Кусково остались научный отдел и племенной питомник. Создается и успешно работает экспериментальное подразделение по разработке и внедрению различных служб собаководства, под началом ст. лейтенанта Мазовера. Новые возможности позволяют расширить программу подготовки различных служб, в частности, собак-истребителей танков. Из ульяновской окружной школы, которой в начале тридцатых руководил Медведев, работа с противотанковыми собаками перешла в Новогиреево. Еще в марте 1935 года проведены испытания в Кубинке. И появилась инструкция по тактике применения противотанковых собак, а 25 мая 1939 года успешно прошли полигонные испытания противотанкового вьюка и замка к нему. Вьюк приняли на вооружение. Первое боевое крещение центральная школа приняла на Халхин-Голе. Страна знала, что рано или поздно придется воевать — слишком многим не давало покоя существование Советского Союза. Все решало время — «успеть бы…» Готовились и военные специалисты службы собак. Кроме традиционных профессий, у четвероногих солдат появились новые, не известные мировой военной практике. Война впервые постучала к соседям летом тридцать девятого вторжением японцев на территорию Монголии у реки Халхин-Гол. На Дальний Восток (в соответствии с договором между СССР и Монголией) для участия в боевых операциях прибыли две роты специального назначения под командованием начальника центральной школы полковника Григория Пантелеймоновича Медведева. Семьдесят семь человек и семьдесят собак. Командующий 1-й армейской группой Красной армии дальневосточного военного округа Георгий Константинович Жуков, тогда еще генерал, внимательно выслушал доклад Медведева. — Собаки связи. Отлично. Сторожевые, понятно. Истребители танков? Что-то новенькое. Ну-ка, полковник, подробно изложите. Выслушал, не перебивая. — Попридержим мы ваших танкистов, не пришло еще время их показывать. А остальные пусть воюют. Первую проверку на умение организовать работу в боевых условиях командиры прошли на отлично, собаки связи и сторожевые работали надежно. За выполнение заданий командование наградило участников операции на Халхин-Голе: полковника Г. П. Медведева, капитанов П. Г. Новикова, А. М. Морозова, К. К. Голикова, А. М. Нестерова и С. Шварца. И ко всему прочему, 28 вожатых и 38 собак, включая одного из командиров, остались в 1-й армейской группе. Вот так! Сорок первый и сорок второй показали, насколько дальновидным оказалось решение генерала Жукова. В декабре началась финская кампания. Эта называемая финнами «Зимняя война» имела свою особую предысторию. В 1917 году Финляндии, не имевшей до 1918 года своей государственности, была дарована независимость. «Благодарность» не заставила себя ждать. Уже в 1918 году некоторые горячие головы в Финляндии собирались ликвидировать Петроград как столицу России и превратить его вместе с пригородами в вольный город, наподобие Данцига, а через год Маннергейм вновь собрался завоевать Петроград. Некоторые политики видели Великую Финляндию аж до Енисея. Вообще Финляндия вела необъявленную войну против России, подкрепляя свои намерения вооруженными походами в приграничные районы нашей страны. В середине тридцатых годов Маннергейм побывал в Германии, и по данным советской разведки там было достигнуто соглашение об использовании Финляндии как базы для флота и ВВС Германии в войне против СССР. А летом 1939 года Финляндию посетил начальник генштаба германской армии Гальдер.

Словом, у Советского Союза были реальные основания опасаться угрозы со стороны Финляндии. По заданию Генерального штаба РККА сформирована и отправлена в действующую армию под командованием полковника Н. Н. Мищенко рота нартовых упряжек и взвод собак связи. Личного состава — 34 человека, ездовых собак — 31, и 18 собак-связистов. На Кандалакшинском фронте действовал взвод ездовых упряжек, им командовал майор Всеволод Георгиевич Голубев. Этот взвод был придан штурмовым отрядам. А в феврале 15-я армия получает сводный батальон, две роты ездовых и связных собак под командованием майора Сергея Константиновича Гаврилова. Военком батальона — комиссар Н. Д. Валериус, ротами командовали капитан Николай Иванович Муйсиченко и старший лейтенант Федор Михайлович Лужков. Упряжки собак использовались для подвоза на передний край боеприпасов, продовольствия, снаряжения, а с переднего края эвакуировали раненых бойцов и командиров до медсанбата. В условиях суровой и снежной зимы 1939–1940 годов в отсутствии дорог в лесистой местности невозможно было использовать автотранспорт. Ад зимней войны — минус 40 °C. Бездорожье, леса не позволяли проехать машинам, очень сложно было передвигаться даже на лошадях. И тут замечательно показали себя собачьи упряжки, они оказались эффективным и надежным средством эвакуации раненых с переднего края. Санитарные носилки, укрепленные специальной установкой на лыжах, не причиняли раненому беспокойства, упряжка плавно двигалась по снегу. Ездовые упряжки собак оказались единственно возможным средством эвакуации раненых из подразделений, оказавшихся отрезанными от своих частей. Группа в составе взвода 10–12 упряжек из роты Мусийченко неоднократно в ночное время в сопровождении проводников проникала через передний край в расположение отрезанного подразделения, доставляя им продовольствие и медикаменты, и снова с наступлением темноты возвращались с ранеными в расположение своих войск. Трудный и опасный маршрут эвакуации раненых из окружения составил 15 километров. Герой Советского Союза Михаил Сипович, участник финской кампании, вспоминал: «С каким пренебрежением относился я в мирное время к этому виду связи, теперь мне становится стыдно. Четвероногие связисты работали безотказно. Получив донесение, собака посмотрит на тебя жалобным взглядом и поскорее поползет под огнем, прижимаясь к земле». Отношение к собаке, которое воспитывалось с первых дней обучения, трогательно проявилось на фронте. Солдаты берегли своих четвероногих товарищей, растирали замерзшие подушечки на лапах, делились вкусненьким из своего пайка (хотя собак довольствием не обижали). Им посвящали стихи.



Источник: https://coollib.net/b/473453/read


Собаки на фронтах Великой Отечественной

Светлана Дмитриевна Гладыш

Глава 6 Военная собака

— Запомните: задача военной собаки — облегчить службу бойца, часто жертвуя собой, и охранять народное достояние от врагов, — учил Акишин. И Дина запоминала и не догадывалась, как скоро это станет ее повседневной жизнью. Она старательно записывала: «Учитывая тяжесть работы для собаки в службе связи, необходимо выбирать для этой цели собак крепких, выносливых, обладающих здоровым сердцем и легкими, хорошим чутьем, зрением, слухом, незлобных, высотой в холке 55–65 сантиметров». Собаки специализировались на эстафетной службе, подноске патронов, размотке кабеля и на подвозке. Вначале усваивалась связь движения с командой «Пост». Вначале посты создавались видимые, постепенно увеличивая расстояние. При переходе на невидимые к ошейнику пристегивалась сумка для донесений. От 5 минут и более собака должна была отдохнуть. Потом собаку приучали к вьюку с грузом и без груза. Расстояние 2–3 километра. А это что такое? Собаки-истребители танков. Команда «Танк!». — Собаки атакуют в лоб или под углом 45°… несут на себе 4–6 килограммов взрывчатки на спине в спец-вьюке с двумя боковыми карманами… замок с деревянным рычагом взрывчатого приспособления направлен косо вверх с лежащей наверху коробки толевой шашки, в которую вставлен капсюль-воспламенитель. При подходе собаки под танк рычаг зацепляет на клиренс, отталкивает назад и втягивает чеку упрощенного взрывателя. Ударник освобождается, разбивает капсюль и производит в действие воспламеняющий заряд. Она записывала за Акишиным и искренне надеялась, что по-настоящему, взаправду ей этим заниматься не придется. «Я просто не смогу». Она училась взахлеб. Здесь и на актерском отделении харьковского театрального училища. Хорошо, все рядом. Собаки на Сумской, 15; училище — на Сумской, 34. В доме 34 своя атмосфера, здесь изучают историю театра, внимая Алексею Васильевичу Плетневу, осваивают с Людмилой Ивановной Гай танец и ритмику. Кумир украинского театра Иван Алексеевич Марьяненко учит актерскому мастерству. Портфель Дины, распухший от учебников, едва застегивается. Она таскает его сутками. Днем — курсы, вечером — спектакль в театре, в ночную смену — завод. Однажды на курсах, сражаясь с проклятым замком, она упустила крышку, портфель раскрылся. На пол с грохотом шлепнулась «Работа актера над собой». — Что случилось, Волкац? — Немцов дорожил каждой минутой и не любил, когда нарушался ритм занятий. Балагур и кинолог от бога Пашка-связист объяснил: — А Динка своего Бибу по системе Станиславского воспитывает. Этим самым, как его, лучеиспусканием. И заржал. — Представь себе! — огрызнулась Дина, поднимая книгу. — Шут гороховый. Не любознательный ты, Паша. Она действительно пыталась применить к Файнгару метод общения актеров через передачу мысли глазами. Если один человек — живой организм — способен передать информацию другому, то почему он не может передать это собаке? Вот у Станиславского: «общайтесь только с живым объектом, действительно существующим в жизни, действительно стоящим рядом с вами и действительно желающим воспринимать от вас ваши чувства». Собака — живой, обладающий интеллектом и памятью организм. Надо попробовать. И она попробовала, переписав из Станиславского главу «Общение» к себе в тетрадку от слова до слова. Файнгар желал общаться. Вскоре он выучился понимать ее взгляд. Собственно говоря, они и раньше, как это принято говорить, «понимали друг друга без лишних слов». Сейчас она экспериментировала сознательно, пыталась передавать свои чувства и желания, вырабатывая «ту невидимую связь между объектами, которая создает невидимую сцепку». На фронте она не устанет благословлять Станиславского: общение «по глазам» здорово поможет ей, особенно когда она станет готовить собак-миноискателей, а потом — диверсантов. Дина с отличием закончила курсы, получила диплом инструктора служебного собаководства и военный билет, ей присвоено звание командир запаса. В графе «гражданская специальность» записано — актриса. Дина оставила завод и стала работать штатным инструктором клуба. Старшим инструктором. Отбирала самых способных собак для всесоюзного XV смотра служебного собаководства ОСОАВИАХИМ. В Москву поехали пятеро — трое участников и двое запасных. Команду Харькова в 1940 году представляли: связь — Джильда с Запороженко, санитарный розыск — Нора с Белозеровым и сторожевую — Курт с Кисличенко. И тут же — I Всесоюзный смотр детских театров, и Дина Волкац участвует в спектаклях «Ивасик-телесик» и «Русалка». Друзья-осоавиахимовцы давно считали ее настоящей актрисой и само собой человеком, вхожим в любой театр. — Дина, у тебя билетика нет? — спрашивали в клубе.



Источник: https://coollib.net/b/473453/read


Собаки на фронтах Великой Отечественной

Светлана Дмитриевна Гладыш

Южный фронт

Глава 7 Малиновка


Когда-нибудь после войны поставят памятник погибшим на фронте собакам-истребителям танков. Елена Ржевская, «Ближние подступы»

9-й отдельный армейский отряд собак-истребителей танков обосновался в Малиновке — той самой знаменитой Малиновке, где гремела веселая свадьба. — С прибытием, товарищ старший инструктор, — приветствовал ее Акишин. Обнялись. — Идите, Дина, получайте обмундирование. Потом разберемся. В сарайчике, наполненном чудным ароматом сена, рассыпанного на полу, ей выдали брюки, гимнастерку, кальсоны, сапоги и портянки. Старшина, вручая вещички городской фифе, как он мысленно окрестил нового воентехника, посочувствовал девчонке: «Откуда ей знать, куда портянки накручивать? Засмеют». Однако был немало удивлен и порадовался, увидев Дину в полной форме при одном кубарике в петлицах, легкой походкой направляющуюся в сторону штаба. Премудрости обернуть ноги, причем на время, ее, как и всех курсантов, выучили еще в Харькове. Пройдет совсем немного времени, и на фронте «городская фифа» научит некоторых деревенских мужиков управляться с портянками, «чтобы оно на ноге сидело и из сапога не вылезало». И как многому пришлось выучиваться ей самой! Да поначалу каждую минуту. Акишин придирчиво оглядел враз изменившуюся ученицу. — Пошли знакомиться с остальными командирами. В армии руки в карманах не носят, — обронил вскользь негромко. Дина остановилась, не в силах на ходу любоваться тем, что ее окружало. Много лет спустя она напишет: «Сосновый лес, с просеками, прогалинами и полянами, сухой, здоровый, ароматный, был отдан в пользование отряду. Великолепные красочные поляны с одиноко стоящими деревьями почти столетие назад приворожили фантазию и душу солдатского сына Илюши Репина, который стал красой и гордостью российского искусства. А по опушкам — смена им: новорожденные сосенки-детки с прическами на пять растрепанных хвоинок… Лагерь размещен красиво и удобно. В больших постройках — казармы для бойцов, есть общежития для комсостава, клуб, у каждой службы — свой домик. Собаки живут в самой густой части леса. У каждой — свой отдельный домик-будка. Вся жизнь отряда, учеба и работа прикрыты пологом сосновых крон от крайне нежелательных взглядов с неба». Замечание Федора Степановича прозвучало совсем не строго и тем более не обидно, однако Дина мгновенно поняла: наступила другая жизнь. А знакомились весело и приятно, тем более что многих она знала не один год по ОСОАВИАХИМу или курсам. Например, Петя Волкотруб, командир 3-й роты. С Петром Спиридоновичем они вместе дойдут до Германии. Или с распахнутой к ней навстречу улыбкой Дмитрий Иванович, Дима Борзаков, начальник питомника. Рядом — деликатный Моисей Борисович Рафалович, военврач 3 ранга, начальник санитарной службы. А для харьковских курсантов — доцент ИЭМ, многому их научивший. С некоторыми она точно встречалась в Харькове, но не помнила имен. А вот командиры-танкисты — люди новые, для нее, во всяком случае. Виктор Григорьевич Ельцов (тяжелые танки) «всего-то на пять лет меня постарше», как отметила Дина про себя. А вот легкими командует Меер Герш Киренберг. Слава богу, уже 33 года! Ей тогда казалось, что он «человек в возрасте». Перезнакомившись с командирами, а позже — с личным составом, она с ужасом отметила, что она, старший инструктор, гораздо моложе почти всех, кого ей придется учить. Есть от чего запаниковать, но… это не в ее правилах. Наступил день принятия военной присяги. «Я, гражданин Союза Советских Социалистических республик, вступая в ряды рабоче-крестьянской Красной армии…» — слова, звучавшие вслух, она произносила сердцем. Клятва «быть честным, храбрым, дисциплинированным бойцом» и быть всегда готовым «выступить на защиту Родины» — эта клятва и была именно тем, что составляло на сегодняшний день, на каждую секунду сущность ее бытия. Целование знамени отряда (ему предстоит пройти от Чугуева до Дилижана, сохраненным в котлах Барвенково и Белой Калитвы). А пока предстояла ежедневная работа, подготовка к завтрашним боям. Мало пришить кубарик к петлице и называться старшим инструктором по специальной подготовке. Ты здесь не единственный командир. Ко всему прочему — женщина. Берись и доказывай делом, что все, чему учишь, умеешь делать лучше мужиков. Иначе — грош цена личному авторитету, который на фронте требуется не для умиротворения собственной персоны, а для успешного обучения делу. Люди приходили в отряд разные: одни подготовлены лучше, другие — неважно. Только до этого командиру отряда не было дела: поручено тебе, товарищ воентехник, натаскать человека на противотанковую службу — выполняй. Строевых собак поначалу было достаточно, 504. Вожатых — 398. Помогают в обучении собак боевые танки, несколько взводов легких и тяжелых танков разных марок. А водители — боевой народ, временно присланы в отряд. Прошел финскую кампанию младший воентехник Борис Ефимович Хабенский; украшает гимнастерку старшины Сколоты новенький орден «Красного Знамени». Танкисты впервые услышали и увидели, что есть такая служба — собаки-истребители танков. Как и минно-розыскная. Эти направления считались секретными и не упоминались даже в основных положениях по военному собаководству, где перечислялись виды применения военно-служебных собак. Танкисты с увлечением включились в процесс обучения. Неожиданно Хабенский спросил: «А фашисты имеют таких собак?» Этого не знал никто. На стене учебки висел плакат: «Помни, что вожатый — это боец-истребитель танков, а его собака — средство для уничтожения танков врага». Косматые и с гладкой шерстью, остроухие и с висячими «лопухами», шустрые и не очень — будущие «средства уничтожения» играли с людьми, не представляя, к чему готовят их те, кто кормит, чешет, перевязывает пораненную лапу. Да и в сознании людей пока не укладывалось, что их четвероногие помощники — смертники. С ними играли, их ласкали, к ним успевали привыкнуть, как к своим собственным собакам. Хвалились: мой Жучок, моя Тайга, мой Рыжик. Собак прислали осоавиахимовцы, со всей страны отправляли в армию своих воспитанников собаководы-любители. Четвероногие, прибывшие в Чугуев, где их встречали на станции бойцы из отряда, не понимали, что происходит. Остались где-то далеко дом, любимые хозяева, а какие-то незнакомые люди вытаскивают их из вагонов. Правда, все доброжелательные, не обижаются, даже если пытаешься чужую руку цапнуть. Были и те, кто вел себя достойно и независимо. Дина вспоминала: «Она эффектно заявила о себе, когда, не торопясь, спустилась вниз по деревянному настилу из сумрака дверей товарного вагона, переступила напряженными передними лапами с растопыренными пальцами, припав на них, плавно потянулась, с хрустом растягивая залежавшуюся спину. Наморщившись, задрался черный, глянцевитый, влажный нос, и полный набор ослепительных молодых зубов приветствовал встречавших аппетитным, затяжным зевком. Легко стряхнула с серой шубки приставшие соломинки подстилки, вся подтянулась. Раскосые с веселой искоркою карие глаза, окинув всех и оценив, остановились на фигуре рослого бойца, протянувшего руку взять ее поводок. Без колебаний и сомнений, подняв длинный пушистый хвост, она уверенно пошла с ним навстречу новой жизни. За привлекательную внешность, легкость и простоту поведения всеобщая симпатия была подарена ей сразу. Они шагали к машине. Собака несколько опережала человека, кокетливо наклоняла голову к плечу, вглядываясь в загорелое, кругловатое лицо бойца с обветренными губами и шелушащимся носом, выгоревшими бровями и спокойными серыми глазами. Животное как бы старалось понять, что в этом, совершенно не похожем на хозяина человеке внушает ей полное доверие. Они еще не знали, что их ждут совместные учеба и работа, а в будущем они составят боевую пару». Но до этой долгожданной минуты пришлось попотеть. Первое время осложняло обучение и то, что далеко не все бойцы раньше имели дело с собаками. «Основные положения по военному собаководству» указывают, что «в подразделения военного собаководства должны отбираться бойцы, имеющие склонность к работе с собаками и любящие животных». Летом сорок первого такой возможности не было. И приходилось приучать людей к обращению с «живой техникой». Одни просто боялись собак, другие искренне удивлялись, что «они, оказывается, соображают». Однако потребовалось не так уж много времени, чтобы самые брезгливые, вычищая своего четвероногого напарника, ласково приговаривали: «теперь другой сторонкой повернись, Жучок». Или, забирая миску после утренней кормежки, нахваливали: «умница, Тайга, миску можно и не мыть». Среди них — людей и собак — Дина высматривала самых способных, самых целеустремленных. Владимир Зинченко раньше к собакам «никак не относился», но будучи исполнительным и добросовестным бойцом, сумел наладить хороший контакт с доставшейся ему напарницей — серебристой с пушистым хвостом Змейкой. А потом случилась беда: во время тренировки благополучно нырнувшая под танк Змейка осталась лежать на песке, а танк, пофыркивая, ушел вперед. Зинченко бросился к безжизненному тельцу, бережно приподняв, взял на руки и понесся в ветеринарную часть: «Нервный шок. Все остальное в полном порядке. До утра полежит у меня». Действительно, на следующий день Змейка как ни в чем ни бывало приветствовала Владимира звонким лаем и танцами вокруг напарника. Взяв собаку на поводок, Зинченко направился на полигон, но едва Змейка услышала шум мотора, она плотно прижала ушки к голове и, поджав хвост, судорожно потянула Зинченко к ветеринарной части. Так продолжалось недели две и стало ясно: собака настолько травмирована, что в ближайшее время нуждается в покое, пока сможет вновь вернуться к работе. Если вообще сможет. Шло время. Зинченко работал уже с другой собакой, но упросил командира оставить за собой и Змейку. По правилам, ее следовало выбраковать (война!), но Владимир был уверен, что собака вернется в строй. «А пока я возьму ее на свое довольствие, нам хватит». Дина поддержала Зинченко, интуиция подсказывала — парень прав. И поздней осенью Змейка снова пошла под танк! В отряд прислали пятерых пограничников на должности инструкторов. — В ваше распоряжение, воентехник Волкац, — приказал Акишин. — Срок — месяц. Выполняйте. Выбрали собак, отправились на полигон. Его делили с 10-м отрядом СИТ, тоже харьковского комплектования. Танк. Неподвижный и неприступный. — Подведите собаку, дайте ознакомиться. Собакам запах бензина, масла и прочей гадости категорически не нравился. Они чихали и отворачивали носы. Зато под брюхом, куда заглянул любопытный Жучок, оказался вкусный кусочек. Подобная игра собакам понравилась. Дальше следовало приучить собак проползать между гусениц, для этого прорывали ложбинку. — Пускаете собаку. Команда «Вперед». С другого конца — помощник с лакомством. Справились с этим заданием. Параллельно Дина объясняла, как устроен вьюк, как его надевать и куда закладывать взрывчатку (пока ее роль исполнял песок). — Теперь работаем с включенным двигателем… Шум мотора понравился не всем. Тайга, серенькая лаечка, поначалу отказалась нырять под танк. А рыжий дворянин на звук не прореагировал. Через две недели собаки проскакивали под танком уже с вьюками и под грохот орудий и взрыв пакетов. Проблемы начались, когда пришлось пускать собак под медленно движущийся танк. Одна категорически отказалась. Пришлось заменить. В положенное время пятеро бывших пограничников сделались вполне профессиональными инструкторами. И все бы ничего, так откуда не возьмись — чумка. Скверная болячка косила личный состав четвероногих солдат налево и направо, наповал. В занятиях начался разнобой: собаки погибали, на их место приходили новые, которых следовало заново учить. А немцы шли на Харьков. Акишин собрал командиров: «Командование Харьковского военного округа выделило железнодорожный состав, с которым мы можем эвакуировать семьи в глубокий тыл». Со скандалом Дина все же уговорила маму уехать.



Источник: https://coollib.net/b/473453/read


Собаки на фронтах Великой Отечественной

Светлана Дмитриевна Гладыш

Глава 8 Москва. 1941. Октябрь — декабрь

Москва держалась. Операция «Тайфун» набирала обороты, но постоянно наталкивалась на отчаянное сопротивление советских бойцов. До последней живой капли крови сражались защитники Москвы, до последнего дыхания удерживали каждый рубеж на подступах к столице. Рассчитывать на помощь союзников не приходилось: Сталин направил второе послание Черчиллю с предложением открыть второй фронт уже в этом году, чтобы «оттянуть от восточного фронта 30–40 немецких дивизий». И Черчилль вновь отказал. С 13 октября бои на всех направлениях к столице приняли ожесточенный характер. 13 октября советские войска оставили Калугу, 17 октября — Калинин, 18 октября в руках гитлеровцев оказались Малоярославец и Можайск. Столица переходит на осадное положение.
«ПОСТАНОВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ОБОРОНЫ Сим объявляется, что оборона столицы на рубежах, отстоящих на 100–200 километров западнее Москвы, поручена командующим Западным фронтом генералу армии т. ЖУКОВУ, а на начальника гарнизона города Москвы генерал-лейтенанта т. АРТЕМЬЕВА возложена оборона Москвы на ее подступах. В целях тылового обеспечения обороны Москвы и укрепления тыла войск, защищающих Москву, а также в целях пресечения подрывной деятельности шпионов, диверсантов и других агентов немецкого фашизма Государственный комитет обороны постановил: 1. Ввести с 20 октября 1941 года в городе Москве и прилегающих к городу районах осадное положение. 2. Воспретить всякое уличное движение как отдельных лиц, так и транспортов с 12 часов ночи до 5 часов утра, за исключением транспортов и лиц, имеющих специальные пропуска от коменданта города Москвы, причем в случае объявления воздушной тревоги передвижение населения и транспортов должно происходить согласно правил, утвержденных московской противовоздушной обороной и опубликованных в печати. 3. Охрану строжайшего порядка в городе и пригородных районах возложить на коменданта города Москвы генерал-майора т. СИНИЛОВА, для чего в распоряжение коменданта предоставить войска внутренней охраны НКВД, милицию и добровольческие рабочие отряды. 4. Нарушителей порядка немедля привлекать к ответственности с передачей суду Военного трибунала, а провокаторов, шпионов и прочих агентов врага, призывающих к нарушению порядка, расстреливать на месте. Государственный комитет обороны призывает всех трудящихся столицы соблюдать порядок и спокойствие и оказывать Красной армии, обороняющей Москву, всяческое содействие. Председатель Государственного комитета обороны
И. СТАЛИН
Москва, Кремль. 19 октября 1941 года»

План гитлеровцев взять Москву к середине октября провалился, но… Немцы хозяйничают в Клину, Солнечногорске, Яхроме и Красной Поляне. До Москвы оставалось менее 30 километров. В расположенную в Красной Поляне 2-ю танковую дивизию вермахта уже завезли парадную форму для победного шествия по Красной площади Москвы. Столица сдаваться не собиралась. В районные и городские комитеты комсомола и ВКПб шли нескончаемо люди с просьбой отправить их на фронт. Сотни тысяч москвичей — инженеры, служащие, домашние хозяйки, студенты — круглосуточно работают на строительстве оборонных рубежей. Люди недосыпают, руки с непривычки стерты в кровь. Немцы засыпают их листовками, предлагая не тратить силы зря, мол, все равно Москва будет сравнена с землей. Бумажки рвали, а когда сыпались бомбы деваться, увы, было некуда. Налет проходил, забирали убитых, раненых и, оплакивая погибших, люди вновь брались за лопаты. «Только на внутреннем поясе обороны в октябре — ноябре трудились почти 250 тысяч человек, три четверти — это женщины и подростки. Противотанковые рвы — 72 тысячи метров, надолбы, эскарпы и контрэскарпы — сто тридцать две с половиной тысячи метров. Вырыто сто тридцать километров окопов и ходов сообщения». «Этими женскими и полудетскими руками было вынуто три с половиной миллиона кубометров земли», — вспоминал маршал Жуков. Помнит ли сейчас кто-нибудь об этом? Ощетинились ежами городские улицы. «Но сознание опасности увеличивает наши силы», — с такой статьей выступил 19 октября в «Правде» президент Академии наук СССР В. Л. Комаров. «Перед лицом смертельной опасности нужна величайшая стойкость. В ней — залог победы. Всю кровь, весь труд, все мысли — фронту! В победе над врагом — наше счастье, наша жизнь, наши надежды. И мы добьемся победы, добьемся упорной, тяжелой и самоотверженной борьбой на фронте и в тылу! Главное — твердость, непреклонность, решимость к победе». И Москва старалась. Она справилась с паникой, возникшей 16 октября после пущенных кем-то слухов об отравляющих газах, которые власть решила пустить в город, чтобы остановить немцев. Столица справилась с трусами, мародерами. «Да, 16 октября 1941 года войдет позорнейшей датой, датой трусости, растерянности и предательства в историю Москвы… Опозорено шоссе Энтузиастов, по которому в этот день неслись на восток автомобили вчерашних „энтузиастов“… А Красная армия лила в этот день кровь за благополучие бросающих свои посты шкурников». Такую запись в своем дневнике оставил 19 октября 1941 журналист и писатель Вержбицкий, которого и по возрасту, и по состоянию здоровья отказались взять в армию. Страшный момент, когда Москва готовилась к «самому худшему», создавая подпольные группы, остался позади. Надвигалась зима. Объявили, что бойцам Красной армии не хватает одежды. И москвичи понесли на сборные пункты пальто, валенки, шапки, носки и шубы, свитера, варежки. Многие отдавали то, что нужно было им самим, но «там нужнее». Только за год с небольшим ушли на фронт от москвичей 700 тысяч комплектов теплой одежды и полмиллиона продуктовых посылок. А Москва жила бедно. В начале сорок первого на месяц полагалось 4 кило картошки рабочему и 3 кило — иждивенцу или ребенку. Хлеб — 800 граммов рабочему, а в январе 1942 года уже 600 граммов. К зиме появились в магазинах плакаты «Как готовить мороженые овощи», только, случалось, и мороженая картошка выдавалась не всегда, хотя по карточке в декабре полагалось по норме уже 5 кило.
А «Правда» печатала текст памятки немецкого солдата, инструкцию отношения к советским гражданам. «Для твоей личной славы ты должен убить ровно 100 русских, это справедливейшее соотношение — один немец равен 100 русским. У тебя нет сердца и нервов, на войне они не нужны. Уничтожь в себе жалость и сострадание, убивай всякого русского, не останавливайся, если перед тобой старик или женщина, девушка или мальчик» («памятка германского солдата», найденная у убитого лейтенанта Густава Щигеля).

Немцы примеряли новую форму для будущего марша по главной площади столицы. Но 7 ноября на Красной площади состоялся традиционный военный парад. «Говорят все радиостанции Советского Союза. Центральная радиостанция Москвы начинает передачи с Красной площади, парад частей Красной армии, посвященный 24 годовщине Великой Октябрьской революции!» Шли все рода войск: пехота, конница, артиллерия, танки, войска НКВД и рабочие батальоны. Авиация из-за непогоды не участвовала. Речь Верховного главнокомандующего, прозвучавшая на весь мир, была честна и лишена приукрашивания. Но слова Сталина о жестоком враге, который рвется в столицу, о грозной опасности, нависшей над всем советским народом, укрепляли уверенность в победе. Эта уверенность была так нужна в тот час, когда под Москвой шли кровопролитные бои. Уже тогда определялась миссия Красной армии: «На вас смотрит весь мир как на силу, способную уничтожить грабительские полчища немецких захватчиков. На вас, как на своих освободителей, смотрят порабощенные народы Европы, подпавшие под иго немецких захватчиков». Слушали Красную площадь в каждом доме, на заводе, на фронтах, ловили голос родной Москвы в оккупированных Киеве и Минске, в блокадном Ленинграде и заводских цехах за Уралом, в партизанских отрядах. Простые слова Верховного главнокомандующего отзывались в сердцах уже не надеждой, а верой. И чувство гордости: «фриц под Москвой, а у нас — парад!» Впервые после 1917 года народ услышал забытые имена русского героического прошлого: «Война, которую вы ведете, есть война освободительная, война справедливая. Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова!» Шел снежок и хорошо морозило. Звучала родная любимая музыка и, конечно, «Прощание славянки». Дирижировал оркестром сам автор этого дивного марша — Василий Агапкин. Простояв полтора часа в тонких сапогах, подошвы которых примерзли к помосту, он вспоминал: «Пора сходить — а ноги не идут. Музыканты меня отлепили». После парада была объявлена благодарность всем участникам и выдано по 100 граммов. Люди выпили, пообедали и ушли на фронт. Красную площадь слушал в то историческое утро 7 ноября 1941 года весь мир. Гитлеру доложить побоялись, но фюрер сам услышал в радиоприемнике нашу музыку и речь Главнокомандующего. Взбешенный вождь III Рейха приказал разбомбить парад и отвел на это дело час. Но Московское ПВО было готово к возможной встрече самолетов противника — 25 юнкерсов были сбиты на дальних подступах, остальные — почти столько же — не рискнули продолжить полет. Подвиг Красной армии в битве за Москву вошел в историю и навечно вписан в память каждого из нас. Как и героические действия подмосковных партизан и самопожертвование дивизий московских ополченцев. Но в этом великом сражении на разных направлениях принимали участие еще два отдельных подразделения — батальоны собак-истребителей танков. Всего два батальона, но свой вклад в защиту столицы они привнесли, и умалчивать об этом несправедливо.
С первого дня войны в центральной школе полным ходом велась формирование и подготовка отдельных армейских отрядов собак-истребителей танков, которые потом придавались для усиления, как правило, стрелковых частей. 22 июня сформирован отдельный батальон специальных служб. 21 июля начато формирование и подготовка 8 отдельных армейских отрядов собак-истребителей танков: 3-го, 4-го, 5-го, 6-го, 7-го, 8-го, 9-го и 10-го. 10 августа сформирован 2-й армейский отряд СИТ, включенный в состав резервной армии Западного фронта и подчиненный московской зоне обороны. 31 августа направлен в действующую армию сводный курсантский батальон противотанковых собак под командованием полковника Медведева. Страшный, тяжелейший период, тогда армия фашистской Германии обладала значительным преимуществом в технике, особенно — в танках. Вот теперь и наступил час, когда на помощь людям пришли собаки. Уже через десять дней после объявления войны на Западный фронт отправлен отдельный батальон собак противотанковой службы под командованием капитана Новикова — участника дальневосточной операции. 2 декабря создается московская зона обороны, где нашлось место и для участия бойцов центральной школы. «… на основной оборонительной полосе, расположенной за внешним поясом обороны, располагались принять бой 3-я, 4-я и 5-я московские стрелковые, 332-я стрелковая дивизия, девять артиллерийских полков, восемь артиллерийских дивизионов, пять пулеметных батальонов, семь огнеметных рот, три роты собак-истребителей танков».

Это были подразделения из 1-го и 2-го отрядов собак-истребителей танков, сформированных центральной школой военного собаководства в июне и немедленно отправленных в действующую армию. «Вот и пришла пора твоих собак, полковник», — вспомнил Медведев слова Жукова на Халхин-Голе, получив приказ включить противотанковых собак в состав войск обороны столицы. Руководство учебными подразделениями московской зоны обороны возложено на зам. начальника центральной школы Покровского, капитана Масийченко и интенданта 3 ранга Орлова.
2-й армейский отряд собак-истребителей танков — 458 человек и 372 собаки — держал оборону в районе Глухово. На участке 160-й стрелковой дивизии собаками было уничтожено пять вражеских танков. Счет уничтоженных собаками фашистских танков был открыт уже в конце ноября, в боях под Рогачевым и Дмитровым. Тогда войскам была поставлена задача не пустить немцев на восточный берег канала Москва — Волга. А гитлеровцы уже видели в свои бинокли канал и на его восточном берегу Дмитров. 29 ноября Гитлер торжественно объявил: «…война в целом закончена». Фюрер срочно создал саперную команду, которой поручил взорвать Кремль. Геринг отправил самолетом сто пар часов «За взятие Москвы» для вручения особо отличившимся немцам. Но мы сдаваться не собирались. За подготовкой к боям наблюдал заместитель наркома обороны Мехлис. «Особое впечатление произвели на него колодцеобразные одиночные окопы с собаками-истребителями танков. На подходе была рота с собаками-истребителями танков. Командовал этим подразделением подполковник Медведев».

В Рогачево создавался узел сопротивления, где завязалось исключительное по упорству сражение. «За каналом для нас земли нет», — сказал начальник штаба 30-й армии генерал Хетагуров. Бомбили 500-килограммовыми фугасными бомбами. В бомбежку прибыл командующий армией Лелюшенко. Уничтожено более 2000 неприятельских солдат и офицеров, 70 танков, 25 артиллерийских орудий и 60 пулеметов. В результате контрударов наших войск в районе Дмитрова, Яхромы, Красной Поляны было остановлено наступление немцев, вынудив их перейти к обороне. Началась московская наступательная операция. Не пригодилась фашистам парадная форма, остались пустыми газетные полосы берлинских газет от 2 декабря 1941 года, приготовленные для репортажей о взятии Москвы. Немцы недооценили самоотверженность советских людей, отстаивавших каждый клочок земли, защитников столицы, решивших для себя, как политрук дивизии генерала Панфилова Василий Клочков: «Велика Россия, а отступать некуда — позади Москва». Захлебнулся «Тайфун». 31 декабря разгром немцев под Москвой завершился. «Подвиг этот поистине великолепен. Что можно еще сказать!» (Иден).
Центральная школа внесла свою лепту в эту победу. Немцы панически боялись «противотанковых собак». В наушниках раций машин звучало: «Дора сто один всем. Берегитесь собак мин!» Солдаты 18-й танковой дивизии генерала Неринга, видимо, плохо слушали Дору. «Танкисты увидели двух бегущих по полю овчарок с „седлами“ на спине. — Что это у них там на спинах? — в удивлении проговорил радист. — Я думаю, сумка с донесениями. Или это санитарные собаки, — предположил стрелок. Первая собака поднырнула прямо головой под танк. Вспышка, приглушенный грохот, фонтаны грязи, клубы пыли, яркое пламя. Унтер-офицер Фогель первым понял, что происходит. — Собака! — закричал он. — Собака!» Так мы вас сюда не приглашали, унтер-офицер Фогель.

Начиная с осени сорок первого оперативные сводки Советского информбюро постоянно сообщали о действиях собак противотанковой службы под Москвой, Воронежем, Сталинградом, Белгородом, на Западном и Южном фронтах. Немцы выпустили инструкцию «Памятка о русских взрывчатых и зажигательных средствах, минах и воспламенителях. Их применение у врага и борьба с ним. 1.1.1942». Она предупреждала: «За последнее время русские применяют собак в качестве орудия борьбы с танками. Дело идет о собаках немного меньше немецких овчарок».
Генерал Дмитрий Дмитриевич Лелюшенко, командующий 30-й армией, будучи очевидцем отражения танковой атаки с помощью собак под Москвой, писал: «НАЧАЛЬНИКУ ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СОБАКОВОДСТВА ПОЛКОВНИКУ МЕДВЕДЕВУ Практика применения в армии собак первого истребительного отряда показала, что при наличии массированного применения противником танков, противотанковые собаки являются неотъемлемой частью противотанковой обороны. Имел место случай, когда в период разгрома немцев под Москвой пущенные в атаку танки противника были обращены в бегство собаками истребительного отряда (они боятся противотанковых собак и специально за ними охотятся). В армии противотанковые собаки пользуются большой популярностью и спрос на них со стороны командиров дивизий большой. Считаю, что противотанковые собаки нужны в армии, и необходимо их готовить больше, тем более что весной они будут крайне необходимы. Присланный мне отряд нартовых упряжек полностью выполнил и выполняет поставленные перед ним задачи. Отлично справились с подвозом боеприпасов на передовую линию и вывоз тяжелораненых. Нартовые упряжки являются в зимних условиях хорошим и нужным средством обеспечения боя, в нужный момент используются как пулеметные и минометные упряжки. Нартовые упряжки являются в армейских условиях крайне необходимыми. Желательно иметь их в армии 150–200 запряжек. Собак связи в армии не имеется, но желательно их иметь хотя бы одну роту. В условиях ведения боя в лесистом районе, нужны собаки для прочесывания леса. Если имеются у Вас такие собаки, прошу дать в армию. п. п. КОМАНДУЮЩИЙ 30 АРМИЕЙ
ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТ
ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА
/Лелюшенко/»
Так внесли свою лепту в подмосковные бои и военные собаки. Поначалу она кажется ничтожно малой: 6 танков под Глухово-Белгородом, 3 — под Рогачевым. Но как может быть малым даже одна жизнь человека? Все советское военное собаководство было направлено на сбережение человеческой жизни. Задача военной собаки определялась четко: «облегчить службу бойца, жертвуя часто собой, спасти его жизнь». Собаки истребители танков жертвовали собой всегда. Каждый подбитый танк — это десятки спасенных человеческих жизней.

Источник: https://coollib.net/b/473453/read


Собаки на фронтах Великой Отечественной

Светлана Дмитриевна Гладыш

Глава 9 «И плакать нельзя, и не плакать нельзя»

К декабрю обосновались в Ворошиловграде. Зима сорок первого — сорок второго держалась жесточайшими морозами. Для собак устраивали норы-копанки, плетеные шалашики. Между плетенкой — засыпка. А на полу подстилка или старые щиты из разобранных будок. Занавески — ветры здесь бушевали злые, резкие — приспособили из отходов шинелей б/у. В пустой огромной церкви — последний экзамен перед отправкой на передовую. Устройство вьюка, закладка взрывчатки. Очень важный момент, на него инструктора обращали особое внимание вожатых: как принять собаку, если она вернулась с заряженным вьюком. А собаки после занятий носились дружными ватагами и с наслаждением катались по снежной целине, расчесывая колючими иголками примороженных сугробов и без того ухоженную, лоснящуюся шерсть. Они давно позабыли уют квартир и мягкие диваны вырастивших их хозяев. И не знали, что в том уюте поднималась им смена. Большинство любителей воспользовалось своим правом получения бесплатного обеспеченного продовольственным пайком щенка за каждую сданную в фонд обороны взрослую служебную собаку. Началась зимняя наступательная Барвенково-Лозовская операция, проведенная действиями Южного и Юго-Западного фронтов. Наступил день боевого крещения отряда, точнее — ночь. На передовую (место истребителей танков — всегда передовая) отобранную Диной группу привезли затемно: окопаться стаканчиком следовало успеть до рассвета. Чтобы немец не засек. Окопаться и ждать. Выдержать тот «самый страшный час в бою». А до начала атаки комвзвода надо успеть обежать вожатых, определить ориентиры. Потом она научится, услышав гул танков, вычислять появление колонны, а увидев — рассчитать время пуска собаки. Как, впрочем, и все они. Рассвело. Зараженные непривычным напряжением бойцов молча встрепенулись животные, первыми уловившие отзвук тяжелой поступи выползающих из дальней лощины неприятельских танков. Идут! Один. Другой. Третий. До боли в суставах левой руки она сжимала ошейник Грома. Пес, прижав уши, впластался в мерзлую землю и, слушая ее вибрацию, подрагивал в такт. Идут! Все ближе, ближе. Кажется, что именно на нее, только на нее движется эта грохочущая, гудящая смерть. Со временем это чувство ослабеет, станет почти привычным, а тогда она видела, что вот-вот и… Страх липким ручейком пополз по спине, хотелось зажмуриться, зарыться. Но в нужный момент она собралась и дала собаке команду «Вперед!» Есть! Горит, вражина. Приподнявшись над бруствером, увидела, как второй танк расстрелял одну собаку, потом вторую. Третья собака успела. Соскочивших с горящего танка фрицев добили бойцы стрелковой роты. Атака отбита. И вдруг завыло-заревело небо. На помощь танкам налетели юнкерсы. Этот свой первый бой Дина запомнила обрывками. Горящий танк… Поводок, оставшийся в руке, который рука не хотела, никак не могла выпустить… Юнкерсы почти над ушанкой… Взрывной волной брошен на нее оглушенный и окровавленный Зинченко… Боевое крещение совпало с успехами Красной армии, и к концу января Барвенково-Лозовская операция практически закончилась. Лозовая, важнейший железнодорожный узел, и Барвенково, тыловая армейская база, были заняты советскими войсками. А в начале января по всему фронту проехали машины, в кузове которых лежали красноармейцы, освобожденные из плена, — лагерь для советских военнопленных в Лозовой освободили 9 января 1942 года. Из 25 тысяч осталось 16 тысяч, умирающих от голода. Люди не могли даже самостоятельно передвигаться. И на машинах их повезли по подразделениям, и каждый красноармеец отдавал им кусочек хлеба. И хотя наши войска заняли важный железнодорожный узел Лозовую и тыловую базу 17-й армии Барвенково, к сожалению, выполнить основную задачу — освободить Донбасс и выйти к Днепру — не получилось, хотя потеснили немцев основательно. Продвижение Красной армии на запад создало образование Барвенковского выступа. Немцы в свою очередь готовили операцию под названием «Фридерикус-1», целью которой было проложить свободную дорогу на Волгу и Кавказ. Для чего 6-я армия генерала Паулюса и армейская группа генерала фон Клейста должна окружить группировку советских войск на Барвенковском выступе. Бойцы подразделения отправились на передовую. С ними рядом шли четвероногие товарищи по оружию. Возвращались с передовой без собак. Снова и снова уходили на передовую бойцы, возвращались лишь с поводками. Не все. Вожатого могли убить еще раньше, чем подойдет время пустить собаку; он мог погибнуть, подменяя раненого стрелка-пехотинца, когда один танк горел, подорванный собакой, но за ним нахраписто ползут четыре, обстреливая наши позиции. На полигоне появились первые фиалки. Дина сорвала одну, поднесла к лицу. Пахнет… Странно: кругом война, кровь, бомбежки и… цветы. Живые. Словно напомнила о себе милая харьковская левада. Влажные нежные лепестки — начало новой жизни — холодили щеки. А вчера не вернулись с передовой Степан и Гриша, веселые кудрявые парни, все меньше оставалось собак, а люди погибали все чаще. Ей пока везло — даже не поцарапало. Пока… На смену апрелю пришел май, сухой, жаркий, беспощадный по накалу боев. Одна за другой отправлялись на передовую группы вожатых с собаками. Они действовали на фронтах как скорая помощь, где необходимо, туда немедленно прибывали. В Барвенковском сражении наши части были разбросаны по всей линии выступа на расстоянии до десяти километров друг от друга. Готовились к танковой атаке ночью, чтобы не заметили немцы, иначе попадешь под бомбежку. Разведка у немцев работала неплохо: узнав о собаках, танковая атака отменялась. Поступил приказ овладеть деревней Маяки. Более 11 пехотных полков и танки 16-й дивизии, почти сотня бронированных чудовищ против двух стрелковых дивизий 9-й армии, подкрепленных группой собак-истребителей танков. Идут, лязгая гусеницами, грохочущие, обвешанные серыми автоматчиками, словно гроздьями переспелого винограда. Собаки нервничают, но… рано. Пусть подойдут ближе. А эти гады попрыгали и поперли вперед. Загремели пушки. Шрапнелью задело Петрушку. Она повизгивает. Ей перевязывают лапу, оглаживают. Наши стрелки пытаются отсечь немецких пехотинцев. Собаки нервничают, счет идет на секунды. И вот лязгающая громада уже дышит человеку в лицо — сорок метров между «тигром» и Сашей Петровым с Петрушкой. «Пускай!» И молись, чтобы не подстрелили… Успела! Горит взорванная крепость. «Пускай Грома!» Мчится беленький с темными пятнышками Гром. «Беги, беги, родной! Ах ты, черт, — подстрелили, чуть-чуть не успел до мертвой зоны. Пускай, Толя, Жучка! Пускай!» Мчится собака. По ней стреляют, слева и справа от нее зарываются в землю пули. Мчится четвероногий истребитель, он пролетает опасную зону, исчезает под брюхом движущейся железной махины. Взрыв! Охваченная пламенем, она разваливается на куски. Танки рвутся, горят, немцы остервенело лупят по нашим окопам. Собак почти не осталось. Пошли в ход гранаты. Стрелки, поливаемые свинцовым дождем, бьют по «тиграм» из противотанковых ружей. Пустили собаку. Есть! Сноп пламени, грохот, горит фриц! А вожатый убит. Когда взорвался четвертый танк, остальные три развернулись и ушли. Погибли двое вожатых, потери у стрелков. То на одном, то на другом участке боев слышны взрывы подорванных собаками танков. Станция Староверово — 6 вражеских машин, в сражении у совхоза им. Ленина — 14. Это работа бойцов 10-го армейского отряда ИТ, летом сорок первого вместе стояли в Малиновке. Маяки пытались брать дважды — безрезультатно. Немцы разбрасывали листовки «Какие вы вояки, что не взяли Маяки». Не взяли и Славянск, и Красноармейск. Немцы перешли в атаку по двум направлениям — Изюм и Барвенково. Немецкий офицер 357-й пехотной дивизии записывал в личном дневнике: «Первая линия русских позиций разрушалась под градом бомб и снарядов. Но, несмотря на это, те, кто пережил этот ад, оказывали ожесточенное сопротивление. Один советский батальон, чьи позиции атаковал 466-й гренадерский полк, держался до последнего человека. На его позициях было найдено 450 мертвых русских». Бомбили расположение советских войск чудовищно. 17 мая разбомбили узел связи 9-й армии в Долинской, и наши части остались без связи, под градом бомб и снарядов. Хаос. 22 мая 1942 года Барвенковская западня захлопнулась, обе армии Юго-Западного и Южного фронтов оказались в окружении, но ожидаемой капитуляции гитлеровцы не получили. И с 25 мая начался прорыв под мощным огнем и бомбардированием с воздуха и артиллерии на земле. 28 мая удалось, пусть на участке 800 метров, прорвать фронт. Около 22 тысяч солдат и офицеров одержали пусть и очень горькую победу, вырвавшись из котла. От полигона до передовой — руку протянуть. Примчался посыльный из штаба: — Товарищ младший воентехник, для вас задание. Собрать остатки разбитого отряда. Вот названия частей, вот названия штабов. Выезжайте на передовые, собирать остатки частей. Разыскивая штабы, Дина ловила попутки, когда случалось добыть лошадь — скакала верхом, нет — шагала пешочком, как придется. Добравшись в расположение, спрашивала с надеждой: «Не подобрали ли вы людей, не остались ли у вас…?» Отыскивались далеко не все штабы: от большинства частей ничего не осталось. Собрать удалось очень мало. С передовых Дина вернулась на трехтонке, мотаясь в кузове среди пустых бочек из-под бензина, порядком этими бочками побитая. А мимо гнали к Северному Донцу и грузили на понтоны косяки лошадей знаменитых донских заводов. Ночью бомбили Ворошиловград, железнодорожную станцию. Вышли спасать то, что можно спасти. Растаскивали руками снаряды, расцепляли вагоны, груженные снарядами. «Зря все это, — сказал железнодорожник, — все равно они сюда придут. Лучше бы рвануло — не фрицу же оставлять» Пришел приказ отходить. В пыли и копоти отступали войска под палящим солнцем, оставили Краснодон, текли меж донскими станицами. Казачки выносили на дорогу кринки с молоком, караваи хлеба, огурцы, помидоры, яблоки. Выли в голос бабы. Одной рукой протягивали вареную куру, а другой поднимали подол и, закрывая лица, криком кричали: «На кого же вы нас покидаете, солдатики?» Казачки крыли солдат остервенело: «От гляньте, такие разэтакие, мы за вас видать воевать будем!» Шли солдаты, не смея поднять глаз, не зная ответа на простой вопрос «Почему отступаем?» Давило грудь страшное чувство беспомощности, гнев от бессилия что-то предпринять, изменить… А в ноздри залезал густой пшеничный аромат — недавно взорвали элеватор. Горячая пшеница устилала дорогу, и люди шли, утопая по колено в зерне. Отступающие войска Южного фронта преследовала 1-я танковая армия фон Кляйста. Отряд держал оборону из последних сил. Тяжелые «тигры» — крепости на гусеницах, подкрепленные великолепно оснащенной пехотой. И против этой армады — наши, вымотанные бесконечными переходами, терявшие людей, собак, но не утратившие мужества солдаты 9-го отряда. Отряд продвигался к югу. Бойцы, торопясь использовать темноту короткой южной ночи, обливаясь липким и душным потом, долбили закаменевшую целину, оборудуя позицию. Отрыть окопы полного профиля не успели. Заныли над головой самолеты, принудив всех сжаться и замереть в неподвижности. Покружив немного и не обнаружив ничего подозрительного в обследуемой зоне, повернули обратно. Освещенная ранним солнцем земля выглядела по-прежнему плоской и гладкой. Обнадеженные воздушной разведкой, не чуя опасности, облепленные гроздьями сидящих на броне солдат, машины табуном устремились в прогал. Нагло покачивая направленным вперед орудийным стволом, самоуверенно катила машина, на которую Зинченко (он после госпиталя добился возвращения в отряд) нацелил Змейку. Тренированным глазом прикидывая расстояние, автоматически ощупал припасенные в глубине окопа в небольшой нише справа гранаты и бутылки с горючей смесью. Когда расстояние сократилось метров до восьмидесяти, твердая рука бойца решительно подтолкнула собаку на выход. Змейка серой тенью скользнула из окопа, лавируя в иссушенных остовах бурьяна, взяла несколько вправо и, описав крошечную дугу, вышла на танк, едва различимым ручейком пыли отмечая свой путь… Собака нырнула под клиренс! Тяжелым, тягучим взрывом ухнули килограммы тола. Не поскупился Владимир, сумев реализовать свою давнишнюю задумку — приспособил к стандартному заряду дополнительную пару шашек! Машина словно ткнулась в невидимую преграду, по инерции чуть вскинулся перед, потом безвольно клюнул хобот орудия, и криво нахлобучилась плосковатая, разлапистая башня… А боец, резко согнувшись, вжимается лицом в колючую землю… Нет. Не убит и даже не ранен. Это момент прощания с верным другом. Тут же автоматически вскидывается неразлучная СВТ, в прищуренных серых глазах скачут синеватые льдистые искорки, и с натужным, болезненным покрякиванием, словно раскалывая неподатливое узловатое полено, методично и расчетливо, как гвозди, одну за другой, вгоняет он одиночные, прицельные, злые пули, укладывая мечущиеся фигуры врагов.

* * *

Собак не осталось совсем. Ни одной! Значит, завтра против танков останутся только люди. К этому периоду относится одно из воспоминаний Дины Соломоновны, записанных мною дословно. «Стали думать и гадать, как сохранить собаку. Как и танк подорвать, и собаку сохранить? Материализовалось понятие: истребитель танков — смертник. Стало жаль губить собак, своих, родных. Появилась острая жалость не просто к собаке, а к конкретной собаке. Скажет кто-нибудь вожатому: — А Жучок — твой? Сработал! — Сработал. — И вставал перед глазами косматый кобелек, обожавший Толю. Веселый и смышленый пес. — Думайте, думайте, — требовал Акишин, особо не рассчитывая на результат. Тем не менее с надеждой. Думайте… Любимые слова. В том, что я стала командиром Красной армии, — заслуга Акишина. Он делал людей, учил жестоко, но в основе жестокости лежала доброта. Он кидал с обрыва в воду, но не давал утонуть. А если предложить собаке догнать танк и вспрыгнуть на него? И хотя задняя часть танка с цилиндром — большое препятствие, но собака преодолевала его гораздо легче, чем нырок навстречу идущей машине. Собаки научились прыгать так, чтобы перепрыгнуть цилиндр, а кто поумнее — вскакивал на танк с правой стороны. Доложила Акишину появившуюся методику. — Хорошо, вспрыгнула, а потом? — Потом собака оставляет взрывчатку и убегает. — Но где взять раскрывающийся вьюк, такой, чтобы она могла сбросить его самостоятельно? Действительно — где?! На этом и остановились. Собак не спасли. Часть ушла на передовую. А мы ушли отступать». Отряд разделился на три группы. Дина оказалась в группе танков и тягача. Спешно отправляли на передовую патроны, ружья, гранаты — все, что осталось. Старшина Скрыпник вместо того, чтобы грузить боеприпасы, занялся личным извозом — грузил тюки каких-то баб. — Сволочь! — Выхватила «вальтер» и помчалась к негодяю. Тот свою кобуру расстегивает. — Отойди, дура! — Застрелю, сволочь! — кричала белая от гнева Дина. — Сбрасывай шмотки! Подскочил Акишин. Мгновенно просек ситуацию. Рявкнул: — Под трибунал захотел, Скрыпник! Опустить оружие, Волкац! Убрать оружие! — Где эта передовая, — злобился Скрыпник, разгружая машину под наблюдением Акишина. Машина ушла на передовую. Последняя. Их осталось пятеро среди колоссальной лавины отступающей техники и людского потока. В лавину этого хаоса затесался грузовик с харьковской концертной бригадой. Брызжет молоко на придорожную пыль из вымени кричащих от боли коров. «Солдатики, возьмите скотинку с собой», — умоляли крестьяне. Тысячи людей передвигались закопченные солнцем и порохом, накрываемые клубящейся пылью, оглушаемые жутким гулом, рвущимся из-под земли. Подрывали шахты. Время от времени бомбят. Воет, свистит, грохочет. Психика не выдерживала — некоторые сходили с ума. В пути получили приказ из Москвы — впитать в себя остатки одного из отрядов истребителей танков. Как оказалось — 10-го. Впитали. Прошли Шахты, Новошахтинск. Снова разделились на группы по маршрутам. Теперь Дина попала к транспортникам: тол, вьюки. Вышли к станице Тацинская. На рассвете увидели — издалека ползут четыре легких танка. Вьюки есть, тол есть. Собак нет! «Идут как на прогулку, — записывала Дина. — Мы как крысы залегли подстенку, и они проползли мимо нас. Хотелось кусаться от злости. Вьюки есть, взрывчатки — море, и ни одной завалящей собачки. И плакать нельзя, и не плакать нельзя». Отступали дальше, к Ростову-на-Дону, перекипев в аду Белой Калитвы. И чудом выбрались живыми из этого чудовищного котла. Дину прилично зацепило, но отставать от своих она категорически не захотела. Долечивалась в Дилижане. Там ей вручили именной ТК калибра 6,35, в просторечии «Коровин». Награду подкрепили справкой, которую, перечитав дважды, Дина бережно упрятала в планшет. СПРАВКА
Народный комиссариат обороны союза СССР 9-й армейский отряд собак-истребителей по части строевой 2 сент 1942 № с/20942 город Андижан
Дана старшему инструктору-дрессировщику 9-го армейского отряда собак-истребителей танков мл. воентехнику т. ВОЛКАЦ Д. С. в том, что она действительно награждена командованием отряда оружием пистолет системы «Коровин» № 320374 за отличное выполнение боевого задания по подготовке собак-истребителей танков.
Добрались до окружной школы собак связистов в Цетели-Калаки. Начали тренироваться, дошли до полной боевой готовности. И вдруг приказ: отряд расформировать, собак сдать туда, остальное — сюда. Всю осень сорок второго только тем и занимались, что считали и пересчитывали собак, считали и пересчитывали. А потом пришел приказ командировать в центральную школу «Красная звезда» капитана Акишина, воентехника Волкац и еще двух капитанов — Росина и Волкотруба. На долю истребителей танков — и людей, и собак — выпали самые горькие и отчаянные годы войны. Они выполнили свой долг достойно, их место — всегда на передовой. Под Москвой и во время Ржевско-Вяземской операции, на Курской дуге и под Сталинградом. Когда потом подсчитают, сколько подбито ими танков на разных фронтах Великой Отечественной, окажется, что 300. 300 сбереженных жизней советских бойцов. Спустя годы участник Парада победы 45-го, подполковник Сергей Константинович Гаврилов, посвятит стихотворение своему боевому товарищу.

Источник: https://coollib.net/b/473453/read

Партнеры
Если вы заинтересованы стать партнером или спонсором проекта, пожалуйста, свяжитесь с нами dar.ko@list.ru
Made on
Tilda